Стратегия (ЛП)

- Когда? - И почему?
Декс облизывает нижнюю губу.
- После свадьбы. Ты разделась до того милого зеленого лифчика и крошечных трусиков. Моя ходячая заветная мечта. Стоило пойти тогда за тобой.
Тогда я не была готова к нему. Я все еще сходила с ума от вечеринок и с трудом заставляла себя вставать по утрам в универ. Я бы не оценила Итана так, как он того достоин.
Я провожу пальцем по горячей головке, касаясь более маленького шарика из стали. Он ерзает бедрами и испускает шипение, но разрешает мне поиграть с собой.
  
- Ты мог бы найти кого-то другого, - бормочу я. - Знаешь, сколько бы женщин убили за возможность быть с тобой?
- Думаю, я не хотел никого другого, - шепчет он. - Это должна была быть ты. - Боже, мысль о том, что он так сильно меня хотел, убивает. Вся подавляемая потребность скрывалась за столь спокойным фасадом. Это ужасает меня. И заставляет ухватиться за парня посильнее и никогда не отпускать.
Его серые глаза обрамлены густыми ресницами широко открыты, и их взгляд направлен на мое лицо, пока широкая грудь парня вздымается и опадает с каждым тяжелым вздохом.
- Они на хрен даже подозревают? - Мой голос - тихий шепот.
Декс замирает, мышцы его торса напрягаются, когда он смотрит на меня. Мне не нужно объяснять, о чем говорю, он точно знает, что я имею в виду, и едва заметно качает головой, тогда как его кадык вздрагивает.
Нет. Никто не видит его таким, как я. Потому что он им не позволяет. Его сущность прячется в тени, помогая другим, когда кто-то в этом нуждается, но никогда не прося ничего взамен. До меня.
Я вижу Итана Декстера, он сияет для меня. И я горю сильнее солнца, когда выхожу на его орбиту.
Глубоко вдыхая, чувствую горячий и сухой воздух в легких, и так нуждаюсь в этом парне. Но речь не обо мне. Не прямо сейчас.
Моя рука скользит по его длине, едва касаясь шелковистой кожи. И даже от этого легкого прикосновения все его тело трепещет, выражение лица искажается, словно от мучения и экстаза одновременно.
- Больше не думай, Итан. Покажи мне, как ты хочешь этого. - Я целую округлый кончик его члена, и он вздрагивает напротив моих губ. Декс такой невероятно жаждущий. Мой взгляд прикован к нему. - Мне нужно, чтобы ты мне показал.
Его ноздри расширяются, когда Итан втягивает в себя воздух, а затем тянется ко мне, накрывая большой ладонью мой затылок. Его длинные пальцы зарываются в мои волосы, сжимая их в кулак. Он держит меня достаточно крепко, чтобы я ощутила натяжение волос кожей головы. Черт, я чувствую это между своими бедрами.
Они сжимаются, когда он медленно направляет мою голову к своему члену. И эти серьезные глаза ни на миг не покидают меня. Его голос - тихий рокот.
- Открой. - Боже.
Мои губы раздвигаются, а дыхание тихо вырывается на свободу. Но он не толкается в мой рот.
Нет, Декс, пиздец как, отличается от других, потому что он оборачивает свою вторую руку вокруг толстого основания члена и медленно проводит его кончиком по моей верхней губе.
Прохладный металлический шарик касается контура моей губы, так ярко контрастируя с жаром его плоти, что из глубины моей груди вырывается стон. Не сомневаясь, я открываю рот шире, желая ощутить его своим языком.
Его глаза прожигают меня.
- Оближи его.
И я слушаюсь, дразня, щелкая по крошечной щелочке на его головке.
Его ноздри снова расширяются.
- Еще, Вишенка. Оближи его основательно и неспешно.
- Вот так? - Я провожу языком по ободку головки, облизывая его так, словно он - рожок мороженного.
Итан прикусывает нижнюю губу, и его ресницы трепещут, когда парню с трудом удается кивнуть мне. Так что я повторяю, на этот раз заслужив его стон.
- О, Иисусе, Фи... Возможно... ах... Боже, Вишенка, делай со мной, что хочешь. Я твой. Я весь твой.
Он откидывает голову, вытягиваясь на кровати, при этом забросив одну руку поверх лба и зажав губу между зубами так, будто ему больно. Все это время этот огромный парень смотрит на меня таким полным похоти и потребности взглядом, что кажется почти беспомощным.
Моим.
Целуя кончик его члена, я улыбаюсь и затем всасываю его глубоко в рот.
Декс громко бормочет что-то по типу "унф", гортанно стонет и вжимает спину в кровать, почти выскальзывая из моего рта. Но я оборачиваю пальцы вокруг его основания и второй рукой глажу вверх и вниз по бедру парня, успокаивая, пока работаю языком над областью его пирсинга.
- Ебать, черт, ебать. - Его руки сжимают простынь, стягивая ее с матраса, пока бедра ерзают и вздрагивают.
И я улыбаюсь, держа его член во рту. Скоро.
Изнывающий Итан - это и моя личная пытка. Моя киска такая горячая, бедра дрожат, а соски болят. Я склоняюсь над ним, опираясь на его крепкие бедра. Он такой большой и твердый у меня во рту, что челюсть буквально болит. Но мне без разницы. Я могу делать это каждый день.
Не торопясь, исследую каждый миллиметр его длины, накрывая его тяжелые яйца ладошкой и перекатывая их. О, а ему это нравится.
- Сожми их, - шепчет он так отчаянно.
Когда я слушаюсь, все его тело вздрагивает.
- Фи, Фи, я вот-вот... - Он облизывает губы и опускает на меня взгляд, словно теряет дар речи.
Но я и так все знаю. Я хочу, чтобы он получил впечатляющий оргазм. Сила в его теле движется под моими прикосновениями. Это пьянит. И когда Декс кончает, издавая страдальческий стон и изливаясь в мой рот, я окончательно сдаюсь воздействию его чар.
  
Глава 14
 
Декс
ФАНТАЗИЯ И РЕАЛЬНОСТЬ - всегда разные вещи. Я фантазировал о Фионе Маккензи, сосущей мой член больше раз, чем стоит признавать. Но ни разу не был прав.
Я не хотел вспоминать те смутные разрозненные воспоминания о той единственной другой девушке, которая продемонстрировала мне эту "услугу" много лет назад. Все девушки даже и близко не уровня Фи. Так что я тешился лишь своим воображением.
Но оно оказалось слабаком по сравнению с реальностью, с теплым и влажным ртом Фи; тем, как ее нежные ручки скользили по мне, поглаживая, обнимая так, словно мое удовольствие и потребность были важнее всего.
Это сразило меня. Я хотел упасть к ее ногам и поклясться в своей вечной преданности. Если это сотворил со мной минет, то даже не могу представить, что со мной сделает ее сладостное тело. Я, вероятно, заработаю чертову аневризму или что-то в этом роде.
Я и так задыхаюсь так, словно пробежал тридцать тренировок подряд. Пот покрывает мою кожу, отчего джинсы становятся влажными и облегают бедра. Я хочу их снять. Все снять. Сейчас ничего не должно быть между нами.
Но правда в том, что я - гребанное месиво. Мои руки неуклюжи и дрожат, когда тянусь к Фи, тяну ее вверх по своей груди, чтобы поцеловать. Она охотно пододвигается ко мне, приоткрывая губы и сплетая свой язык с моим. Она на вкус, как я, как она, как мы.
То, что я и она теперь стали мы, вынуждает меня пропустить ее локоны через свои пальцы, крепко хватаясь и удерживая. Теперь мой поцелуй становится напористее. Лишь потребность.
- Ты нужна мне голой. Мне нужно прикоснуться к тебе.
Она кивает, еще раз целует, а затем ерзает, пытаясь дотянуться до подола свитера. Я держу ее слишком близко к себе, но не хочу отпускать. Стягиваю с нее рубашку, затем откидываюсь назад, чтобы стянуть с себя джинсы.
- Я не хотел кончать, - говорю Фи. Это звучит как обвинение, но на самом деле все не так. Кончать ей в рот. Твою ж мать. Блядство. Она сосала мой член, ее горячий рот втягивал в себя мою длину так, словно это было необходимо ей для выживания. Это подарило мне такое чувство, словно я бог среди мужчин. Потому что Фи выбрала меня. Среди всех вариантов, она захотела меня.
  
- Ты кончишь снова, - уверяет она, покусывая мою шею. - Я просто сняла сливки.
В ответ моя примитивная сторона требует взять ее сейчас и сделать это жестко.