Якудза из другого мира. Том I (СИ)

У меня получилось только вот это:
Тихонько с гейши
Слез довольный самурай:
— Банзай! Не проснулась!
Хрень какая-то в голову лезет при пулевом ранении. Никогда стихи не сочинял, а уж тем более хокку.
— Как тут наш герой? — раздался знакомый голос. — Тебе нужно полежать полчаса, а потом можешь идти на все четыре стороны. Так как у тебя дела?
В поле зрения попался пухлый старик с венчиком седых волос на голове и унылой козлиной бороденкой. Похоже, что это и был мастер Нагаи. Он принес поднос, на котором стояло семь пиал с порошками различного цвета. Ещё парочка пустых пиал и мерная ложечка находились чуть обособленно.
— Да вроде бы нормально. Как там Окамото-младший?
— С ним всё хорошо. Он…
— Мастер Нагаи, позвольте мне задать несколько вопросов этому юному хинину? — в комнату вошел Окамото-старший.
— Да, он полностью пришел в сознание и готов отвечать, — с легким поклоном проговорил старик.
Сам мастер взял пустую пиалу и опрокинул в неё четверть ложечки красного порошка. Интересно, что это такое?
Окамото сел возле меня на колени и уставился немигающим взглядом. Я посмотрел в ответ. Через минуту игры в «гляделки» я моргнул. Возможно, у «императора» было больше опыта в таких играх.
Мастер Нагаи зачерпнул тем временем зеленый порошок и желтый. Начал их размешивать с видом игрока в шахматы, думающего над победным ходом.
Молчание затягивалось. Я лежал. Окамото смотрел. Нагаи мешал. Все были предельно заняты.
— Введите стрелка! — скомандовал Окамото-старший спустя три минуты тишины, нарушаемой только легким скрипением песка в пиале.
Тут же одна из дверей с рисовой бумагой отъехала в сторону. Два охранника ввели в комнату невысокого щуплого человека. Я бы сказал азиата, но раз уже сам азиат и свыкся с тем, что кругом одни азиаты, то назову его просто человеком.
Вошедший был одет в светло-коричневую с зелеными лоскутами одежду. С плеч свисала мохнатая накидка из тонких зелено-коричневых полосок. Что же, весьма неплохо для того места, которое он выбрал для стрельбы — на верхушке сосны сливался со стволом.
Руки стрелка скованы за спиной светящимися красным наручниками. Один охранник нес снайперскую винтовку. С первого взгляда узнал «Howa HCR». Не очень дорогая дьявольская игрушка. В своё время видел такую у одного американца в Афганистане. Пусть земля ему будет пухом.
Ничем не примечательное лицо стрелка украшали синяки и ссадины. Он их получил или при падении с дерева, или же при транспортировке сюда, когда сам падал на кулаки охранников.
— Ты знаешь его? — Окамото продолжал сверлить меня взглядом.
— Первый раз вижу, — пожал я плечами и тут же поморщился от боли.
Всё-таки пожимать раненым плечом было плохой идеей.
— А ты знаешь его? — Окамото перевел взгляд на стрелка.
— Я не якшаюсь с мерзкими хининами, — процедил тот в ответ.
Окамото взглянул на мастера Нагаи, тот кивнул в ответ. Он добавил в свою размешиваемую смесь желтый порошок и подошел к пленному стрелку. Снайпер при взгляде на пиалу забился в руках охранников, но не тут-то было. Охранники держали его в крепких стальных тисках.
Мастер Нагаи легко поклонился стрелку и сказал:
— Я не знаю, кто вы, не знаю вашу прошлую жизнь, но расскажу о будущем. Этот порошок снимет с вас на короткий срок возможность использовать оммёдо. А добавленный экстракт волчьей ягоды развяжет язык. Не советую врать, иначе вы будете испытывать мучительную боль до тех пор, пока не скажете правду. Как лекарь семьи Окамото и как человек, заботящийся о здоровье других людей, я считаю свою функцию выполненной. Я вас предупредил, а дальше вы думайте сами…
После этого мастер Нагаи зачерпнул горсть из пиалы и растер разноцветную смесь по лицу стрелка. Тот было дернулся, но через секунду повис на руках дюжих парней. Его голова безжизненно упала.
— Он готов, Окамото-сама, — поклонился Нагаи.
После этого мастер Нагаи поставил пиалу на поднос, подмигнул мне на прощание и вышел.
— Снимите с него наручники и унесите винтовку. Оставьте нас троих, — скомандовал Окамото.
 
Охранники всё в точности исполнили, после чего покинули комнату. Перед уходом они прислонили расслабленного стрелка к стенке. Тот попытался сложить мудры, но ничего не вышло. Руки снайпера упали на пол.
— Скажи своё имя, — потребовал Окамото.
— Айко Микояма, — проговорил стрелок, тут же дернулся и простонал.
— Не стоит пытаться обмануть меня. Скажи своё имя.
— Тадаши Имаи, — чуть замедленно проговорил стрелок и выдохнул с облегчением.
Во как. Интересный порошочек. Вроде нашей сыворотки правды, только действует эффективнее. Вряд ли кто согласится добровольно причинять себе боль, зная, что слова правды её снимут.
— Ты знаешь этого человека? — палец Окамото показал на меня.
— Нет, я его не знаю.
На этот раз тело стрелка осталось в покое. Он сказал правду. Конечно же правду, иначе и быть не могло! Но всё-таки я чуть с облегчением выдохнул.
— Кто заказал тебе моего внука?
— Я его не знаю… Мммм…
На этот раз стрелка забило сильнее. Он выгнулся дугой и прокричал:
— Хаганеноцуме! Его заказал Иоши, третий человек клана Хаганеноцуме-кай.
После этих слов тело стрелка расслабилось. Он чуть слышно простонал сквозь стиснутые зубы.
Окамото хлопнул в ладоши. В ту же секунду входная стенка отошла в сторону. На пороге показался один из охранников.
— Уберите эту падаль. Узнайте у него всё и… — Окамото взглянул на меня. — Потом вы знаете, что нужно делать.
Охранник поклонился. Легко взвалил стрелка на плечо и вышел с ним из комнаты. Окамото немного помолчал, глядя на меня. Потом спросил:
— Выпьешь со мной чай?
Я настолько опешил от подобных слов, что даже забыл сразу кивнуть. Такое предложение от одного из самых могущественных людей Токио я точно не ожидал услышать. Лишь потом опомнился и активно закивал.
Окамото поднялся со своего места и подошел к стенке напротив выхода. Она в тот же момент отъехала в сторону. Я увидел сидящую пожилую женщину с белым лицом и в цветастом кимоно. Перед ней стоял небольшой столик с чайными принадлежностями. После поклона Окамото взял столик и занес его в комнату.
Интересно, а если бы стрелок сказал иное, то что тогда? Открылась бы другая стенка, где были бы инструменты для пыток? Хотя, зачем нужны какие-то инструменты, если есть такой чудесный порошок?
Я сел на циновку, стараясь не дергать плечом. Моя нагота вообще меня не смущала. Если хозяину дома было бы неудобно, то он подкинул бы какую-нибудь ветошь. А так… сижу я в набедренной повязке и сижу.
Из носика круглобокого чайника струился дымок. Окамото засыпал в ритуальную чашку тяван небольшое количество порошка зеленого чая и залил кипятком так, чтобы накрыть поверхность порошка. После этого бамбуковым венчиком тясеном неторопливо взбил порошок до образования пены.
Мне это напомнило эпизод из советского фильма, где лохматым помазком взбивали белоснежную мыльную шапку, а потом её наносили на лицо для бритья опасной бритвой. Вот только Окамото не стал эту пену намазывать на лицо, а долил кипятком почти до верха в ритуальную чашку и подал её мне с легким поклоном.
Я уже успел узнать про традицию чаепития, поэтому положил на левую ладонь шелковый платок, лежащий на столике. Правой рукой принял тяван, поставил на платок и кивнул хозяину. После этого отпил из чашки.
Ммм, терпкий вкус луговых полей наполнил рот. Я проглотил и мне на миг показалось, что сделал глоток не зеленого чая, а запустил внутрь стаю бабочек.
Вкуснотища-а-а…
Но надо было продолжать церемонию чаепития, поэтому я поставил чашку с платком на столик, обтер края салфеткой и с поклоном передал Окамото. Тот принял её и тоже сделал глоток.
 
Всё это происходило в полной тишине. Мы выказали друг другу знаки уважения. Глава могущественной фирмы и пухлый школьник с татуировкой на щеке…