Невеста твоего проклятия (СИ)
Я задумалась.
Лучезарные драконы? По-моему, я уже слышала нечто подобное от Карии. Радужные драконы — жрицы богинь. Верховные ведьмы, поклоняющиеся им. Неужели ящерка говорила правду? Я еще внимательнее начала слушать Ларсию.
— Они прилетали в город в день Благодарения Богинь. Приносили божественную весть и одаряли нашу страну благосклонностью величайших сил природы. Мы в ответ приносили дары. Наш народ почитал жриц и верховных ведьм, положивших жизнь в служении им, для нашего народа. Но однажды все изменилось…
— Вы были при этих событиях, Ларсия?
Она покачала головой.
— Что вы леди Алиша, это было очень давно. Все это мне рассказывала бабушка, а ей её мать. Вы нигде не найдете истории шахкарии. Это нигде не написано. Передается только из уст в уста. И те самые событие никак не записаны. Их стерли из истории, словно бы и не было. А оно было… Это произошло в день Благодарения Богинь, когда мы ожидали прибытия верховных ведьм. Все готовились к празднику, были разложены дары, раскинуты палатки для встречи долгожданных гостей. Но не верховные ведьмы на спинах драконов прибыли в наш город, вместо них появились они… Шахкары. И никто, никто не пришел к нам на помощь. Ведьмы, которые в то время находились в Кведере пытались держать осаду. Мы надеялись, что вот-вот прилетят они, наши защитники… Никто не прилетел. Ни драконы, ни верховные ведьмы. Город пал. — Женщина вздохнула. — Верховные предали нас. Они не пришли на помощь. Первое время, сюда еще возвращались те ведьмы, кто не знал, что город начал принадлежать шахкарам. Их встречали. Забирали в замок Сиятельных и … Больше мы ведьм не видели. Поэтому я очень удивилась, когда вы так спокойно вошли в наш город. Удивилась и испугалась. Ведь я так много слышала о тех временах. Конечно, бывали и серые будни, и обида за предательство верховных, но те ведьмы что приходили в Кведер и жили в нем, никогда не обижали жителей. Они помогали нам. Вкладывали силу в это место. Все здесь было насыщенно магией и волшебством. И все это пропало, ушло вместе с появлением шахкаров. А на смену светлого колдовства пришло черное, злое. Следом за шахкарами город окружили черные волки Кведера, не выпускающие никого за грань нашей страны, и охраняющие давно выстроенные ведьмами порталы. Мы оказались отрезаны от всех.
Я в задумчивости смотрела на Ларсию.
Предатели верховные? Не верю. Я сама ведьма и знаю точно, мы никогда не предадим своих. Слишком уж мы связаны. Мы можем предать и подставить людей, но только не тех, кто нам доверяет, и уж точно не оставим их в беде. Любая ведьма вам скажет: если почувствует, что сестре по колдовству грозить беда, то обязательно придет… Если может… А вот «не может», должно быть очень веским, чтобы не прийти на помощь. Что же произошло с жрицами и их ведьмами? Что-то очень серьезное. А еще у меня есть ящерка, смутно помнящая о делах тех времен, и уверенная, что она жрица. Вот только почему она тогда такая… маленькая? Проклятие? Сколько сразу вопросов. Зато хоть что-то прояснилось. Я знаю, отчего мне так понравился этот город. Его создали ведьмы, завязали на своей силе, вырастили дивный сад и… пропали. Теперь понятно отчего природа мне не отвечает. И я знаю, как её заставить ответить. Безрассудный, глупый поступок, который она не сможет проигнорировать. Потому что теперь я более чем когда-либо уверена, что её поддержка мне очень понадобится. Ведь неизвестно смогу ли я потом покинуть замок. Мало ли какие условия нам выдвинут. И что захотят от меня.
Я порывисто развернулась и направилась из кладовки, бросив по пути Ларсии:
— Поднимайте девушек, пусть завтракают и собираются. За нами скоро приедут, избранницы должны быть собраны.
— А вы? — Кинулась следом за мной хозяйка гостиницы.
— А у меня есть очень срочное дело.
Вышла из гостиницы продолжая думать о местной природе. Она ведьмовская, ими напитанная, с ними пробывшая очень долгий срок. Это как семейные узы. Но её оставили, бросили, предали. От неё отвернулись. И теперь она просто не доверяет. Боится. Не желает отвечать той, кто одного рода с ведьмами, предавшими её. И у меня нет времени доказывать свою преданность. Но как в любой семье, где искренне любят и нуждаются в друг друге, её можно вывести на эмоции. Создать ситуацию, когда она не сможет остаться безучастной, не ответить мне, не помочь. О, богини! Сохраните меня в моем диком и мало разумном поступке. Но мне, точно, не обойтись без природного колдовства. Что-то не так с этими шахкарами. Мне понадобится помощь.
Я вышла на улицу, прошла до конюшни и вывела свою Ласку.
Подождав пока конюх оседлает мою красавицу, я, одним порывистым движением, вскочила в седло, и направила её из ворот гостиницы.
Стражи у ворот города посмотрели на меня как на умалишенную. Но я сверкнула взглядом.
— Открывай!
— За воротами опасно, — попытался предупредить меня один.
Я глаза сузила, и он отступил. Ворота передо мной открылись. И я уверенно направила свою Ласку к лесу.
С бешено бьющимся сердцем я вступала в лесные своды. Знала, что мой поступок совершенно на грани. Но лишь так можно заставить эту природу ответить мне. Она же как ребенок, которого обидели. И ответить мне она сможет только в минуту опасности.
Я вела Ласку по каменистой тропе. Она дергала ушами и нервно поглядывала по сторонам, помня о тех кто здесь обитает.
Мы проехали еще немного и свернули влево, туда где слышался звук воды. Не слишком широкая речушка, окатывая камни, бежала между деревьев.
Я спрыгнула с Ласки и подошла к воде. Окунула руки. Я не брала с собой ни волшебную свистульку, никаких амулетов. Они бы не помогли.
— Услышь мой голос. Ты знаешь кто я, — шепнула в ладони, зачерпнув из речушки. И голос мой полился, переплелся с журчанием и уносся вместе с кристальными водами. — Они оставили тебя… Они ушли. Но не я, не ты, не знаем, что произошло.
Тишина. Только журчание.
Я подошла к ближайшему дереву и вылила воду из ладоней под корни, обняла крону. — Ответь мне. Я тоже одинока. В моей жизни забрали ту, что воспитала и была лучшей подругой, стала мне матерью. Услышь боль моего сердца и открой свое.
Природа вокруг меня замерла. Ни ветерка, ни шороха, ни журчания речушки.
Я села, положила ладони на землю.
— Ощути мою боль. Услышь мое сердце. Я твое создание. Я нуждаюсь в тебе, так же как ты во мне. Прими меня… Я склоняю голову и прошу прощения за всех кто ушел. Я молю о снисхождении. Ты нужна мне…
Где-то далеко завыли волки. Почуяли меня. Я в этом и не сомневалась.
Ласка тихо, напряженно заржала, зовя меня побыстрее убраться отсюда. Но я ждала. А природа молчала.
— Ответь мне! — Я склонилась к самой земле и коснулась её губами.
Ответа не было. Обида этой земли сильна. Но сильней ли нашей с ней связи?
Вой раздался ближе.
Я стала, подняла голову смотря в небо.
— Я открыта перед тобой. Услышь меня. Ответь! Ты нужна мне.
Между деревьями мелькнули огромные тени.
Ласка вскинулась, заржала.
Неужели я ошиблась? Природа не ответит мне? Даже чувствуя приближающуюся к ведьме опасность?
Совсем близко послышался рык.
Я бросилась к Ласке. Одним махов вскочила в седло. По пути зацепившись о куст и разорвав платье.
Рык раздался почти рядом. Ласке не нужно было приказа, едва я оказалась в седле, как она рванула прочь. Вот только путь к тропинке оказался отрезанным. Парочка черных волков стояли у нас на пути. Ласка вздыбилась, когда наперерез нам выскочил огромный черный волк. Успела вывернуться, ударить копытами, чуть не раскроив тому череп. Но волк устоял, и хотя кровь побежала между глаз, клацнул зубами, но уже в воздухе. Ласка, прижав уши, мчалась обратно к реке. И понеслась по ней, поднимая брызги. А следом за нами, подвывая и рыча, понеслась стая черных волков.
— Услышь меня! — Мой голос путался в растрепавшихся от бешеной скачки волосах. — Ответь мне. Ты нужна…