Княжна Тобольская 3 (СИ)

Виктор Суздальский, сидевший дальше всех, помахал рукой:
— Получается, некоторые из нас будут изучать только одну технику?
— Вы все будете изучать только одну технику — Альфу. Омегу оставьте «Лечебному» факультету, это их работа.
— А на факультативе? — с намёком поинтересовалась Ясвена.
— На факультативе пожалуйста. Договаривайтесь об этом с лидером курса. Если до пятнадцатого октября наберётся десять человек, Василиса подаст мне список, лишь тогда я выделю время на дополнительные занятия Омегой.
  
— Вечером отправлю в чат форму для заявки всем желающим, — пообещала я.
Ребятам в любом случае нужно набрать минимум три факультатива, так почему не взять лечебный? Вэла народ любит, особенно девушки.
  
Глава 14
 
— Каждая из четырёх классических стихий обладает равной способностью самоисцеления, однако лечебные свойства ярче всего проявляются у земли, — продолжил Вэл. — Те практики, у кого она доминантная, справятся заметно легче остальных. На втором месте стихия воды, далее идёт воздух и замыкает список огонь. Псионика же, как сила разума, а не стихия, стоит за рамками классификации, имеет другой механизм действия и одинаково высокоэффективна как в Альфе, так и в Омеге.
— Что-то среди докторов не видно псиоников, — высказалась Марта. — В Княжеском госпитале одни практики земли и земли-воды.
— Умение лечить не равно желанию заниматься этим, — ответил Вэл с едва уловимой ноткой грусти. — По своему характеру псионики амбициозные люди, что не очень-то сочетается с морально-этическими качествами хорошего врача. Им не хватает бескорыстности. В Китае и Японии картина другая. Вот там как раз много докторов-псиоников, но это не значит, что они менее честолюбивы. Просто их больше, выборка совершенно иная. Теперь поговорим о физиологической стороне.
На голоэкране позади Вэла нарисовался силуэт человеческой фигуры, пронизанной причудливой сетью светящихся линий. Эсс-система напоминала фантастическое дерево с корнями-молниями: центральный узел размером с грецкий орех пульсировал в области мозга, и от него расходились сотни тончайших нитей, опутывающих каждый сантиметр тела. Лишь две нити выделялись особой толщиной — они шли от центра к кончикам пальцев рук.
— Перед вами стандартная эсс-система рядового практика, — объяснил Вэл. — Такого, как вы сейчас, привыкшего направлять эссенцию к клинку. Два крупных магистральных канала, чья пропускная способность зависит от ранга силы, и разветвлённая сеть мелких периферийных канальцев. А вот это...
Рядом с первым человечком возник второй. Все его каналы были почти одинаковой толщины и образовывали плотную паутину, где невозможно выделить главные и второстепенные линии. Они переплетались так тесно, что местами сливались в сплошные светящиеся участки.
— Это моя эсс-система. Моя и любого другого медика, достигшего определённого мастерства в самоисцелении, — уточнил Вэл. — Но не в этом их главное различие.
Он щёлкнул пальцами, давая старт нехитрой анимации на экране. Рисованный клинок нанёс раны обоим человечкам в районе живота. «Грецкие орехи» в их головах тут же вспыхнули, и по каналам устремились потоки эссенции, обозначенные золотыми стрелками. Разница проявилась мгновенно! У первого человечка эссенция хлынула в основном по магистральным каналам, к рукам, и лишь потом начала растекаться по периферии к ране. А у второго равномерная сеть мгновенно направила мощные потоки точно в повреждённую область.
Курсанты затаили дыхание, когда рана второго человечка начала затягиваться с почти пугающей скоростью — ткани срастались, как будто кто-то ускорил запись. К моменту, когда свечение в его мозгу погасло, на месте раны остался лишь едва заметный след. Первый же человечек успел лишь «запечатать» края раны, когда его система исчерпала ресурс.
— Ничего себе! — закивали ребята. — Стало быть, вылечить синяки и ушибы для Альфы вообще не проблема?
— Даже не затруднение, — улыбнулся Вэл. — Мы не случайно пришли в зал для медитации. В ближайшие месяцы вам предстоит расширить свои периферийные каналы и научиться эффективно взаимодействовать с ними на уровне первой помощи, а сделать это можно только через собранность мысли и спокойствие эмоций, то есть — медитацию. Я не буду требовать от вас ничего сверхъестественного, но к концу семестра каждый здесь присутствующий должен сдать норматив: в течение пяти минут залечить рану, нанесённую ударом ОГ-4-10-10 «Пламя ада». Возможно, кому-то уже довелось испытать его действие на себе вне симулятора и без защитных доспехов. Он сдирает верхний слой кожи и прижигает дерму. Это больно. Кто не справится с испытанием, берегитесь! Таганрогский Сергей Алексеевич получил установку от Министерства образования сократить вашу численность на четыре человека.
По залу прошлось недовольное ворчание. Раны от названного удара с не меньшим успехом можно залечить обычной мазью. Конечно, не за пять минут, а за три часа, но умению мазать не нужно учиться дичь пойми сколько времени.
— На этом с теорией закончим и, наконец-то, займёмся практикой. Вспомните наше первое занятие с эссенцией стихий четыре года назад. Вы учились концентрировать её на кончиках пальцев и удерживать в стабильном состоянии. Ничего сложного, правда? Сейчас вы должны сделать то же самое, но с небольшой разницей — эссенцию нужно вывести не на пальцы, а на запястье. Какую стихию выбрать, решайте сами в соответствии с личными предпочтениями.
— Как мы поймём, что у нас получилось?
— Правильный вопрос! И ответ на него самый неприятный момент будущих занятий.
Взяв клинок, мастер Асбестовский полоснул им по своему запястью и продемонстрировал рану на большом экране, чтобы все видели. Стихийная сталь без усилий прорезала прочную кожу, оставив небольшую царапину в три сантиметра длиной и миллиметра полтора глубиной. Кровь проступила, однако ручейком не потекла.
— Видите? — его голос звучал спокойно, будто он демонстрировал не порез на собственной коже, а безобидный учебный слайд. — Без какой-либо помощи организм стихийника затянет такой порез примерно через полчаса. Но если вам удастся сконцентрировать в нём эссенцию, на этот процесс уйдёт от трёх до семи минут в зависимости от используемой стихии. Никогда не задумывались, почему на ладонях практиков нет мозолей от частого использования клинка?
— Привычка?
— Действие эссенции, — с лёгким весельем ответил Вэл. — Не сто́ит переживать, что вам придётся резать себя вплоть до Нового года. Это сигнальное упражнение, призванное показать, что вы на верном пути. Как только научитесь исцелять порез в положенное время, переключитесь только на внутреннюю тренировку. Есть вопросы?
Вопросов не было.
Юноши и девушки с энтузиазмом потянулись к клинкам и принялись без жалости царапать кожу. Если порез получался не по госту, делали ещё один рядом. И лишь Ясвена догадалась протереть лезвие платком до использования, а не после. Понимаю, у нас иммунитет к большинству заразы, но выглядит всё равно дико.
Выждав минуту, Вэл переместился на помост у шкафчиков с инвентарём, чтобы не мешать нам и не отвлекаться самому. Запалил ароматную пирамидку, закрыл глаза и погрузился в медитацию. Следить за курсантами он не собирался, это не ему грозит перевод в случае провала.
Но совсем без контроля мы не остались. Системе не всё равно! На голо-экране загорелись двадцать два персональных таймера. Умные сенсорные коврики под нами отслеживали множество физиологических параметров организма, одним из которых была скорость регенерации тканей. Как только эссенция затянет рану, таймер остановится — этакое публичное свидетельство личного прогресса с привкусом конкуренции. 
  
00:01... 00:02...
Я в задумчивости крутанула Кроликом. Секунды моего таймера потекли вхолостую.
Интересно, а человеку с артефактами в эсс-системе намеренное расширение каналов не повредит? Кажется, именно об этом предупреждал меня Ву Цзин Шэнь.
— Тобольская боится боли? Вот это номер! — прошептала Саша, по-своему истолковав мою заминку.