Потрясая мои мысли (ЛП)

Ее лифчик почти прозрачен. Я провожу большим пальцем по ее груди. Сосок под моей рукой становится твердым. Затем опускаю палец в чашечку лифчика и стягиваю ткань вниз, открывая полную грудь. Я наклоняюсь и беру сосок в рот, игриво покусывая его. Обри откидывает голову назад и стонет, заставляя мой член сильно дергаться в джинсах.
Ее кожа пылает под моими губами, когда я целую дорожку обратно к ее рту. Пальцы погружаются в ее волосы, и я слегка оттягиваю ее голову назад, жадно целуя девушку. Материал моей черной футболки натягивается, когда она сжимает в кулаках пригоршню ткани и целует меня в ответ с такой же силой. Грубый секс возбуждает меня больше всего на свете. Мне нравится борьба за контроль. Женщина, которая знает, чего хочет, всегда чертовски сексуальна.
Я протягиваю руку ей за спину и расстегиваю лифчик, прежде чем снять его и бросить на пол.
Затем веду ее задом к дивану и, когда она упирается в него, укладываю вниз.
Потребность в том, чтобы ее кожа касалась моей, пронзает меня насквозь, заставляя практически сорвать с себя рубашку, стягивая ее через голову. Обри смотрит на меня своими миндалевидными глазами, ее грудь тяжело вздымается. Я расстегиваю молнию на ее юбке сбоку и спускаю вместе с трусиками вниз по ногам.
Она начинает сбрасывать свои красные туфли на шпильках, но я хватаю ее за лодыжку и качаю головой.
— Оставь их.
Бросаю одежду на пол и смотрю вниз на ее обнаженное совершенство. Рыжие волосы и туфли-лодочки только увеличивают сексуальность Обри. Я обхватываю ее правую лодыжку и подношу к губам. Целую и облизываю ее внутреннюю часть бедра, и она извивается подо мной, когда я прижимаюсь коленом к ее другой ноге на диване.
Я закидываю ее ногу себе на плечо и наклоняюсь. Кончик моего указательного пальца скользит по ее клитору несколько раз, прежде чем движется внутрь. Я провожу языком по ее складочкам, прежде чем провести им по ее сладкому местечку.
Через пару минут ее спина начинает выгибаться, и мне нравится, что она такая восприимчивая. Мне тяжело сдерживать желание войти в нее.
— О боже, — всхлипывает Обри, схватив меня рукой за ухо и крепко удерживая на месте. — Да!
Как только ее ноги перестают дрожать, я хватаю ее за бедра и притягиваю к себе. Спихиваю свои джинсы и нижнее белье вниз и пинаю их через всю комнату, желая снова погрузиться в неё.
Я хватаю основание члена и несколько раз вращаю головкой вокруг ее входа, прежде чем скользнуть внутрь. Здесь так тепло и уютно. Крепко зажмуриваюсь и сосредотачиваюсь на том, как чертовски хорошо эти ощущения.
— Твоя киска такая влажная для меня. Мне так чертовски этого не хватало.
Я наклоняюсь и провожу носом по линии ее подбородка. Интенсивный аромат фруктового шампуня и легкий запах духов наполняет мой нос. Каждый нерв внутри меня поглощен ее присутствием.
Я отодвигаюсь назад, а затем толкаюсь вперёд, растягивая ее и погружаясь глубже. Ее ноги расслабляются и раскрываются еще шире на следующем толчке, и я могу почти полностью войти в нее, но все еще слишком туго, чтобы протолкнуть весь член.
— Вот дерьмо, Котенок. Ты такая чертовски узкая.
Я провожу губами по ее шее. Ее голова склонилась набок и из красных пухлых губ вырывается стон. Она уже совсем близко. Я увеличиваю темп, позволяя бедрам врезаться в ее. Когда ее глаза закрываются, я наклоняюсь и продолжаю вбиваться в нее. Провожу рукой вниз по животу Обри, пока не нахожу верхнюю часть ее киски. Щелкаю большим пальцем по ее клитору и ее тело дергается, пока она хватает ртом воздух.
— Кончи со мной, — рычу я, толкаясь сильнее, пока каблук ее туфельки впивается мне в задницу.
Желание попробовать ее на вкус бушует во мне, и я высовываю язык и облизываю мочку ее уха, прежде чем прикусить. Котенок хватает мое лицо обеими руками и прижимается губами к моим губам.
Рычание грохочет в моей груди, когда потребность заявить свои права на нее пронзает меня насквозь.
— Скажи мне, что ты моя. Скажи мне, что ты хочешь меня.
Она смотрит на меня затуманенными сексом глазами и говорит:
 
— Я хочу быть с тобой. Я думаю, что так и было с той первой ночи.
Я целую ее так сильно, как только могу, не причиняя ей боли. Знание того, что она, наконец, призналась, что тоже хочет меня, делает этот секс самым лучшим за всю мою жизнь. Я зарываюсь лицом в ее плечо, крепко обнимая, и толкаюсь в нее, ища свое собственное освобождение.
— Зак, — выдыхает она мое имя, и это моя погибель.
Мое дыхание вырывается рваными рывками, когда мой член напрягается, а затем я кончаю, изливаясь в неё. То, как я отношусь к этой девушке, просто безумие. Эта сумасшедшая связь кажется мне странной и я никак не могу взять себя в руки. Как будто она искренне заботится обо мне, а я никогда не чувствовал этого от женщины.
Я падаю прямо на нее.
— Не думаю, что мне когда-нибудь это надоест.
Она проводит рукой по моей спине.
— Это хорошо, учитывая, что я только что связала себя с тобой обязательствами.
Я приподнимаюсь на локте, чтобы заглянуть ей в глаза.
— Ты сказала это серьезно?
Котенок закусывает губу.
— А ты разве нет?
Я пристально смотрю ей в глаза.
— Ты даже не представляешь, как сильно я этого хочу. Мне просто немного страшно.
— Почему? — шепчет она.
— Боюсь, что разочарую тебя, — признаюсь я.
Она облизывает губы и кладет ладонь мне на щеку.
— Будь со мной искренним, впусти меня, и ты меня не потеряешь.
Я грустно улыбаюсь ей. Она понятия не имеет, о чем просит.
— Я постараюсь.
— Это все, о чем я прошу.
Мое сердце сжимается, когда я наклоняюсь и целую ее в губы. Впервые в жизни я обнаруживаю, что сплю с кем-то, кто предан мне, и это чертовски потрясающее ощущение.
ОБРИ
После последнего поцелуя я отталкиваюсь от дивана и высвобождаюсь из объятий Зака. Не могу поверить, что мы перевели наши отношения в нечто большее. Это просто безумие. Никогда за миллион лет я бы не поверила, что Рифф из «Черного сокола» будет тем мужчиной, которого я буду страстно желать и который согласится на отношения со мной.
— Куда это ты собралась? — Зак хватает меня за запястье.
Я поворачиваюсь и улыбаюсь ему.
— Я собираюсь принять душ.
— Ладно, не задерживайся слишком долго. — Он ухмыляется и шлепает меня по голой заднице.
Я хихикаю, направляясь в ванную и останавливаюсь возле разбитой лампы, которая все еще лежит на полу. Отец мгновенно вызывает в нем гнев. Я не знаю точно, почему Зак должен деньги своему отцу, но какова бы ни была причина, она, кажется, разрывает его на части каждый раз, когда он звонит.
— Я все это уберу, — говорит Зак позади меня, кладя обе руки мне на плечи. — Клянусь, я заменю все, что сломал.
Я киваю и похлопываю его по руке.
— Окей.
Мне хочется засыпать его вопросами, но я знаю, что еще слишком рано. На такого человека, как Зак, нельзя давить.
Его теплые губы легонько целуют меня в шею сбоку.
— Я тебе обещаю.
После душа я выхожу из ванной, а в квартире убрано. Вы бы никогда не догадались, что здесь пронесся страшный ураган. Аромат какой-то аппетитной еды наполняет квартиру, и меня манит к ней. Зак стоит на кухне над моей плитой, помешивая дымящуюся кастрюлю.
Это действительно странное зрелище. Один из самых крутых рокеров в мире, кажется полностью одомашненным на моей кухне, готовя ужин. Его грубая внешность со всеми этими татуировками заставляет меня больше думать об Оззи Осборне, чем о Марте Стюарт. Ему не хватает только фартука в горошек.
Он поднимает глаза и улыбается, когда замечает, что я пристально наблюдаю за ним.
 
— Я подумал, что ты, наверное, проголодалась после рабочего дня.
— Я умираю с голоду, — говорю я, садясь на табурет у стойки и наблюдая, как он готовит.
Зак втыкает вилку в кастрюлю, поднимает одну из спагетти и разрезает ее пополам.