Сиротинушка (СИ)

— Любую.
— Значит, нам будет потребно в столице готового платья купить… да, на троих.
— А здесь…
— А здесь никто вообще знать о том, что мы в приказчиков переоденемся, не должен. Я вам, если вы не против, через два дня все подробно изложу.
— И насчет премий Осипову и Мартынову не забудьте.
— А им-то за что? Я не в смысле, а чтобы среди прочих слухов разных…
— За успешную вербовочную работу. По червонцу за каждого нового ученика вашей школы.
  
— Лишку будет, думаю, по пять рублей будет довольно. Потому как деньги-то у них в кошелях никто пересчитывать не станет.
— Тоже верно. Договорились, послезавтра я вас жду с расчетами…
Архип Осипов был человечком невысоким, но силищей обладал просто невероятной. И он вдобавок был человеком, буквально душой и телом преданным Николаю Николаевичу: ведь тот в свое время спас жизнь матери Архипа. Собственно, после этого случая и сам Архип в жандармы постарался записаться, и в целом у него это получилось — но когда он узнал, что ему все равно нельзя будет обидчиков матери покарать, то по истечении минимально срока службы рядовым он вышел в отставку, несмотря на посулы в повышении его в чине до унтера. И попал в охрану Тульского оружейного, куда отставных жандармов брали с радостью — а чуть позже, и уже по рекомендации экс-поручика Рослова перешел на службу в охранную часть компании господина Розанова.
С Аверьяном было еще понятнее, и понятно, почему все же Николай Николаевич не сразу решил его с собой брать: тот как раз в Польше служил, где и невесту подыскал — но местные подонки, после того как девушка перешла в православие, ее изнасиловали толпой — и она повесилась. Написав обо всем жениху — но тогда руководство этого жандарма немедленно отправило из Польши «от греха куда подальше», а тот, дослужив срок в Туле, тоже вышел в отставку. И, по мнению Николая Николаевича на службу в компанию Розанова перешел исключительно чтобы «побольше денег заработать», а деньги он копил, чтобы вернуться в Польшу и там подонков лично покарать.
А Саша, когда Николай Николаевич рассказал о своих сомнениях, отдельно и с Аерьяном поговорил:
— Аверьян, я слышал, что ты с поляками поквитаться желаешь.
— То мое дело.
— Неправильно говоришь. Во-первых, ты работаешь в нашей компании, и твои дела — это дела уже общие. Но… нет, ты послушай, пока тебя в кутузку не посадили по дурости. Во-первых, поляки — они все же не все сволочи последние, так?
— Ну так, и что?
— Ты точно знаешь, кто это сделал?
— Ядвига мне перечислила… кого узнала.
— А других, стало быть, ты не знаешь. Поэтому сначала нужно тех, кто известен, аккуратно взять и вежливо так расспросить… я знаю, как спрашивать чтобы люди честно отвечали. И вот когда ты всех вызнаешь… Но один ты ничего не узнаешь потому что отловить человека незаметно очень непросто, а уж расспросить его правильно… тебе потребуется помощь людей умелых в таком деле. И я, между прочим, вас всему этому и обучить стараюсь! Так вот, учитесь вы вроде неплохо, но без практики всяко не обойтись. И раз уж подворачивается случай попрактиковаться… Николай Николаевич готов тебе дать возможность опыта набраться.
— Я готов, Я, Александр Алексеевич, за то, что вы… я готов, и клянусь, что не посрамлю ваше доверие!
А когда отставной поручик с двумя помощниками отбыл в столицу, Александр Алексеевич переключился на иную работу. То есть не сам переключился, а с новыми инженерами компании принялся обсуждать планы на следующий год, но внезапно все намеченные работы пришлось отменять. И не потому, что было что-то неверно спланировано, а потому что «обстоятельства изменились»: в середине ноября в Тулу приехал весьма высокопоставленный гость, причем прибыл он по душе господина Волкова…
Вообще-то Филадельф Кириллович по делам приехал в Москву, и приехал он, как сам думал, на пару дней. А на встрече с Иваном Васильевичем Аристовым, когда они уже шли в электротехническую лабораторию, услышал от директора ИМТУ несколько удививший его совет:
— А если вы желаете в деталях по такому использованию машин электрических что-то вызнать, то лучше вам будет обратиться к студенту, что нынче на втором курсе университета обучается, вроде бы Розанов его фамилия. Сам он, насколько мне известно, иными науками увлекается, но вот его компания в Туле… Он среди наших студентов известен в том числе и тем, что ездит на собственном автомобиле…
— Думаю, не один такой студент нынче в России…
— Я имею в виду, на автомобиле, которые его же компания и выделывает. То есть их-то, автомобили я имею в виду, только его компания в России и выделывает, но у него авто вроде как специально для него изготовлено: в нем и мотор запускается электричеством, и фонари электрические стоят. И все это — тоже выделки его компании, да и у нас в лаборатории электрической нынче чуть не четверть приборов от компании Розанова поступает: профессора наши говорят, что они куда как лучше любых иностранных, а в цене вполовину, если не больше, дешевле. А на заводах его, по слухам, машин электрических разных поболее, чем во всей Москве! И от Богородицка до его поместья осенью дорогу проложили железную, по которой вагоны движутся силою электричества. Так что, сдается мне, что вы от него куда как больше узнаете, чем от наших профессоров.
— Интересно, а почему в столице об этом никто не знает?
— В столице что, автомобили за диковинку считают?
— Я про машины электрические…
— Я все же думаю, что кому интересно, те знают. Я-то сам только случайно о сем всякое услышал, когда на заседании правления профессора спорили о том, кому сколько средств на лаборатории потребно. И когда с кафедры электротехники предложение поступило ко мне закупить у Розанова машину паровую с генератором и в училище освещение электрическое поставить в аудиториях.
— Калильные-то лампы куда как ярче…
— Мне сказали, что у Розонова в авто стоят лампы электрические куда как калильных ярче, да и свет от них приятнее. Сам я не видел, но не верить своим профессорам…
— А как мне этого господина отыскать?
— Сие труда точно не составит: в университете его, говорят, каждая собака… то есть я сейчас же человека туда пошлю, и пока вы лабораторию осмотрите, адрес вам и привезут. А может кто из наших электротехников вам уже ответит…
На вопрос о том, кто из сотрудников лаборатории знает, где найти господина Розанова, один из студентов (видимо, узнавший Председателя электротехнического отдела Русского Технического общества) ответил:
— Если вас, ваше превосходительство, какой вопрос по электротехнике интересует, то Андрея Розанова вам беспокоить не стоит: он на химика учится и в электротехнике вообще ничего не смыслит. А вот приятель его, Волков Александр Алексеевич, ней разбирается куда как лучше любого из нас. Он как раз весной к нам наведывался, выпускников к себе в компанию на работу зазывал — и о работе рассказывал весьма подробно. У Розанова сейчас четыре электростанции строится, и все машины для них на его же заводе и выделываются — но Андрей Николаевич о том даже и не знает, как мне кажется, а вот Александр Алексеевич… Он вообще в Туле организовал что-то вроде института инженеров-электротехников, и вроде программу обучения сам для института составил. Мне наш выпускник прошлого года эту программу прислал посмотреть, так я половину в ней просто не понял — а он, стало быть, все это понимает и знает, как верно инженеров всему этому научить. Но он в Москву хорошо если раз в год по обещанию заезжает, так что встретить его можно в Туле, а того вернее в Богородицке, где в господина Розанова заводы стоят. Но одно знаю наверное: если ему телеграмму послать за день, то в Туле он вас точно встретит. И адрес для телеграммы у меня записан…
  
Саша думал, что Персиваль исчерпал его запасы удивления фантазией родителей, но приехавший к нему в гости Филадельф Кириллович Величко доказал, что нет предела… в общем, чему удивляться, еще будет немало. Генерал-лейтенант прибыл у Тулу сугубо по делу: оказывается, в Генштабе вопросами электротехники очень заинтересовались и были готовы даже очень немалые деньги в развитие этой науки вложить. Еще он поинтересовался, правда ли, что господин Волков целый институт учредил, но после Сашиного ответа ненадолго задумался и «предложил альтернативу» — после того, как осмотрел завод, на котором электрические машины делались: