Психолога вызывали?

Мне оставалось пройти несколько шагов до моего места, и я готовилась как кобра, раздувая капюшон, когда помощь пришла как будто не откуда. Служанка с очень знакомым лицом якобы случайно врезалась в моего обидчика, тот не удержал корыто, оно выскользнуло и ударившись о мраморный пол, разлетелось на осколки.
– Растяпа, – громко сказала женщина, потом повернулась ко мне – госпожа разрешите я вас провожу. И усаживая меня, шепнула:
  
– Спасибо за брата.
Так это сестра конюха.
Жизнь заиграла новыми красками- у меня появился еще один союзник.
На нашем конце все разочарованно зашушукались, но продолжали посматривать на меня. Видимо действо еще не закончилось.
Выскочили еще слуги с различными блюдами и стали выставлять на стол. Странные. А раньше никак было нельзя сделать? Ну не будем лезть со своими правилами в эту конюшню.
Когда опять на сцене появился гаденыш в своей длинной ливрее, все затаили дыхание. Клара, сидящая где-то в середине, аж на стол легла, чтобы все увидеть.
Слуга показательно пыхтел, таща кастрюлю с каким-то варевом. Типа мне накладывать будет. Я ощупала глазами предметы на столе. Нож – слишком радикально А вот это подойдет -прекрасный образчик острой серебряной вилки лежал передо мной.
Иди ко мне милая, станешь орудием устрашения.
Схватив ее, я опустила руку и ждала.
Служонок подошел ко мне и только собирался вываливать содержимое мне в тарелку, когда замер, выпучив глаза. Не выпучив тут, если острая вилка уперлась тебе зубьями в самое дорогое для мужчин место.
Я улыбнулась и ласково так прошептала:
–Что тебе дороже? Яйца или деньги той стервы?
Тот сглотнул. Кадык заходил туда-сюда. Понятно.
– Еще раз попробуешь что-то подобное сотворить, спрашивать уже не буду – пойдешь евнухом в гарем работать. Кивни, если понял.
Тот дернул головой.
– А два раза кивнешь?
Тот послушно кивнул два раза.
– Молодец! Понятливый значит. Свободен.
Слугу как ветром сдуло. А я глянула на вилку – не, такой есть побрезгую. Кинула ее на стол. Оторвала веточку винограда и отрывая по ягодке, осмотрела сидевшую недвижно соседнюю братию и не отрывавшую от меня круглых глаз. А я закинув виноградинку в рот, спросила:
–Вы есть то будете или как?
Все как по команде схватились за приборы, и стали молча поглощать пищу.
Пришлось мне обойтись на этом ужине только виноградом. Вилку так и не заменили – безобразие. Никакой дисциплины в этом драконьем царстве.
Я поймала злющий взгляд Клары и улыбнулась обворожительной улыбкой. Чувствуется с этой брюнеточкой ухо надо держать востро.
Наконец-то ужин закончился. Правда, напоследок императрица матерь порадовала, что через неделю всем светит бал. Я зеркально повторила скисшую физиономию принца. А танцевать то моя милость умеет, хотя какая разница? Пока кандидата на свою руку не выбрала – в уголке постою, присмотрюсь. Но с одеждой у меня беда. Не белый же масхалат одевать!
Желудок, получивший только веточку винограда, тихо плакал в уголке живота.
– Родной ну что я могла для тебя сделать без вилки?
Время было детское – часов десять вечера, и чтобы не поддаться соблазну отправить Киру за съестным на кухню, я потянула ее с собой гулять.
В парке горели круглые фонарики. Гуляли придворные, видимо тоже худеющие. Дворцовый комплекс представлял большую букву П. Мы жили в левой ножке. Приемы обеды покои императрицы располагались в верхушке.
– А где прынц у нас проживает? – поинтересовалась я у Клары, чтобы ненароком опять на него не напороться и обходить эту заразу за три километра.
– Там же где императрица, только на втором этаже.
– А что там? – ткнула я сорванной веточкой в правую ножку П.
– Там, – задумалась Кира, – ну эта библиотека ваша, потом коридор с портретами, это на втором. Внизу кухня. Я туда бегаю за едой для вас.
Библиотека говоришь. Завтра схожу. Зарядку сделаю, позавтракаю, к императрице тоже надо будет заскочить – себя показать, кикимор посмотреть и вот потом наведаюсь в книжное царство.
Вдалеке до нас донеслись гневные голоса. Мы с Кирой переглянулись и решив одним глазком глянуть что там так орет, свернули на боковую дорожку. Она вилась меж кустов, за которыми виднелось какое-то сооружение.
– Что там? – спросила я Киру шепотом.
– С другой стороны конюшни заходим. Сарай там с сеном.
Мы замедлили шаги, и прикрывшись кустами, осторожно выглянули.
В свете яркого фонаря нам открылось преинтереснейшее зрелище. Две девицы таскали друг друга за волосы. Причем одна была в чем мать родила.
– Разлучница! Шлюха! – орала одетая.
– А ты ему никто еще! Чего ты взяла что он на тебе жениться хочет! – отбрехивалась голая.
Чуть поодаль стоял виновник торжества. Полураздетый, с встрепанными волосами, Витир то порывался разнять дерущихся девок, то передумывал и влипал в стенку.
– И вообще – вдруг завизжала голая – что ты ко мне пристала. Я с ним так – для здоровья, а вот Круирка, как с ним с утра перепихнулась, так конкретно свой глаз на него положила.
– Чего? – остановилась, видимо та самая любофф Витира, с которой он прежде только целовался. – Еще и с Круиркой?
– И не только – мстительно сдала героя любовника, ратующая за здоровый образ жизни. – Он уже трех за день повалял на этом сеновале. Ну и мне ж тоже интересно стало. Приходят все и говорят. – она приняла томную позу и закатила глаза:
– Прям жаребец.
Любофф отпустила соперницу и медленно повернулась к Витиру. Тот вздрогнул, развернулся и побежал.
Мы с Кирой переглянулись и задом, задом попятились за кусты, чтоб нас ненароком не заметили.
– Кира, знаешь – я сорвала соломинку и задумчиво пожевала ее, – по-моему переборщила я с его мужской силой. По кобылицам гад в самом деле пошел. Ты молчи про мое участие в этом деле и сестре его скажи, чтоб помалкивала.
Кира хмыкнула:
– Да я уже поняла. – потом уважительно посмотрела на меня и добавила – ну вы госпожа – сильны. Только простите, но жениха своего, если появится таковой, я к вам не поведу.
Глава 5
Я покрутилась около зеркала. Как там в какой-то старой песне пелось:
– Мои бока – мое богатство.
А они не скажу что таяли, но подбирались. Сколько у меня веса было изначально? Килограмм сто двадцать. Десяточку я точно скинула. Диета, будь она не ладна, крысиный яд, спорт и нервы. Вот прежняя Никафондора заедала грусть печаль, а у меня, когда я нервничала – кусок в горло не лез. Казалось, что он у меня там сейчас и застрянет, как спазм какой-то.
Приятно стала выделяться грудь, вот ты родная худеть не вздумай. Внимательно осмотрело лицо. Ха – кожа то очистилась, ни тебе прыщичка. Подбородка два испугалось моих экстремальных методов и сбежало. Щечки, заплывшие подуменьшились. Батюшки! Так у меня ж глазки есть, а не щелки как я раньше думала. И очень даже и ничего глазки. Голубенькие.
После зарядки и водных процедур, поедая свой утренний паек, завела с Кирой речь о женихах:
– Кира, пора нам список составлять претендентов на мою руку и на Фейхуовку.
– Да кому она нужна ваша Фейхуовка! – демонстративно плюнула Кира, – три двора и никому ненужные ягоды. Гниют быстро, варенье делать – так там и другого полным-полно.
– Про то что с ними делать я потом подумаю, – а ты досье на женихов мне подготовь.
– Что подготовить? – испугалась служанка.
– Досье, то бишь: имя фамилия, достаток, возраст, внешность и наличие рядом мамы.
– А мама то тут причем?
– А при том, солнце мое. Даю тебе совет: если мужик после тридцати живет с мамой, которая шпыняет им как хочет – беги от него сломя голову.
  
– Почему? – Кира аж присела.
– Потому что ты ввяжешься с ней в войну за обладание этим сокровищем до точно до самой смерти, и не исключено что именно твоей. Поэтому маму учитываем. В общем, список с досье – это первое. Второе – скоро грянет бал, белым облаком туда плыть не очень хочется. Значит нужно платье. Купить готовое или хотя бы ткань – деньги есть?