(не)покорная для альфы (СИ)

Мы прошли два крыла, направляясь в третье самое дальнее. Тут совсем никого не было, и коридоры пусты. Он толкнул одну из дверей, она распахнулась и я замерла. Спальня с высоким потолком выглядела королевской. Высокая кровать с балдахином. Тяжелые расписные портьеры, пол перед кроватью устилал белый ковер с высоким ворсом. Стол и кресло вписывающиеся в интерьер. В стене справа от меня две двери.
  
— Располагайся. Я прикреплю за тобой горничную, все пожелания будешь говорить ей.
— Разреши мне увидеть сестру?
— Ты, видимо, забыла, как надо обращаться к альфе.
Не дал мне исправиться в своем обращении, вышел и закрыл дверь. Я точно не слышала поворота ключа, но она оказалась заперта. Подергав ручку, я развернулась к спальне.
Теперь это моя тюрьма на долгие годы? Как скоро за непослушание отберут роскошь?
  
ГЛАВА 6
 
ГЛАВА 6
Чувство, что он специально сказал о сестре, чтобы раззадорить меня, посмотреть на реакцию.
Нет. Альфа не может бросаться словами, она точно у него. Не знаю, как долго, или, может, ее только что нашли, как и меня. Но про ее запах он ничего не сказал. Это я попалась по глупому.
Дверь неслышно отворяется и входит женщина лет пятидесяти.
— Я помогу вам. — сухо произносит вполголоса.
Удивленно поднимаю на нее взгляд, встаю с кресла, а она невозмутимо проходит к дверям сбоку.
— Скоро принесут одежду, я всё размещу в гардеробной, — открывает одну дверь, показывая вместительную гардеробную.
— Надо же, у меня даже одежда будет? — саркастично улыбаясь, отвечаю, но она никак не реагирует.
— Здесь ванная, все принадлежности готовы, наберу воду, вам следует принять душ.
Мне теперь указывать будут, когда мыться.
— Я уже принимала душ у Риты.
Она снова никак не реагирует и уходит. Замок снова заперт, дернув ручку несколько раз, подошла к кровати и улеглась на нее сверху. Прикрыв грудь в разорванном платье подушкой, прислушалась к тишине. Вообще ничего не слышно. Ни с улицы, ни с коридора. Сама же видела, в этом крыле почти нет никого. Кроме альфы и этой тюремщицы-помощницы.
Незаметно для себя, лежа на удобном матрасе, на покрывале из нежной ткани, я засыпаю. Просыпаюсь сама, укрытая тонким пледом, спросонья не могу понять, где я, но вскоре вспоминаю всё, что происходило со мной.
Подскакиваю, комната заперта, а в гардеробную чуть приоткрыта дверь. В ней я вижу ровными рядами развешаны платья. Внизу на нижней полке ряд босоножек, выбираю первый попавшийся наряд и быстро закрываюсь в ванной, чтобы переодеться. Душ принять пришлось, хотелось смыть прикосновения его бет, которым он меня отдал поиграться.
Когда я вышла из ванной уже в чистом платье, то увидела поднос с едой на столе. Когда они всё успели? Одежда, еда. Я не замечаю никаких движений в комнате, совсем расслабилась.
Поесть нужно. Объявление голодовки было б не самым разумным решением. Мне нужны силы. А еще я чувствую как сильно проголодалась, от подноса так вкусно пахнет.
Села за стол, открыла первый клош, в тарелке был ароматный сырный суп. Под вторым оказались бутерброды, а пот третьим жаренное на гриле мясо.
Ела я быстро. Не хотела, чтобы сюда вошла моя тюремщица и испортила аппетит.
Лишь наевшись до отвала, откинулась на спинку кресла. Давно так вкусно и сытно не ела. Не считая приют Элис, она, действительно, умеет готовить на большую ораву, не теряя вкус и качество. 
Возвращаюсь мыслями к ней, женщина занимается благотворительностью уже много лет, после того как на улице во время очередных стычек кланов погибли ее сыновья, она сама вышла на улицы города. Заниматься благотворительностью: накормить, одеть, помочь. Она нашла меня, когда мне было пятнадцать, когда я сиганула с моста. еле выплыла, а на берегу она подобрала меня. Привезла в одну из ночлежек. Тогда я узнала, что не все из высших рангов снобы и законченные уроды. Её муж был бетой, как и сыновья. Она имела вес в клане, но несмотря на всё помогала таким, как я. У которых за душой ни дома, ни звания, ни места в клане.
Первый спрей она мне принесла той же ночью. Запах омеги начинает проявляться с половым созреванием, тогда я и поняла, что значит быть омегой. Чего на самом деле боялись родители.
— Мне удалось вернуть тебе хорошее расположение духа?
Я вздрогнула, передо мной стоял альфа, а я так ушла в себя, что даже не почувствовала его приближение. Быстро встала на ноги и подняла на него взгляд. Ему нравилось моё неподчинение, иначе бы уже заставил смотреть в пол.
— Могу я увидеть сестру? Пожалуйста.
Вложила в голос всю тоску и смирение, на сколько могла. Он улыбнулся. Протянул руку к моему локону, заправив за ухо. 
— Ты даже знаешь слово “Пожалуйста”? — наклонился и добавил, прошептав. — Скоро ты будешь кричать его каждую ночь.
Я вспыхнула. Шаг назад, но он ловит меня за талию и усмехается моему возмущенному взгляду.
— А я то думал ты стала смирной овечкой. 
Внезапно, я даже моргнуть не успела, его губы накрыли мои и я отчаянно забила его по плечам. Но он как каменный, ему мои трепыхания вообще ни о чем, продолжал жадно и жестко таранить мой рот своими губами и языком. Я даже не смогла зажать губы. 
Отпустил, и я бурно дыша отпрыгнула прочь. Губы жгло, а на талии от его рук словно осталось горящее пламя. 
— И не говори, что не понравилось. — удовлетворенно произнес он. — Теперь я еще больше хочу тебя себе. Твоя сестра не такая горячая. Пожалуй, ты хорошо заплатила за встречу с ней, я разрешу вам увидеться перед тем, как передам ее Борцову. Сёстры омеги в соседних кланах, чем не повод для перемирия?
Я не верила своим ушам.
За поцелуй он разрешит увидеться с Ариной? Хотя это не просто поцелуй. Он будто заклеймил меня собой. Теперь я понимаю, что он никуда не даст мне сбежать.
  
ГЛАВА 7
 
ГЛАВА 7
Примерно двое суток меня никто не беспокоил, кроме моей молчаливой охранницы. Она убирала постельное каждый день, приносила пищу, следила за водой в графине, чтобы не заканчивалась. 
И цветы. Второй день на моем прикроватном столике появляется букет алых пионов. Сервис на высоте, только жаль что взаперти.
Она так и продолжала хранить молчание, не разговаривая со мной. Правильно, кто я такая. Общаться с омегой, всё равно, что испачкаться для нее.
А потом пришел альфа. Снова я почувствовала его еще издали. Дверь распахнулась, я уже была на ногах. Подскочила с постели, встречать его лежа точно в мои планы не входило.
— Пойдем.
— Куда? — вопросительно уставилась на него.
— Ты уже не хочешь увидеть сестру? — он развернулся, чтобы уйти.
— Хочу! — бросилась за ним, он шел быстро, я еле поспевала. Мы вышли из крыла альфы, прошли мимо общих гостиных, где были другие оборотни, а потом спустились в цокольный этаж. Отпер одну из комнат, куда я вошла.
Это место, где я могу оказаться и прожить всю оставшуюся жизнь. В окна высоко под потолком лил рассеянный солнечный свет, в комнате кроме узкой кровати и стола ничего не было.
На столе пластиковая посуда с уже подсохшей едой. Девушка, отвернувшись к стене, лежала калачиком и никак не отреагировала на нас.
— Завтра пройдет действия спрея и за ней приедет Борцов. — сказал альфа. И закрыл дверь, оставляя меня внутри.
— Арина? — едва слышно прошептала я. Тонкие плечики вздрогнули, короткая неровная стрижка светло медных волос на голове. — У тебя были такие красивые волосы…
— Дарина? — неверяще посмотрела на меня. — Это ты? Луна! Я думала тебя нет в живых! Я искала тебя. Неправильно было разделяться. Нужно было оставаться вместе. Папа был неправ.
  
— Где он? Он жив? Как ты сюда попала? Давно? Как ты жила все эти годы? — Она присела, а я подошла к ней. Обнявшись, мы не могли насмотреться друг на друга.
— Я помню тебя худой и тощей, а ты такая красавица стала. — шепчет Арина, а я смеюсь, а потом плачу от ее слов. — Папа оставил меня в Н-ске, повел преследователей по ложному пути. Я читала потом в газетах, что он отказался сотрудничать с альфой Н-ска, его убили, Дарин. Я тогда смогла бежать, потом в одном из городков узнала про тебя. Но поиски ни к чему не привели, я поняла, что ваш детский приют перевели в этот город. А здесь толком ничего не узнала. — горько усмехнулась она. — По городу столько наблюдателей клана, просто невозможно кого-то искать, чтобы об этом не узнали. А потом увидела, что ищут тебя. Я пыталась найти первой, но не успела. Меня поймали три дня назад.