О вулканцах и людях (СИ)

Кирк помолчал, то ли пытаясь сформулировать все то, что в последние часа полтора не давало ему покоя, то ли раздумывая, какую именно часть истории стоит рассказывать Боунзу, и в какой форме это преподнести. Потом сказал медленно и, вопреки обыкновению, тихо:
– Если честно, я сам пока многого не понял. Просто… это очень уж неожиданно, понимаешь?
– Неожиданно что?
– Ну… то, что я узнал.
  
МакКой нетерпеливо передернул плечами.
– И что ты узнал?
Кирк поерзал.
– Черт! Даже не знаю, как сказать.
Доктор терял терпение.
– Ну, скажи уже как-нибудь!
– Понимаешь, Боунз, произошло то, чего я меньше всего мог ожидать.
МакКой усмехнулся.
– Дай угадаю. «Энтерпрайз» от тебя забеременела?
– Дурацкая шутка, Боунз!
Доктор пожал плечами.
– Откуда я могу знать, что для тебя является неожиданностью, а что – нет.
Джим потер пальцами виски.
– Понимаешь, в меня влюбился человек, который, как мне казалось, терпеть меня не может.
МакКой фыркнул.
– Вот удивил. Такое бывает сплошь и рядом.
– Ты не понял. Если бы ты знал, о ком я говорю…
– Ну, и кто она?
– Не «она», Боунз.
Доктор поднял брови.
– Чего? Ты, что, хочешь сказать…
Джим кивнул.
– Именно. Это парень.
МакКой смотрел на него с выражением, которое ясно показывало, что услышанное оказалось для него несколько неожиданным. Кирк снова поерзал в кресле, чувствуя себя неуютно под его взглядом, а потом выпалил:
– Ладно, не делай вид, что впервые слышишь о чем-то подобном! Тем более, ты знаешь, что в Академии я…
Доктор вскинул ладони вверх, призывая не продолжать.
– Кирк, я прошу тебя, избавь меня от подробностей. Да, я в курсе, что в Академии ты трахал все, что двигалось, а что не двигалось…
– Боунз! – теперь уже Джим призывал друга замолчать. Почему-то сейчас ему не хотелось слышать эту пошлую шутку, тем более в свой адрес.
– Что «Боунз»? Ты пришел на ночь глядя, чтобы поведать мне историю о том, как в тебя втюрился…
– Дослушай, ладно? – устало прервал его Кирк.
На лице доктора появилась красноречивая гримаса.
– Да я-то слушаю, но ты же ничего толком не говоришь! Ну, втрескался в тебя какой-то парень, ну и что? Ты что, решил развлечь меня этой дурацкой историей посреди ночи? – МакКой сделал паузу, а потом вдруг слегка нахмурился: – Или… парнишка болезненно это воспринял и хочет перевестись на другой корабль? Боишься потерять хорошего офицера?
Джим потер щеку.
– Ну… Надеюсь, офицера я не потеряю.
– Хорошо, в чем тогда проблема? – МакКой сделал паузу, глянул на него, чуть прищурившись, а потом в его глазах блеснули странные огоньки. – Впрочем… Хм, об этом я как-то не подумал.
Кирк отчего-то напрягся.
– О чем ты?
Боунз продолжал с интересом его рассматривать, словно видел чуть ли не впервые.
– Знаешь, если бы это был не ты, а кто-то другой, я бы сказал, что диагноз прост. Слишком уж сильно тебя это зацепило. Ты что, к этому парню неровно дышишь? Не думал, что своими глазами увижу, как Джим Кирк в кого-то…
– Нет, Боунз, – как-то слишком резко оборвал его Кирк. – Это не то, что ты подумал. Я его уважаю, он настоящий профессионал, интересная личность и все такое… Но он не интересует меня… ну, ты понял. Не интересует… в этом смысле. И уж тем более… Нет. Конечно, я не влюблен в него.
Произнося эти слова, Джим зачем-то перевел глаза с лица собеседника на бутылку бренди, стоящую между ними. В его душе поднималось нечто, весьма похожее на испуг. Ведь он же не испытывает ничего подобного, нет? Конечно, Боунз ошибается. Просто… все это очень неожиданно, он удивлен и не знает, как реагировать.
МакКой скептически вздернул бровь.
– Интересная личность, говоришь?
– Боунз!
– Знаешь, что я тебе скажу, Джим? Ты просто ребенок. И я даже не думал, что настолько.
– Боунз, ты ошибаешься, – с горячностью возразил Кирк. – Это совсем другое. Ну, правда, если бы я в кого-то влюбился, я бы знал об этом.
– Интересно, ты сам себя слышишь?
Джим насупился.
– Зря я об этом заговорил. Знаешь что? Забудь.
МакКой усмехнулся.
– Ладно, предположим, что я неправ. Тогда можешь ответить мне на один вопрос? Почему тебя так беспокоит эта ситуация?
Кирк посмотрел на него, словно пытаясь осмыслить сказанное. Откровенно говоря, он и сам не понимал, почему его это беспокоит. Он пытался понять, что же он чувствует на самом деле, но у него это не очень хорошо получалось. После разговора с послом эмоций было слишком много, и они были очень разные. Если не сказать – противоречивые. Но это уж точно не то, что предположил Боунз. Это даже звучит абсурдно. Джим повел плечами.
– Не знаю. Но ты ошибаешься. И, наверно, действительно не стоило затевать этот дурацкий разговор.
МакКой усмехнулся.
– Разговор дурацкий, с этим я абсолютно согласен. Еще и посреди ночи.
Кирк немного помолчал. Боунз, который, несмотря на ворчание, спать уже явно не хотел, смотрел на него с добродушной ухмылкой старшего брата. Наконец, Джим поинтересовался:
– Бренди точно не будешь? Отличная штука, из моих запасов. Ты знаешь, я что попало не предлагаю.
МакКой посмотрел на бутылку, одиноко стоящую на столе. Взгляд Джима стал хитрым. Доктор потянулся к столу, взял бутылку в руки, поднес ближе, изучая этикетку. Капитан молча наблюдал.
– Пятилетняя выдержка, – негромко констатировал МакКой. – Ладно, ты и мертвого уговоришь, давай по одной.
Джим усмехнулся:
– Что-то я не припомню, чтобы тебя нужно было особо уговаривать.
МакКой достал стаканы и разлил бренди с ловкостью человека, у которого имеются в этом деле серьезные навыки. Кирк поднял свой стакан:
– Давай выпьем за… за что-нибудь.
Доктор насмешливо вздернул бровь:
– Глубокомысленный тост.
Он выпил темно-янтарную жидкость и удовлетворенно кивнул.
– Действительно, отличная штука.
– Угу.
Джим тоже собирался выпить, но ему помешал сигнал коммуникатора. Стандартный звук, оповещающий о входящем вызове, почему-то показался слишком резким.
– Вот черт… И что там опять?
Он откинул крышку комма и мрачно констатировал:
– Кирк слушает.
– Капитан, я не хотела мешать вам отдыхать, но у нас не совсем стандартная ситуация, - это была энсин Петрова из отдела связи.
Джим приподнял брови.
– И что за ситуация?
– С нами связался шаттл, экипаж – трое андорианцев, и они просят разрешения подняться на борт.
– Андорианцы? – Джим озадаченно потер подбородок и едва слышно вздохнул, покосившись на свой стакан. – А что у них произошло?
МакКой усмехнулся.
– Что, Кирк, быть капитаном не всегда здорово, да? – его язвительный шепот заставил Джима снова скосить глаза и скорчить соответствующую гримасу.
– Заткнись, Боунз, – проворчал несостоявшийся собутыльник, прикрывая ладонью комм.
– Капитан, они утверждают, что на их корабль было совершено нападение, судно получило повреждения и они были вынуждены покинуть его.
– Нападение? – Кирк нахмурился. – Ладно, дождитесь меня, я сейчас буду на мостике. Конец связи.
Услышав слово «нападение», МакКой сморщился, как печеное яблоко. Не любил он все эти «нападения», «повреждения» и другие неизбежные космические происшествия. Он потянулся за бутылкой и плеснул себе еще бренди.
– Иди, Кирк, иди. А я, с твоего позволения, еще немного выпью и спать лягу. Будем считать, что бутылка бренди – это компенсация причиненного мне морального вреда.
Джим ощетинился.
– Какого еще вреда?
– Как же, ты не давал мне спать, и я вынужден был выслушивать дурацкую историю твоих любовных похождений.
– Никаких похождений не было, Боунз!
– Ну, так будут.
Кирк фыркнул и направился к выходу. Уже в дверях он вдруг обернулся:
  
– Зря ты так решил. Ты ни черта не знаешь. Есть вещи… да, ладно, впрочем.
Он дернул плечом и вышел, так и не закончив свою мысль.