Невеста на выходные

– Пошли, рыжая-бесстыжая. Совещание через минуту.
Опешив от его невообразимой наглости, я не сразу нашлась с ответом. А когда придумала достаточно остроумный, Туманов уже покинул приёмную. Пришлось захлопнуть рот и пойти следом. Последней забежав в конференц-зал, я направилась на галёрку, но мой план тихонько отсидеться в уголочке не удался.
– Садитесь рядом, Ярослава. – Остановил меня Герман Валентинович. Ого, он, оказывается, знает, что такое субординация? – Будете записывать.
  
Обречённо вздохнув, я заняла предложенное место.
– Всем доброе утро, – поздоровался Туманов и, дождавшись, пока стихнут взволнованные шепотки, продолжил: – Как вы всё уже знаете…
Открыв блокнот, я написала на дату и задумчиво прикусила губу. Что же делать? Вот надо было ему свалиться на мою голову!
– Кто из вас эйчар? – спросил новый босс, когда закончил приветственную речь.
– Будьте здоровы, – тут же сердобольно отреагировала Нина Васильевна и, как обычно, средним пальцем поправила на переносице очки.
Туманов удивлённо вскинул брови, а я, проглотив смешок, взяла слово:
– Герман Валентинович, это Нина Васильевна – наш главный юрист и специалист по кадровым вопросам.
С большим трудом сохранив невозмутимость, Туманов прочистил горло.
– Очень приятно, Нина Васильевна. Будьте добры, занесите мне после собрания личные дела сотрудников.
Я снова уставилась в блокнот. Злость немного утихла, уступив место здравомыслию. Надо было остыть и спокойно поговорить. Соли в кофе я сыпанула на эмоциях и прекрасно понимала, что это мой максимум, а значит, придётся как-то уговаривать Туманова меня отпустить. Вот только как, если он одним своим видом умудрялся меня бесить?
Пальцы с зажатой в них ручкой машинально порхали по бумаге, и в какой-то момент я поняла, что смотрю на мультяшного кота в трениках, в чертах которого явно угадывался Котик. Секундный ступор сменился неожиданным вдохновением. Пока Туманов вещал что-то про перспективы и пугал наш коллектив страшными словами вроде оптимизации и цифровизации, я успела убить его десятью разными способами. На бумаге, разумеется, но этого хватило, чтобы выпустить пар. Так увлеклась, что даже не заметила, как Туманов закончил собрание.
Захлопнув блокнот, я поднялась со стула и направилась к выходу, однако и шага ступить не успела.
– Покажи-ка мне записи.
Требование Германа Валентиновича застало меня врасплох.
– Эм, я сейчас перепечатаю и пришлю в электронной форме, – нервно сглотнула я, понимая, что влипла по полной программе. Теперь Туманов точно меня прибьёт, причём воспользовавшись мной же нарисованной инструкцией. – У меня неразборчивый почерк.
– Ничего страшного, – нехорошо усмехнулся босс, будто видел меня насквозь. – Интересно, что ты так старательно там… записывала.
Я и опомниться не успела, как Туманов выхватил блокнот из моих рук. По спине побежал неприятный холодок. Чёрт…
 
Глава 4
 
Ярослава
Нарочито медленно перелистывая страницы, Туманов с невозмутимым выражением лица рассматривал мои художества и наконец дошёл до последнего рисунка. Того, на котором с криками «Коооотик, она в меня въехала!» вобла душила кота. На мгновение показалось, что уголки мужских губ дрогнули в подобии улыбки, но уже в следующую секунду Туманов пригвоздил меня к полу убийственным взглядом. Мамочки…
– Я так понимаю, ничего из того, что я просил, ты не записала?
– Извините, – я покаянно потупила взор. Глупо получилось. – Я слегка отвлеклась.
Оправдание прозвучало жалко, но это действительно вышло случайно. Иногда, поймав вдохновение, я так сильно увлекалась, что переставала замечать всё вокруг.
– Это… – хотела добавить, что это просто шутка, но Туманов меня перебил.
– Второе.
– Что второе?
– Предупреждение. – Он резко захлопнул блокнот. – Осталось одно.
Обречённо вздохнув, я устало потёрла лоб. Пора было заканчивать этот цирк.
– Герман Валентинович, – посмотрела на него умоляюще. – Давайте просто обо всём забудем, и вы меня отпустите, а? Люба меня заменит, пока не найдёте секретаря себе по душе. Раньше именно она занимала эту должность и в курсе всех дел. Пожалуйста. Меня правда ждут на новом месте. Я не могу подвести людей.
– И что же это за работа такая, позволь узнать? – без особого интереса хмыкнул Туманов, присев на край стола.
– Преподаватель. В художественной школе.
Выражение лица Германа Валентиновича из безучастного сделалось удивлённым.
– Серьёзно? – вдруг хохотнул он. – Из-за этого столько страданий?
Я скрестила руки на груди и с подозрением прищурилась, уже догадываясь, что ничем хорошим этот разговор не закончится.
– Что вас так развеселило, позвольте узнать?
Качнув головой, Туманов окинул меня снисходительным взглядом и снова издал смешок.
– Ты правда собралась уйти с нормальной работы, чтобы стать учительницей рисования?
Его полный скепсиса и злой иронии тон совершенно мне не понравился.
– Между прочим, учитель – уважаемая профессия, – парировала я, чувствуя, что снова начинаю закипать.
– Угу, – сардонически кивнул Туманов. – А главное, высокооплачиваемая и очень перспективная.
От негодования брови сами собой поползли к волосам. Просто уму непостижимо! Да, может, на новой работе зарплата будет немного меньше, но от голода я точно не умру. Зато, наконец, смогу заняться тем, о чём всегда мечтала. Впрочем, это неважно… Важно, что жизнь моя, и решение тоже! А недоделанные мафиози в трениках могут подавиться своим невероятно ценным мнением!
– Шли бы вы, знаете куда?! – не сдержалась я. Достал! – Кто дал вам право высмеивать чужой выбор? Думаете, если у вас много денег, вы лучше других? Вынуждена разочаровать! Вы просто напыщенный, высокомерный, невоспитанный… – С каждым новым эпитетом Туманов становился всё мрачнее, но я уже не могла остановиться, – неотёсанный хам, вот вы кто!
– Три, Ярослава, – поджав губы, холодно предупредил он. – Ещё слово…
– И что?! – выплюнула ему в лицо. – Что вы сделаете? Я вас не боюсь, понятно?!
Шумно втянув носом воздух, Туманов несколько мгновений испепелял меня яростным взглядом, а затем процедил сквозь стиснутые зубы:
– Займитесь делом, Чижова.
– С превеликим удовольствием!
Не желая больше ни секунды находиться с ним в одном помещении, я вылетела из конференц-зала и чуть не сбила Любу, гревшую под дверью уши. Внутри всё клокотало от праведного гнева. Проклиная Туманова на чём свет стоит, я вернулась на своё рабочее место, а через несколько минут босс с оскорблённым видом прошагал мимо и скрылся в кабинете, напоследок громко хлопнув дверью.
– Осёл, – пробубнила я себе под нос, яростно набирая текст шаблона письма для рассылки клиентам.
– Четыре, – тут же донёсся искажённый шипением динамика голос Туманова, и я удивлённо уставилась на красную лампочку на селекторе.
Мысленно выругавшись, долбанула по кнопке отключения связи и несколько раз приложилась лбом о стол. Боженька, за какие грехи ты ниспослал его мне в наказание?
– Герман Валентинович у себя? – раздался сверху голос Нины Васильевны.
– У себя… – вздохнула я выпрямившись.
Всё-таки человек – удивительное существо, обладающее невероятным умением мгновенно приспосабливаться к новым обстоятельствам. Ещё вчера она спрашивала то же самое про Михаила Игнатьевича. А сегодня «у него» стало тумановским, и никто даже глазом не моргнул.
Нина Васильевна кивнула, поправила очки и с кипой бумаг отправилась в кабинет директора. Кажется, казнь откладывалась… Следом за Ниной Васильевной потянулись остальные сотрудники. Это паломничество продолжалось до самого вечера, и к тому времени мой запал окончательно иссяк, уступив место безысходности. Я даже успела всплакнуть в уборной. А за десять минут до окончания рабочего дня селектор вновь ожил, и по приёмной разнёсся приказ Туманова:
  
– Ярослава, зайди ко мне.