Барышня-кухарка для слепого князя (СИ)

— Но похороны, у меня нет денег…
— Похороны пройдут скромно в небольшом храме баронства, его тело туда и отвезли, подготовят, отпоют и похоронят на местном кладбище. А деньги у вас, должно быть, есть. Проверите свои финансовые книги. Память, может быть, и потеряна, но вы очень разумная женщина, справитесь!
Он проговорил это таким уверенным, приятным тоном, что я улыбнулась. Но посмотрел Павел Петрович на Арину, а та, поймав нежный взгляд, смутилась и покраснела.
  
Представляю, как им хочется поговорить между собой, и я сейчас нечто среднее между надзирателем, соперницей и совратительницей.
Не хватало мне ещё с сестрой из-за мужчины разругаться…
Снова долгое молчание. Кучер неожиданно остановил коней и крикнул, что у дороги родник и беседка, можно отдохнуть несколько минут.
Я более всех обрадовалась остановке, и вопреки правилам первая выскочила из экипажа.
День жаркий, душный, явно будет гроза, успеть бы до непогоды укрыться в поместье, а нам ещё часа три ехать.
Умываюсь ледяной водой, намочила косынку и обтёрла шею, руки и глубокое декольте. Точно, соблазнительница, но такие платья норма, так что я тут ни при чём.
Однако влажную ткань накинула на плечи, чтобы прикрыть свои перси. Не пристало вдове так себя выставлять.
Арина тоже умылась, мы с ней прогулялись чуть подальше, и я решилась:
— Милая, он тебе очень нравится? Или это от того, что у тебя не было опыта общения с мужчинами и любой, хоть немного красивый молодой человек становится желанным? Это так или я ошибаюсь?
— Ты хочешь его забрать? — я и забыла о её дерзости и юношеской прямолинейности.
— Что значит, забрать? Он не телок и не конь! Послушай, у меня ужасная ситуация. Ничего не помню, какие там слуги не знаю, как себя вести понятия не имею. Ты мне нужна. Очень нужна. Не Павел и не Гордей Сергеевич, а ты! Я была бы счастлива, выдать тебя замуж за такого красивого и порядочного мужчину. И даже приложу к этому все усилия.
Она смотрит на меня с недоверием.
— Это какие усилия?
— Мы после девяти дней и обследования поместья переедем в столицу, а я намерена попросить Павла хоть немного нам содействовать в этом непростом вопросе. Ты, главное, не глупи и не делай кислое лицо. Мужчины любят приятных женщин, а не зануд.
Анина, наконец, улыбнулась, не выдержала и обняла меня.
— Вот и молодец. Пойдём, пора уже ехать. Скоро будет гроза, нам бы успеть.
Уселись в карету, отдохнувшие, посвежевшие, и я сразу перешла к делу.
— Мы не успели с сестрой обсудить ситуацию. И сейчас коротко поговорили. У меня есть просьба к вам.
Павел внимательно посмотрел на меня, потом на Арину, этот взгляд о многом говорит.
— Да, конечно, что в моих силах.
— Я думаю, что нам нужно переехать в столицу. Там для моей сестры больше возможностей, а я должна какое-то время прийти в себя после череды трагедий и неудач. Нам нужна помощь в обустройстве, в понимании себя в этом обществе. Я прошу вас взять некое подобие шефства над нашей семьёй. Вы служите в полиции, ваша репутация безупречна. Не оставляйте нас. Вот и вся моя просьба. Но, право, если у вас есть невеста и моя просьба вас смущает…
Я многозначительно замолчала, а Павел смутился, улыбнулся, румянец на его щеках стал ещё более насыщенным, и он признался.
— У меня нет невесты, и я даже не знал, каким образом высказать подобную просьбу. И теперь безмерно рад, что вы сами предложили, быть вхожим в ваш дом.
— Вот и хорошо! Теперь мне не так боязно за себя и сестру.
Остаток пути неожиданно мы провели за разговорами, сестра рассказала некоторые забавные истории из моей юности. Павел рассказал о себе, но тоже совсем немного, события, характеризующие его, но не раскрывающие его историю, настоящий полицейский.
В поместье мы влетели под шум начавшегося ливня и неудачно попали колесом на камень, что-то скрипнуло и треснуло. Не хватало ещё и без последней кареты остаться, но, к чести Павла Петровича, он и вида не подал, что всё плохо. Надеясь, что кучер всё исправит и запасное колесо имеется.
С каждой секундой стена дождя всё плотнее, пришлось вещи оставить в экипаже и бежать в дом под ливнем. Нам навстречу кинулась пожилая дама, стеная, о том ужасе и несчастье, что обрушилось на наши головы.
— Это экономка! — прошептала Арина, вытирая мокрое личико.
— Понятно! — а сама думаю, что от меня, наверное, тоже ждут подобных стонов и криков. А я едва сдерживаю отвращение от этих стен. Память не вернулась, а вот желание скорее сбежать множится с каждой минутой.
Главное, не зайти на кухню и не начать готовить, не выдать себя.
В этот момент на улице сверкнула молния и сразу грянул раскатистый гром…
— Как бы не раздуло, покойничка-то, а то в гроб-то не влезет. Бог шельму метит, похороним как есть в ковре, — внезапно экономка выдала свои истинные мысли и тут же вполне спокойно добавила. — Вам с дороги сейчас чай подадим, не извольте беспокоиться, мы рады, что вы вернулись, госпожа.
А как я этому обрадовалась.
Как и предсказала наша экономка, от грозы барона несколько разнесло. Я притворилась испуганной, мнительной барышней, вцепилась в руку Павла Петровича, издали взглянула на обезображенное тело и подтвердила, что это мой муж.
Всплакнула для порядка и позволила священнику отпевать, пока не пришлось колотить новый гроб.
К вечеру всё было кончено.
Осталось помянуть покойного, подписать бумаги для следствия.
И обыскать кабинет.
Но это мероприятие нужно делать на свежую голову, потому после печального ужина мы разместились по комнатам и уснули.
Надеюсь, что уснули все, пару раз ловила себя на тревожной мысли, что моя непоседа сестра может сделать непоправимые шаги и отпугнёт настойчивостью приличного Пашу. Надо было её положить спать с собой.
Но, вроде бы всё обошлось, Арина умна, и не разменивается на глупости, Павел нужен ей полностью, весь без остатка, и она умна не по годам, дальше флирта ни шагу...
 Глава 23. Пошёл вон! 
Утро порадовало солнечной погодой, не сразу сообразила, где я нахожусь, кажется, это поместье на меня так действует, отключает память. Вторая мысль, что посетила мою голову о Гордее Сергеевиче, бедненький, и как он без кофе…
А потом дела житейские закрутили нас всех так, что ни о ком и вспоминать не успеваю, до отъезда Павла, нам нужно понять всё о состоянии дел.
В доме всего четверо работников: кучер, он же по дворовым делам, горничная, кухарка и экономка – Варвара Яковлевна.
Так что версия, что я тоже усердно была вынуждена заниматься ведением хозяйства – вполне реальная, вот и научилась всему. С экономкой обошли весь дом, и вывод возник сам собой, Филя был никудышный хозяин.
Хозяйство-то запущенное, и приводить его в надлежащий вид – занятие хлопотное и почти бесполезное. Я на такие жертвы не готова.
Насколько мы смогли понять, остальные дела у Филиппа тоже были не очень. Если не сказать, что плачевные.
— Поместье придётся продать, чтобы рассчитаться с долгами. Дохода у нас почти не останется. Если сможем правильно распорядиться деньгами после сделки, то бедствовать не будем.
— Откроешь в городе модную кофейню? — Арина сидит за столом и по моей просьбе переписывает активы из амбарной книги, этот документ нужен для оценки имущества.
— Подозреваю, что нам предстоит непростой период по торгам. Продать имение – дело очень непростое. А хорошо и выгодно продать – тем более.
— Я могу посоветовать маклера, торгового посредника. Очень опытный, не обидит. Тем более если просьба будет от моего имени, — Павел тоже проверяет книгу отчётности, в какой я совершенно ничего не поняла. Это же надо так запутать бухгалтерию.
  
Снова вздыхаю и мысленно радуюсь, что с нами Павел Петрович.
— Да, будем признательны. Но это дело небыстрое, три месяца до оглашения завещания всё равно ждать. Однако начать можно уже сейчас.