Бедовая ведьма для Котовасино (СИ)
- И никто из слуг вас не остановил? - я недоверчиво хмыкнула.
- А прогнали их всех, дворец пустой стоял. Отчего ж так, спросишь? Вот то-то и оно, Марусечка, в том вся соль. Причина крылась в том, что королева-то в тот день разрешилась от бремени. Двух мальчонков родила. Моя сестра роды с повитухой принимала, ту потом в речке нашли с перерезанным горлом - уж разбойники постарались, или кто в кружевах да париках такой приказ отдал, не ведаю.
Этого еще не хватало!
- А я, получается, разговор-то сестрин как раз с королевой и подслушала. И тебе, Марусечка, знать надобно, о чем они говорили.
Это я уже поняла. Тяжело вздохнула и кивнула:
- Рассказывайте, Агуся, как дело было.
- Зачем тратить время, Марусечка, - бабушка накрыла своей ладонью мою руку, - лучше покажу.
Перед глазами потемнело и...
Глава 74 Дворцовые тайны
Старалась идти тихо, прошмыгнуть через эти огромные дворцовые залы, давящие великолепием со всех сторон, как мышка. Мне одно и надо было - лишь сынка увидеть, полюбоваться им издали. Глаза защипало от слез. Уж такой парень ладный вырос!
Рослый, сильный, с кудрями до плеч чернявыми - в отца, подлеца, пошел. Тоже, наверное, девкам сердца разбивает. Настругает мне внучат, а я и не узнаю о том.
Ох, решусь! Стиснула кулачки, пробираясь по красным мраморным квадратам пола. Сегодня решусь, попрошу сестрицу рассказать Аланчику всю правду о настоящей матери, обо мне, то есть. Ведь должен знать сын о том, что я его на свет произвела. А о большем и не мечтаю. Лишь обнять его разок, как родная мать.
Куда все подевались? Тихо во дворце, как в гробу. И никого, ни щура не видать. Уж не в первый раз тут вором крадусь, а никогда такого не видывала. Обычно всегда толчея, слуги как угорелые носятся, да и придворные туда-сюда шныряют. И у каждой двери пара молодцев в парадных камзолах стоит, напомаженные, надутые, с важным видом - будто не двери отворять поставлены, а самолично жизнь королевы охранять.
Куда это я забрела? Будуар какой-то, что ли? Все в золотых тонах утопает, с пола до потолка. Любимый, сказывают, королевский цвет. Сестрица как-то показывала мне нужник царский, с виду стул, богато изукрашенный золотом, я еще подумала, что это трон.
А сестра со смеху едва не описалась, как такое услыхала. Ага, говорит, трон и есть! И с сиденья крышку поднимает, а под ним дырка - для задницы, стало быть, чтобы все дела свои вовнутрь делать.
Так что у них тут сам черт копыта сломит, не понять, куда и попала. Заблудилась, честно скажем. Вот ведь Агафья, никогда себе дела не убавит! У кого ж спросить-то?
Если...
Вздрогнула всем телом, младенческий крик услыхав. А следом и второй, дуплетом, стало быть. Говаривали, королева наша на сносях. Неужто? Подошла поближе к двери приоткрытой, проскользнула в темноту. Не надо любопытничать в таком месте, знаю, но ноженьки непослушные сами вперед топают.
Глаза привыкли к темноте, смогла разглядеть вторую дверь. Оттуда свет лился приглушенный. Заглянула внутрь и увидела женщину на кровати. Ложе размером со всю мою хату. А баба простоволосая, нагая, с пузом большим. Лежит посередке, темные волосы по подушкам пуховым разметались. Вокруг двое девок суетятся, одна моя сестра. Неужто я и впрямь к рожающей королеве забрела?
- Кто? - спросила роженица, тихо, но властно - по спине у меня прям мурахи заскакали, как блохи бешеные.
- Младенцы мужского полу, Ваше Величество, - присев в глубоком поклоне, ответствовала девка, склонившись над колыбелью. - Поздравляю Вас!
Повитуха, стало быть. А сестра моя покуда обтирала тело королевское. Вот как рожать надо, а не как бабы в Котовасино - где прихватит, там и присела. В поле на покосе, или в огороде собственном, или в сарае, при кормежке скотины или дойке. А тут лежишь, стенаешь, все вокруг тебя бегают, красота!
- Который, Марфа? - королева пытливо уставилась на мою сестру, которая держала перед ней белую ночную рубаху с оборочками.
- Первенец, Ваше Величество, - ответила та и помогла ей надеть ночное облачение.
- Да, верно все, сказывал демон, что сильный дар в их роду первому новорожденному передается. - Королева кивнула и, морщась, уселась. - Дай мне его.
Сестра подложила ей под спину еще подушку и махнула повитухе. Та бережно подхватила из колыбели один сверток и передала ей.
- В соседней комнате жди, - шепнула ей Марфа и уложила дитя на руки матери.
- Маленький, но крепкий, - та задумчиво оглядела его, сучившего ножками. - Стало быть, ты симург и есть, который так отцу твоему надобен.
- Неужто отдадим, Ваше Величество? - сестра сложила руки на груди. - Отдадим ребенка демону этому, Бальтазару?
- Таким был уговор, - роженица ахнула, когда новорожденный цепко ухватил ее за палец. - Сильный какой!
- Не хочет с матерью расставаться, - Марфа отвернула лицо в сторону и промокнула уголки глаз краешком фартука.
- Возьми его и зови, сама знаешь, кого, - велела королева, передав ей сына. - Пусть ведьмы закроют в нем дар этот наглухо. Под условие какое позаковыристее.
- Это какое же, госпожа? - моя сестра прижала ребятенка к себе, укачивая.
- Без разницы, на то они и Темный ковен, пусть придумают, - та махнула рукой. - Ну, не знаю, пусть дар пробудится, только когда он истинную свою встретит, к примеру.
- Это вы хорошо придумали!
- Пусть Бальтазар помучается, изыскивая способ дар в сыне пробудить, - роженица усмехнулась. - Я как раз успею подготовиться к тому моменту. И тогда мы еще посмотрим, кому та сила первозданная покорится!
- Такой маленький, - Марфа вздохнула, глядя на первенца королевы.
- И такой важный, - добавила королева. - Демон ради него на все согласился, чего с него требовала я. - И всех конкурентов моих извел, и на трон помог сесть, и на крови поклялся мне, - она вытянула вперед руку, разглядывая свои увесистые кольца. - Вот, перстенек в залог дал. Сила в нем немереная!
- Но все ж вдали от своего дитя будете, Ваше Величество, сердце-то изболится.
- Ничего, у меня второй сын имеется, - она кивнула на колыбель, - им утешусь. Положи Демьяна к Ромуальду, Марфа, пусть братья напоследок вместе побудут.
Пристальным взглядом проследила она за моей сестрой и улыбнулась мечтательно.
- Долго нам быть в разлуке с первенцем, но как сыщет Бальтазар место то сокровенное, где изначальный кристалл прячется, так и воссоединится семья. Силу ту не демон, а я заполучу! И стану такой же могущественной, как прабабка моя Роксолана была! Изведу тогда Бальтазара, сама всем править буду!
- А-ах! - я вынырнула из воспоминаний Агуси и начала ловить ртом воздух.
Вот это да!
- Так вы... - когда дар речи вернулся, спросила у весьма непростой, как оказалось, бабушки. - Тоже ведьма?!
- Агась, милая, - кивнула с грустной улыбкой.
- Но почему?..
- Почему не почувствовала ты меня?
В ответ смогла только кивнуть.
- Темная я потому что. И закрыта магия во мне наглухо.
Час от часу не легче!
- С пеленок о том ведала, да времена тяжкие пришлись на мою молодость, - тихо сказала Агуся. - Изничтожали нас в ту пору безжалостно, под корень, семьями выжигали.
Ведьмин пепел - слыхала о таком?
Как не слыхать! Еще одна легенда, от которой кровь в жилах стынет. Говорят, что Темных ворожей сжигали заживо, даже беременных, вместе с грудными детьми на руках, без разбору. И прокляли ведьмы убийц своих страшным образом, обрекли всю жизнь убежища искать, ибо пепел от сожженных тел всегда будет летать по свету, искать этих убийц - чтобы отомстить.
- Едва-едва мы с семьей спаслись, сбежать успели, и бабка моя провела обряд - закрыла навсегда Силу в нас всех. Спасла, да, - женщина понурилась. - Но как инвалиды мы сделались. Страшно это, от лучшей части своей отказаться. Как руки-ноги поотрубать. Вечно неполные, как птицы бескрылые. В небо глядеть с тоской да слезы ронять, одно нам и осталось.