Двадцать два несчастья. Книга 2

 
Фонд А., Данияр Сугралинов
 
Двадцать два несчастья. Книга 2
  
Глава 1
 
Ирина из прошлой жизни была на тридцать два года младше меня. Седина мне в бороду, бес в ребро, согласен и не отрицаю. Но дело было не в ее красоте, неиспорченной фигуре и постели. Просто рядом с ней я снова чувствовал себя живым, словно годы переставали давить, будто еще можно что-то начать, а не просто доживать на подготовленной почве. Она вернула мне ощущение движения, и это было важнее всего остального. К тому же завести интрижку, найти себе молодую и привлекательную женщину никогда не составляло для меня проблем.
  
Справедливости ради скажу, что из семьи меня не уводили. Белла, первая жена, мать моих детей, ушла во время ковида, в самом его начале, не помогли ни ресурсы нашей клиники, ни связи, ни большие деньги. Ирина в то время крутилась рядом, сверкала в нашем общем кругу знакомых и оказалась той, кто, как тогда представлялось, был мне нужен.
Год я держал оборону, а потом не выдержал и сдался. Еще через год мы поженились.
И вот сейчас Ирина, моя вторая жена из прошлой жизни, глядела исподлобья и готова была выстрелить мне в грудь. На мгновение в ее глазах промелькнуло что-то, похожее на узнавание…
…но нет. Не узнала, хотя я по какой-то иррациональной причине надеялся. В теле своего казанского тезки, тридцатишестилетнего Сереги Епиходова, я был для нее полным незнакомцем.
Кстати, за те несколько дней, что не видел ее (после своей смерти, разумеется), она здорово изменилась: похудела, загорела, похорошела. На некоторых женщин вдовство действует самым неожиданным образом. Неужели завела себе кого-то? Да нет, вряд ли. Не хочу даже думать об этом. Не может этого быть – вон корни волос отросли и не закрашенные.
Взгляд мой сам по себе задержался на изгибе ключицы, на том, как поднималась при дыхании полная грудь под обтягивающей водолазкой, и тут чужое молодое тело, в котором я теперь застрял, меня предало. Оно отреагировало так, как, наверное, реагировали на Ирину все молодые мужские тела.
Только этого мне не хватало!
Стоп.
Незаметно для Ирины я стянул перчатки и спрятал их в задний карман. Иначе выглядело подозрительно.
Потом, прикрыв стратегически важное место учебником по нейрохирургии, заставил себя сосредоточиться на ее лице, а не на груди и бедрах под узкими джинсами и не на том, что я помнил о каждом изгибе этого тела. Но память, зараза такая, предательски подкидывала образы: ее задранные ноги, ногти, царапающие мою спину, бесстыжие стоны…
– Ты кто такой? – повторила Ирина.
Она приготовилась то ли выстрелить из зажатого в руках ружья, то ли завизжать. А может, и то и другое вместе. И это вернуло мне самоконтроль.
– Как это кто? – сделав вид, что удивился, я моментально перешел в наступление: – А что, Сергей Николаевич вас разве не предупредил? Вы же его жена, да? Ирина Павловна?
Она опешила и вылупилась на меня с видом акулы, которую сперва выбросили на сушу, а теперь зачем-то заботливо обрызгивают мицеллярной водой с витаминным комплексом.
– Ну, допустим… – Ирина медленно кивнула.
Отлично! Контакт установлен. Вот и ладненько. Теперь нужно закрепить.
И я продолжил излагать версию, которую сочинил заранее:
– Меня зовут Сергей. Я аспирант Сергея Николаевича. У меня последний год обучения, а потом защита, в марте примерно. Так вот, он мне дал задание скопировать данные, для того чтобы мы их статистически обработали, определили корреляцию, построили диаграммы и вставили в наш отчет. Пока мы этого не сделаем – отчет сдать не сможем и нам не закроют грант. А если грант не закроют – основной денежный транш получить мы не сможем. Это же несколько миллионов долларов, понимаете? Только я закончить не успел, потому что уехал в экспедицию на Тибет… – Я изобразил смущение безалаберного аспиранта, который прошляпил все сроки и теперь отчаянно боится получить нагоняй от шефа. – А сейчас я уже вернулся, и так как до послезавтра – точнее, даже до завтра – мы должны это все сделать, сразу же отправился к шефу домой. Он мне оставил свои запасные ключи. Во-о-от…
Сделав паузу, я взглянул на Ирину – вроде слушает. Ладно, продолжу:
– Ну, я и зашел, включил комп, ввел пароль, мне Сергей Николаевич дал. А сейчас начал вот скачивать данные. Сейчас подгружу все и пойду дописывать свой кусок отчета. Чтобы как раз в срок успеть… Надеюсь, что получится…
Ирина заметно расслабилась, а я печально вздохнул и заговорил так сбивчиво, как может только настоящий аспирант, попавший в двусмысленную ситуацию:
– Я просто подумал, что так как Сергей Николаевич мне никаких сообщений не прислал, никакой отмашки на отбой не давал, задание в силе. Понимаете, Ирина Павловна, там же наши соавторы по гранту сидят и ждут, когда мы сдадим свою часть. Иначе этих денег ни мы, ни они – никто не получит… А деньги-то большие…
Отметив, как при этом у нее алчно зажглись глаза, я пожал плечами.
– Вы не подумайте, я ничего здесь не трогал. Все аккуратно: прошел сразу в кабинет и вот сижу – скачиваю.
– А это что у тебя в руках? – Глаза Ирины опять подозрительно блеснули, но ружье она в сторону отложила. Правда, недалеко. Чтобы было под рукой, если что. – Что ты там прячешь?
К этому моменту мой предательский орган, к счастью, угомонился.
– А, это? – Показав ей книгу, я улыбнулся и продолжил говорить в той же немного нескладной манере: – Так это учебник по нейрохирургии. Советский еще. Просто Сергей Николаевич сказал, чтобы я посмотрел его, потому что это же старый учебник, и здесь есть одна методика, которую сейчас, в современных монографиях, интерпретируют немножко по-другому. Вот он подчеркнул для меня карандашом, видите?
Я раскрыл книгу на той странице, где была закладка, и показал густо исчерканные страницы.
– И вот я должен, когда буду делать отчет по гранту, включить туда вот эти все выписки, что Сергей Николаевич отметил.
– Не поняла, ты что, собираешься забрать книгу себе? – нахмурилась Ира.
Я мысленно хмыкнул – она всегда была скуповата, но тогда мне казалось, что жена просто рачительная и домовитая.
– Нет, нет. Возьму на время, на пару дней буквально, – покачал головой я, – только напишу отчет, ну, свой кусок отчета… Мы же его в соавторстве с другими научными институтами делаем, поэтому все должно быть образцово-показательно. А потом сразу верну Сергею Николаевичу. Так он сказал. Он же мне часто свои книги для работы дает. И всем остальным аспирантам тоже. Не только мне, конечно же…
Я посмотрел на Ирину максимально сконфуженным взглядом и, дождавшись утвердительного кивка, продолжил:
– Только не знаю, почему он меня не дождался и не отвечает на звонки… Я несколько раз пытался дозвониться. Он что, в экспедицию уехал, да? В Гватемалу?
– Сергей Николаевич умер, – бесстрастно сказала Ира.
Я рухнул в кресло, закрыл лицо руками и изобразил полуобморочное состояние, словно эта новость потрясла меня до слез.
– Как?.. – сказал я и схватился руками за ворот, словно мне нечем дышать. – Как?.. Как же это так?..
– А вот так. Да что говорить – он уже старый был, – отмахнулась она, словно от малозначительной детали, и перевела разговор на более важную и животрепещущую, на ее взгляд, тему: – Послушай… как тебя там… э… Сергей, а… грант… Деньги за грант когда переведут?
– Ну, если я успею сдать материалы – то на следующей неделе. Плюс-минус два дня. Там же заграница, сами понимаете.
Ирина понимала. Но этот вопрос был для нее самым важным. Поэтому она продолжила допрос:
  
– А куда деньги придут?
– В смысле «куда»? – включил дурачка я. – Сюда.
– На какие счета придут деньги за грант, я спрашиваю?! – свирепо уточнила Ирина, глядя на меня с раздраженным нетерпением.
– А, это! – с лучезарным видом от «неожиданного» озарения кивнул я. – Ну, мы же подавали реквизиты. Там, на сайте, ну, где заявку на грант регистрировали. В смысле, банковские реквизиты. Вот туда и придут…