Якудза из другого мира. Том I (СИ)

— И что на ступени «солдат»? Я не могу запомнить больше?
— Да, каждое новое знание вытесняет предыдущее. У тебя просто не получится его выполнить — боевые меридианы заблокируют поступление боевого духа, потому что перестроились под выполнение основных десяти. При новом оммёдо меридианы снова перестроятся и выбросят самое старое. Поэтому домохозяйкам не нужно знать сотни оммёдо, чтобы управляться на кухне, но вот полководцам просто необходимо знания гораздо большие. Поэтому и ведут армии за собой те, у кого есть ступень «Виртуоз».
— Погоди, а какая градация у уровней? Вот я на «солдате» могу запомнить десять, а на уровне «боец»?
— Двадцать. Боевые меридианы усилятся, к ним добавятся новые, на которые ляжет нагрузка боевого духа. И дальше в ступенях по возрастанию класса идет добавление меридианов на последующие десять оммёдо.
— То есть виртуоз выучивает всего шестьдесят оммёдо?
— Всего… — фыркнул сэнсэй. — Тебе это кажется мало?
— Ну… как бы… — замялся я в подборе ответа.
— А зачем больше? Выбрать самые эффективные оммёдо и заблокировать поступление новых — вот тебе и набор боевых приемов. Вкупе с боевой подготовкой виртуоз практически непобедим. Да и боевой дух усиливается до невероятных пределов. Ведь то оммёдо, которое ты делаешь сейчас, по силе не сравнится с тем же оммёдо, которое сделает виртуоз. Если у тебя на ладошке был небольшой вихрь, то у виртуоза это будет уже ураган.
— А у тебя? У тебя же тоже был вихрь.
— Нет, у меня была иллюзия, чтобы ты не испугался. На самом же деле я делал не Воронку Гармонии, а оммёдо отведения глаз. Но ты увидел то, что я тебе показал. Моя Воронка могла бы здорово повредить сэнто. А тут ещё планируют омываться ребята из Казено-тсубаса-кай.
— Отведение глаз? А научишь?
— Позже, когда достигнешь нового уровня.
— А когда я его достигну? Как он вообще достигается?
— Ты почувствуешь это. Всё твоё тело станет словно взорванная петарда. Ты на миг обретешь всесилие, а потом это схлынет, и ты поймешь, что стал сильнее.
— А это точно не оргазм? Нет? И когда же я достигну нового уровня?
— Когда-нибудь… Когда-нибудь даже достигнешь класса «мастер», если раньше не убьют, — покачал головой Норобу. — Всё, я уже утомился париться. Собирайся, нас ещё ждут тренировки.
После этих слов он напрочь отказался со мной разговаривать, а гордой походкой отправился в сторону раздевалки. Я же немного посетовал на отсутствие веников и тоже двинулся за ним.
Вот если бы знал, что под словом «тренировки» Норобу подозревал опять сидеть за кучей разноцветного песка и раскладывание песчинок по баночкам, то ни за что бы не пошел. Сидел бы в электрической ванной и отмокал до одурения. А так… до одурения пришлось разбирать песочек…
Да ещё под хихиканье сэнсэя Норобу, что не добавляло прелести муторной работе.
Зато на другой день я с нетерпением ожидал окончания уроков, чтобы отправиться в новый клуб. Тело даже ныло от предвкушения физической нагрузки. Последнее время я стал как-то замечать, что утренние упражнения перестали меня утомлять. Да, я похудел, но лишний жирок всё ещё оставался, а он напрочь отказывался уходить.
Я даже сделал для себя специальную диету, из которой исключил всё мучное и сахар. В еду добавлял минимум соли. И всё равно тело словно сопротивлялось потере веса. Возможно, на упражнениях смогу прийти в норму.
Вышедшая Кацуми первым делом пообещала меня проверить на боевую силу. Я был настолько беспечен, что только пожал плечами в ответ. Когда же мы пришли на тренировку, то я обнаружил, что среди новичков был и тот самый щуплый задира, который звал меня на первую разборку. Вроде бы его звали Танака.
После той разборки и Кобаяси, и Танака не смотрели в мою сторону, зато буравили спину взглядами, а после нашего примирения с Окамото вовсе перестали обращать на меня внимание. Они учились в других классах, и мы почти не пересекались. Что не могло не радовать.
И вот сейчас судьбе стало угодно снова свести нас. И плохо было то, что он носил зеленый пояс с черной полосой — он был сэмпаем, старшим учеником. Я же состоял на ступени гакусэй — ученик, поскольку вряд ли бывший хозяин тела занимался физическими упражнениями.
 
Мда, неприятно было видеть улыбку Джуна Танаки, когда я поднял глаза после приветствия духа додзё. Скалился так, что были видны коренные зубы. И Акиры нигде не было видно. Похоже, что мастер придет позднее. Возможно, после разминки.
— Привет, Джун-кун! — воскликнула Кацуми. — Я пока воспользуюсь залом для оммёдо.
— Да, Утида-сан, — с легким поклоном произнес Танака. — Я пока позанимаюсь с новичками.
— Проверь Такаги, а то он говорил, что неплохо владеет боевыми искусствами, — хитро улыбнулась Кацуми.
— Я проверю. Я так проверю, что вынесу полную оценку.
И снова мне не понравилась его улыбка. Пока Кацуми шла к залу для оммёдо, он провел большим пальцем по гортани. Я только покачал головой в ответ. Эх, дружище… Это не я к тебе попал, это ты попал ко мне в руки.
— Разминайся, Такаги, пока остальные не подойдут.
После этих слов Танака отошел приветствовать других учеников.
Всего в нашей группе собралось восемнадцать человек. Восемнадцать учеников под управлением Джуна Танака. Кацуми занималась в комнате за черной дверью. Ну да, человеку ступени «мастер» вряд ли нужно было заниматься с учениками.
— У нас новый ученик. Так получилось, что это хинин. Но не будем давать ему слабину, не будем принижать мужскую гордость. Хинины известны своей выносливостью, так что давайте нагрузим его немножко. Коджи, принеси Доспех Воли, — Танака кивнул одному из учеников.
— Весь?
— Да, весь. Проверим по полной, как Кацуми просила.
Ученик по имени Коджи поклонился в ответ и отправился в угол спортивного зала. Оттуда он вытащил на свет почти самурайские доспехи. Жилет-утяжелитель, пояс для отягощений, нарукавники и утяжелители для ног. Коджи сгибался под тяжестью этого комплекта.
Когда он передал его мне, то я тоже едва не согнулся. Килограмм пятьдесят, не меньше. И всё это надо надеть, чтобы заниматься? Для проверки?
Я взглянул на Танака, тот растянул губы в улыбке. Понятно. Он ждет, пока я отброшу в сторону утяжелители или упаду, изрыгая рвоту. Ну что же… Посмотрим, кто кого!
Под ехидными взглядами учеников я надел этот самый Доспех Воли. Что же, в армии полная боевая нагрузка составляла шестьдесят килограммов, а тут всего пятьдесят. Правда, там и тело было выносливое. Но не думаю, что даже получивший звездюлей Танака будет мягче, чем майор Слава Соколов.
Но праздник для ребят я всё-таки устрою. Пусть смотрят на толстого пацана и радуются его мучениям.
Пока радуются…
— Начнем разминку с пробежки! — хлопнул в ладоши Танака.
Ребята побежали по залу, а я дернулся за ними, изображая из себя умирающего от веса жирдяя. Хотели шоу — будет вам шоу.
Пять минут мы бегали трусцой, и я даже почувствовал, что немного вспотел — всё-таки вес был неплохим, а тело ещё не привыкло к таким перегрузкам.
— А теперь бег на максимум! Догоняющий дает пенделя отстающему! — хлопнул в ладоши Танака.
Похоже, что это упражнение здесь хорошо знали, потому что тут же сорвались с места и побежали, сломя голову. Я тоже полетел за остальными. Старался бежать так, чтобы был предпоследним. А вот последнему ученику, с именем Коджи доставалось порядком.
Танака поднял бровь. Он явно ждал, пока я начну умолять. Но я просто постанывал и бежал. Постанывал, чтобы доставить удовольствие зрителям, и бежал.
— Ой, сейчас сдохну… Ох, сейчас сдохну… Ух, сейчас сдохну-у, — подвывал я, но всё равно бежал предпоследним.
 
Коджи упал после очередного пендаля, а я поднажал и снова стал предпоследним. И так было семь раз подряд. Пот тек ручьями, я стонал, но каждый раз поднажимал и поднажимал.
— Стоп! Переходим к физическим упражнениям! — хлопнул в ладоши Танаки.
После этого пошли отжимания, упражнения на пресс, перебежки на руках, подтягивания. Всё это я делал в Доспехе Воли. Да, постанывал, сдерживал улыбку и не отставал от других. Пятки шлепали по полу, по татами. Кулаки били в пол и снова шли отжимания. Утяжелители постукивали, когда соприкасались в ткани.