Не трожь Техас! (ЛП)

– Ты, похоже, запуталась. – То же самое она могла сказать о себе.
– Наверное. – Никки снова посмотрела на часы. – Уже давно пора открывать магазин, поэтому я побегу.
Прежде чем Никки ушла, Ли Энн сказала:
– Никки. Насчет Далласа. Он из хороших парней.
– Как его брат?
Ли Энн скривилась про себя, но это был справедливый вопрос, особенно учитывая, что именно она начала спрашивать о личном.
  
– Да, как он.
– Тогда почему… – Никки внимательно рассматривала собеседницу, и Ли Энн догадалась, о чем она собиралась спросить.
– Все сложно, – ответила Ли Энн, не желая распространяться.
– Угу, та же фигня, – кивнула Никки.
Ли Энн замешкалась, но, хотя она не была готова делиться собственными проблемами, ей хотелось помочь Никки.
– Не могу поверить, что жена Далласа развелась с ним, когда… Ой, ты знаешь, что его обвиняли в…
– Убийстве. – Никки кивнула. – Он рассказывал.
– Для моего деверя солнце вставало и садилось с Сереной. Но лично мне она никогда не нравилась. Просто она… Не знаю, чересчур напыщенная.
– Тогда я точно не подхожу Далласу, – сказала Никки и ушла.
Ли Энн смотрела ей вслед.
– Позволю себе не согласиться. – Она видела, как деверь смотрел на Никки. Ли Энн вспомнила то же выражение на лице Тони, когда они сидели в кафетерии.
Закрыв глаза, она постаралась ни на что не надеяться. Надо решить, как вести себя вечером. В записке Тони писал, что хочет приготовить ужин. Сможет она сидеть за столом напротив мужа и не сломаться под грузом их потерь – потери друг друга и Эмили? Наверное, ей лучше поехать в отель.
***
Даллас припарковался рядом с рестораном «Веннис», пригладил волосы и постарался подавить разочарование от второй половины встречи Нэнса и Тони. «Ты говорил, что поход к детективу мне поможет!» Нэнс – парень вспомнил, как поцарапал руку, когда менял масло в машине бабушки, – покинул полицейский участок еще более напуганным, чем прежде.
Криминалист сомневался, что царапину на костяшке Нэнса могла оставить бейсбольная бита, однако все равно включил отметину в отчет. Тони пытался успокоить парня, но тот был напуган и не без причины.
Даллас надеялся, что Тони заставит детектива Шейна пересмотреть дело. Если не получится, Даллас поведает прессе историю о том, как Шейн во имя мести преследует Нэнса. Но даже это может не помочь. Все зависит от судьи и его видения. И если ничего не получится… Даллас помнил обещание бабушки Нэнса.
– Черт. – Мог ли он дать ей отмашку, что Нэнсу следует бежать в Мексику и стать изгоем до конца своих дней? И если он сбежит, а они так и не найдут подозреваемого во втором ограблении, тогда система попытается повесить вину на Нэнса только чтобы закрыть дело.
Откинувшись на спинку сиденья, Даллас расстроено выдохнул. Нужно переключиться с этого расследования на Никки. Вернее на ее расследование.
Каждые несколько минут он мысленно возвращался в спальню: вспоминал, какой мягкой была его женщина, когда он первый раз вошел в нее, и звук, когда она кончила. Но больше он думал о том, как она назвала все произошедшее ошибкой.
Он все раздумывал над этим и не верил, что она тогда имела в виду его пустой холодильник. Дьявол, чем больше он ломал голову, тем больше задавался вопросом, а не права ли она. Одна его часть твердила, что такие приятные вещи нельзя считать ошибкой. Другая часть пеняла, мол, он с самого начала знал, что это станет ошибкой с того момента, как утонул в этих ласковых голубых глазах.
Затем в голове зазвучали слова брата. «Можно, если вы оба знаете, по каким правилам идет игра».
Иисусе! Он не играл в игры с Никки. Она ему нравилась. Сильно нравилась. Если бы не нравилась, он не изводил бы себя мыслями о том, ошибкой было заняться с ней сексом или нет.
Похоже, его осторожный подход оказался неэффективным. Откровенно говоря, О’Коннор не знал, что пугало его больше: влюбиться в Никки и влюбиться крепко, в то время как он клялся никогда больше не становиться втюрившимся глупцом, или влюбиться в женщину, которая вполне вероятно могла отправиться в тюрьму. Но черт возьми, он был убежден, что Никки даже представить не могла себя за решеткой. Добропорядочные люди имеют склонность верить в систему правосудия. Даллас же в нее не верил.
Он дважды звонил Никки. Оба раза разговор не клеился. О’Коннор старался убедить себя, что она занята с покупателями. Все бы ничего, но ему хотелось увидеться. Поразмыслив, он решил, как освободится, купить им чего-нибудь на обед и заскочить в галерею.
Выбравшись из машины у «Веннис», он огляделся по сторонам и переключился в рабочий режим. Каким ветром занесло сюда Джека Леона?
Звонивший назначил встречу здесь? Возле помойки? Сомнительно. Не значит ли это, что Леона интересовала машина Никки? Если так, то почему? У Леона имелся собственный автомобиль. Даллас вспомнил, как полицейские рассказывали, что с валет-паркинга машину Леона забрал эвакуатор. Может, Леон хотел что-то спрятать в машине Никки?
Тони ничего не упоминал о неожиданных находках криминалистов в ее машине. Поскольку копы планировали вернуть Никки машину сегодня вечером, Даллас готов был спорить, что там чисто. Но проклятье, не хватало кусочка головоломки. Он достал из бардачка ручку и блокнот. О’Коннор заметил газету с фотографией Никки на фоне ее магазина, в которой девушку называли подозреваемой по делу. Он уже домучил статью, но она неплохо пригодится для завязки беседы.
Затолкав ручку в нагрудный карман, Даллас задумался, не вернулся ли сюда Леон, чтобы оставить Никки записку. Проблевавшись, мужик вполне мог не захотеть возвращаться в ресторан. Но не проще ли было позвонить? Может, Никки сменила номер? Позже надо будет ее обязательно спросить.
Проходя мимо помойки, он составлял план действий. Люди не любят откровенничать с полицейскими, и, если на то пошло, с частными сыщиками. Но по какой-то причине им нравится болтать с репортерами. Он лишь надеялся, что пересменка уже прошла, и никого из вчерашних сотрудников не будет.
Войдя в ресторан, Даллас с облегчением заметил новую администраторшу – не ту брюнетку, с которой разговаривал вчера. Он потоптался у входа. Видимо, администраторша не услышала, как он вошел, поскольку не отрывала глаз от газеты. Не иначе как читала об убийстве Леона.
Даллас терпеливо ждал. Девушка подняла глаза и быстро спрятала газету.
– Извините.
– Ничего страшного. – Он показал ей свою газету.
– Жуть, правда? – спросила администраторша, и Даллас заметил, как зеленые глаза быстро и чисто по-женски его оценили.
Он улыбнулся.
– В точку.
– Столик на одного? – По тому, как девушка кокетливо его разглядывала, О’Коннор решил, что она в самый раз подойдет для разговора.
– Только если вы ко мне не присоединитесь, – сказал он, повышая мощность своей улыбки.
Зеленоглазка усмехнулась.
– Спорю, вы говорите это всем девушкам-администраторам.
– Только симпатичным.
– Ну разве вы не очаровашка? – Она направилась в обеденный зал.
Даллас оглянулся на барную стойку.
– Я могу сесть там? Оттуда вид лучше. – И снова одарил администраторшу заинтересованным взглядом.
Та улыбнулась.
– Как скажете.
Она подошла к маленькому столику у пустующего бара.
– Бармен немного опаздывает. Принести вам чего-нибудь выпить?
– Не откажусь от газировки. Но знаете, что еще больше пришлось бы мне по вкусу? – О’Коннор добавил в голос соблазнительных ноток.
Администраторша придвинулась ближе.
– Что же?
  
– Капелька информации.
– Обо мне? – спросила она.
– И об интересной истории, которую вы только что читали.
Зеленоглазка с подозрением уставилась на него.
– Вы коп? Босс велел сначала отправлять вас к нему.
– Нет. – Он достал блокнот и ручку. – Просто собираю дополнительный материал для статьи. Информацию, которую можно было бы процитировать, как полученную от анонимного источника.