Сильнее всех разлук

— Ты уверен, что справишься с Сэмом? — в сотый раз спросила она.
— Конечно. Ты ведь недолго.
— Если он начнет капризничать, положи его на пол. Ему это нравится.
— Я запомню. А ты не переусердствуй. — Джекоб проверил ее седло, подпругу и уздечку. — Ты очень давно не ездила верхом.
Нелл немного проехалась на Белладонне, чтобы доказать, что она помнит, как сидеть верхом на лошади, и Джекоб был удовлетворен.
  
— Я проеду на ней до ручья, — решила Нелл. — Немного побуду там в тишине.
— Почему бы и нет? Ты так давно не отдыхала на берегу ручья.
Нелл направила Белладонну вперед.
— Объезжай ветки деревьев, — крикнул Джекоб. Белладонна пошла легким галопом, а потом перешла и в настоящий галоп.
Вот это была жизнь — ощущение скорости и ритма красивого животного под нею. Нелл почти забыла, как она любит все это: ветер в лицо, запах эвкалиптов и пыли от копыт лошади.
Она быстро добралась до ручья. Ей хотелось поехать подальше, но на первый раз достаточно и этого. Нелл пустила Белладонну шагом вдоль высокого берега, пока не доехала до того места, где ручей образовывал озерцо.
Привязав вожжи к ветке дерева, она села на гладкий камень и стала смотреть на воду. Было так тихо, что видно было отражение неба в воде. На другой стороне белая цапля, стоя на мелководье, ловила рыбок.
В этой сцене не было ничего необычного. Такой ручей мог быть в любом месте в буше. Но, сидя в одиночестве на гранитном валуне, глядя на сухую, красную землю, на, ясное небо, Нелл услышала стрекотание сороки и почувствовала, как горячие слезы обжигают глаза.
Она их вытерла, и ей захотелось рассмеяться. Какой же она стала сентиментальной бабулей!
Когда Нелл вернулась домой, уже почти стемнело. Она не без труда сняла в темноте седло с Белладонны, аккуратно повесила его на забор и проверила копыта лошади — нет ли камешков. Удостоверившись, что все в порядке, выпустила кобылу на пастбище и убрала седло.
Из кухни падал свет, и, идя к дому, она надеялась, что Джекоб справился с Сэмом без особых проблем.
Вдруг послышался кошачий визг, и громкий лай нарушил мирные сумерки. Впереди нее на ступени взлетела пестрая полоска, а за нею понеслись собаки. Кухонная дверь, вероятно, была не закрыта, и все три собаки с лаем влетели внутрь.
Вообще-то собак в дом не пускали, чтобы они не переломали вещи и не испортили мебель. Нелл побежала за ними. К лаю присоединился истошный рев Сэма.
Она влетела на кухню, где вкусно пахло и был накрыт стол. Никого. Прошла на шум в холл. Джекоб стоял посредине комнаты, держа на руках кричащего Сэма, Амброзий повис на шторе, а собаки подпрыгивали и лаяли на него.
Джекоб приказал собакам убираться вон, но они не слушались.
Нелл протянула руки:
— Дай мне Сэма!
Он передал ей плачущего ребенка.
— Спасибо. — Потом схватил за ошейник одну собаку и приказал ей сидеть. Она тут же прекратила лаять. Джекоб усмирил и другую. Теперь были слышны только вопли Сэма.
Нелл прижала его к себе и стала успокаивать.
Джекоб выгнал собак за дверь, но, уходя, они продолжали оглядываться, как дети, которых выгоняют за плохое поведение.
Когда собаки наконец ушли, Джекоб повернулся к Нелл. Сэм рыдал у нее на шее, но ей удалось немного успокоить его.
— Что случилось? Джекоб почесал затылок.
— Если бы я знал! Собаки так хорошо относились к коту. — Он посмотрел на Амброзия. — Слезай, приятель. — Подняв вверх руку, он снял Амброзия со шторы.
А потом Джекоб так же держал в руках кота, как Нелл держала Сэма.
— С Амброзием все в порядке?
— На вид прекрасно, — ответил Джекоб. — Ни крови, ни вырванной шерсти.
— Бедняжка. Мне кажется, драка началась у черного хода. Наверное, Амброзий попытался поесть из собачьей миски.
— Ты, видимо, права. Я виноват, забыл покормить его.
— Ты был занят Сэмом и обедом.
— Да. — Джекоб опустил Амброзия на пол. Посмотрел на Нелл. — А ты хорошо покаталась?
— Спасибо, замечательно.
— Не переутомилась?
— Нет.
Джекоб так по-домашнему выглядел в старых джинсах и старой футболке с дыркой. Если бы у нее на руках не было Сэма, она бы подбежала и обняла его, рассказала бы ему, как ей не хватало его там, у ручья.
— Как он вел себя? — спросила она.
— Он в первый раз захныкал перед появлением кота и собак.
— Думаю, настало время вечерней бутылочки.
— Я займусь этим.
— Но ты уже и так много сделал.
— Тебе надо полежать в теплой ванне. Если ты не расслабишь мышцы после верховой езды, завтра не встанешь. А потом, если повезет, мы выпьем перед обедом.
Бормоча благодарности, Нелл отправилась в ванную и полчаса спустя вышла в салон, где Джекоб уже навел порядок и разливал в бокалы охлажденное вино.
— Сэм уснул?
— Спит без задних ног. — Он протянул ей бокал. — Присядь отдохни.
Она с благодарностью опустилась в кресло. Отхлебнула вина и удивилась, что напряжение не спадает. Ей казалась, что она может в любую минуту упасть в обморок.
Джекоб же был абсолютно спокоен.
— Скажи мне честно, что ты думаешь об этой комнате.
Нелл оглядела ее.
— Она красивая и большая.
— А мебель? Напоминает офисную?
— Немного, — сдержанно ответила она.
— Здесь не чувствуешь себя дома? — подсказал он. Нелл задумчиво кивнула.
— Если бы ты декорировала ее, использовала бы ты всю эту кожу и хром?
— Я склоняюсь больше к традиционному виду, — согласилась она. — Это красивый деревянный дом. Я бы заполнила его удобными кушетками, обитыми ситцем, зеркалами, добавила бы дерева и старинной мебели. — Она улыбнулась. — У меня есть кое-что, чтобы немного «согреть» эту комнату. Я сейчас вернусь.
Она быстро пошла в комнату для шитья и вернулась с ворохом лоскутных ковриков.
— Их можно повесить на стену. Или положить на диван, чтобы смягчить строгость темной кожи. — Она развернула один коврик и бросила его на диван. Это было одно из ее любимых изделий, где были тщательно подобраны кусочки желтого, кремового, голубого и зеленого цветов.
— Блеск! Так красиво! — Отставив бокал, Джекоб внимательнее рассмотрел ее работу. — У тебя прекрасный вкус, Нелл. И сюда очень подходят эти цвета. Это цвета буша.
— Я его сделала, когда меня мучила ностальгия по бушу. — Она подняла коврик и приложила к стене. — Он подходит к этой комнате, верно? Можешь повесить его здесь или над буфетом.
— Будет потрясающе выглядеть.
— У меня остались обрезки. Я могла бы сделать подушки в тон.
— Мне не хотелось бы так затруднять тебя.
— Никакого труда. Я очень люблю это делать. Я получаю истинное удовольствие, когда составляю рисунок и потом получается, как я задумала.
— Ты очень талантлива.
Она даже не успела понять, что происходит, как Джекоб поднял ее, и коврик выпал из ее рук.
— Я рада, что тебе нравятся мои работы.
— Моя девочка нравится мне гораздо больше. Нелл охватило огнем, когда она увидела в глазах Джекоба откровенное желание.
— Меня трогает все, что связано с тобой, Нелл, — тихо заметил он, опуская ее на пол. — Твоя улыбка, твои одеяла, то, как ты выглядишь, когда держишь Сэма, и то, как ты выглядишь сейчас.
— А как я сейчас выгляжу?
— Я бы сказал, что ты выглядишь… как очень сексуальная бабушка.
Нелл снова рассмеялась.
— А не как счастливая бабушка?
— И это тоже.
— Я удивительно счастлива, Джекоб. Он взял в ладони ее лицо.
— А в чем причина этого счастья, ты не догадываешься?
— Думаю, мне здесь нравится.
— Здесь?
— Именно здесь, — выдохнула она, потянувшись, чтобы поцеловать его в подбородок.
— А что здесь хорошего? Скажи мне. Она прошептала:
  
— Я неравнодушна к твоим поцелуям.
— Прекрасный ответ, дорогая.
Джекоб обхватил Нелл и накрыл ее губы своими.
Они оба тут же поняли, что сегодня не ограничатся только поцелуями. Их тела жадно прижались друг к другу.