Беспощадный целитель. Том 2 (СИ)
Дорога до бара «Логово» заняла около часа. Я мог бы вызвать такси, но предпочёл пройтись пешком. Это давало время всё хорошенько обдумать. К тому же это отличная возможность получше изучить город, в котором мне придётся жить ещё минимум полгода, так что изучать маршруты передвижения — хорошая идея.
Чем дальше от центра Блэкфена, тем грязнее становились улицы. Когда-то этот город был промышленным центром, а сейчас медленно умирает. За последние десять лет население сократилось до каких-то шестидесяти тысяч.
Мало хорошей работы и перспектив, зато дешёвое жильё и продукты благодаря фермам поблизости. А ещё тут практически не бывает серьёзных разломов, что в целом неудивительно, ведь болота, на которых стоит город, — это своеобразные природные «глушилки». В таких местах частенько возникают спонтанные разломы низших рангов, но что-то серьёзное — это прямо-таки нонсенс.
Жилые кварталы постепенно сменились промышленной зоной, медленно приходящей в упадок. Заброшенные склады, ржавые заборы, разбитые фонари и стаи бродячих собак, которые, скуля, убирались прочь, стоило им меня увидеть. Животные гораздо более чувствительны к некроэнергетике, чем люди. Для этих блохастых тварей я ощущаюсь как оживший мертвец, жаждущий свежей крови.
Бар «Логово» я услышал раньше, чем увидел. Тяжёлый рок бился в стены, вырываясь наружу приглушённым рёвом. Басы отдавались в груди даже на расстоянии.
Я завернул за угол и остановился.
Перед баром выстроилась армия мотоциклов. Десятки машин, поблёскивающих хромом в свете неоновой вывески. Я не разбирался в марках, но видел, что техника явно дорогая и ухоженная. Для этих людей мотоциклы были не просто транспортом. Они были образом жизни.
Несколько минут я рассматривал хищные обводы железных коней, на каждом из которых был тщательно нарисован один и тот же символ — стилизованная волчья голова, раскусывающая человеческий череп. Люди, носящие такие знаки, редко бывают белыми и пушистыми, значит, придётся показать им зубы.
Сам бар, похоже, был переделан из бывшего склада. Приземистое здание из красного кирпича с плоской крышей. Над входом висела вывеска: всё та же оскаленная волчья морда, что и на мотоциклах, и надпись «Логово» грубым угловатым шрифтом. Двери были гостеприимно распахнуты, а изнутри лился свет и звуки тяжёлой музыки. Что ж, пора заглянуть на огонёк и спросить, кто в домике живет.
Возле входа курили несколько человек в кожаных куртках. На каждом — нашивки со всё той же меткой и надпись «Стальные Волки» полукругом сверху. Снизу — «Восточный Край». Похоже, эти волки имеют свои представительства и в других графствах. Впрочем, плевать.
Курящие заметили меня сразу и тут же замолчали, а стоило мне войти внутрь, как я почувствовал десяток взглядов, направленных на меня. Небо, да это почти как прийти в чужую секту и сказать, что ты бросаешь им вызов. Адреналин в крови начал бурлить, а Тень посылала мне сигналы о том, что пора бы начать резню, чтобы показать, кто тут самый сильный.
Внутри было, несмотря на открытые двери, очень душно, воняло дешёвым табаком и самое мерзкое — очень громко. Спустя пару вдохов я стал различать запахи пролитого пива, прокисшего пота, кожи и машинного масла.
Повернув голову, я увидел, что стены были увешаны флагами, нашивками, какими-то фотографиями и мотоциклетными деталями. Действительно, похоже на волчье логово, в них так же сильно воняет.
Если не знаешь, с кем разговаривать, всегда разговаривай с тем, кто наливает. Истина, работающая во всех мирах. Стоило мне сделать пару шагов, как меня тут же окликнул молодой, коренастый парнишка со сломанными ушами борца. В отличие от большинства, у него на жилете не было задней нашивки. Новичка отправили проверить меня на вшивость? Ну-ну.
— Эй, ты не туда зашёл. — Он отошёл от стены у входа и перекрыл мне путь, расставив руки в стороны.
— Это частный клуб. Вали отсюда. — Судя по его глазам, парня бесило, что я на него не реагирую. Улыбнувшись, я двинулся дальше, не меняя темпа. Будто передо мной не боец банды, а пустое место. Больше всего людей в гневе бесит, когда их оппонент улыбается. Как учили когда-то меня: улыбайся чаще, это всех раздражает. А у меня настоящий талант раздражать людей.
Шаг. Ещё шаг. И парень не выдержал.
Он не привык, чтобы его игнорировали. Его лицо налилось краской, челюсть сжалась. Резко шагнув вперёд, левой рукой он схватил меня за куртку, рванул на себя и тут же правой толкнул в грудь.
Жёсткий толчок. Качественно выполненный. Достаточно сильный, чтобы отшвырнуть обычного человека к двери. Но не меня.
В момент, когда он уже подумал, что вывел меня из равновесия и начал толкать, я сделал полшага вперёд и вбок по диагонали. Лёгкий доворот корпуса — и вместо мощнейшего толчка, после которого моё тело полетит назад, его тело по инерции полетело вперёд. Моя нога скользнула по его щиколоткам, ладонь легко коснулась спины между лопаток, добавляя импульса. А вторая лишь обозначила, что я мог раздробить в полёте гортань.
Он пролетел мимо меня, поскользнулся на мокром от пролитого пива полу и с глухим стуком рухнул на доски. Со стороны это выглядело как нелепая случайность. Парень сам споткнулся и упал. Бывает.
А я просто двигался вперёд со всё той же улыбкой. Парни с нашивками начали переглядываться. Один из здоровяков с кучей нашивок покачал головой и кивнул кому-то за моей спиной.
Я дошёл до барной стойки и сел на высокий табурет. Бармен, крупный лысый мужик с татуировкой на шее и шрамом через всю щёку, посмотрел на меня как на пустое место.
— Пиво. — Что ещё будут подавать в таком заведении, явно не вино или хороший чай. Так что придётся соответствовать месту.
— Документы покажи, документы, пацан.
— Ты серьёзно? — Хмыкнув на мою фразу, он взял пивной бокал и подошёл к крану со словами:
— Четыре кредита.
Положив на стойку бумажку в пять кредитов, я мысленно считал. На седьмом счёте за моей спиной раздались тяжёлые шаги. Много шагов. Я не обернулся, наблюдая за залом через отражение в зеркале за стойкой.
Парнишка уже поднялся. Его лицо горело от унижения, а рядом с ним стоял настоящий гигант. Он был ещё крупнее Грохота. Жёсткое лицо с многократно сломанным носом, лысая голова, покрытая татуировками, и длинная окладистая борода, уже обильно украшенная сединой. На его жилетке было очень много разнообразных нашихвок. Скорей всего, это означает, что он тут в авторитете.
— Эй, молокосос. — Я проигнорировал его слова, пригубив пиво, которое поставил мне бармен. На удивление, оно было вполне приличным.
— Ты не ошибся местом, мальчик? — подошедший здоровяк смотрел на меня сверху вниз. — Беги-ка отсюда. Поиграй в свои игрушки, пока тебя не выкинули. А за Дерека ответишь.
Видимо, Дерек — это тот боец, который решил познакомиться с полом.
— А кто выкинет? — спросил я, делая ещё один глоток пива. — Ты, дедуля?
По залу прокатился свист и улюлюканье. Байкеры почуяли шоу.
Здоровяк медленно расплылся в нехорошей улыбке.
— Дедуля, значит. Ну давай, внучок, я тебя поучу вежливости… — начал было он, но тут снаружи взревело множество моторов, а потом резко стихли. Словно кто-то вежливо стучался, предупреждая, что к волкам пришли гости.
Все взгляды метнулись к двери, в которую вошли пятеро байкеров с нашивками в виде драконьей морды в обрамлении языков пламени.
По залу тут же прокатился приветственный вой.
— Братья! Сёстры! Вовремя!
— Эй, сейчас будет весело! Посмотрите, кого к нам занесло! Сейчас Молот раскатает чужака.
И во всём этом гомоне я услышал знакомый женский голос:
— Какого хрена ты тут делаешь, Мертвец?
Глава 17
— И тебе привет. Как видишь, пью пиво. — Сказал я с наглой ухмылкой. В таких местах стоит тебе показать слабость, и тебя сожрут. Эти люди — настоящие хищники, любая ошибка, и они бросятся на тебя всей толпой. Этого надо избегать всеми силами, иначе придется не просто драться — придется убивать. А у меня нет гарантии, что я смогу перебить их всех и уйти, не засветившись.