Покоривший СТЕНУ 19: Оазис (СИ)

— Извини, мужик, — проговорила кусачая голова, обретя туловище.
— Ник, какого хрена⁈ — возмутился аниматург, наконец встав и поправив одежду.
Через потолок медленно левитировала вниз Эльза.
— Это я хотел у тебя спросить, какого она опять выходит из под контроля?
— Ну, ты просил меня привязать сознание к телу, я и привязал. Где ты подобрал ланцетов, это к тебе вопрос.
  
— Ланцетов? Хочешь сказать, у меня внутри головы…
— Сколько раз зарекался работать с нежитью… — покачал головой Фред. — Смени расу, Ник! Ты на походы ко мне тратишь больше, чем стоило бы собрать адекватный билд! Носферату, гасты… Полно адекватных мертвячьих рас!
— Мужик, меня даже мёртвая магия не берёт. Что с ланцетами делать?
Фред тяжело вздохнул.
— Магия смерти нужна. Или химия… Слушай, сходи к лекарю или… паразитологу какому. Я аниматург, я не занимаюсь таким.
Вытолкав несостоявшегося клиента из своего дома, Фред махнул рукой, призывая вернуться в комнату. Представление было окончено.
— Сурово ты с ним, — заметил я.
— Ну так а что с ним делать, если идиот? Живая человеческая душа не хочет находиться в теле кишащего ланцетами покойника. А ему — эффективность, резисты…
— Прямо как наш Наги.
— На Стене каждый второй с бедами в голове, — ответил Фред. — Я тому самый хороший пример, ха! Так о чём мы?
— Ты осматривал Тию. Хотя, вообще мы здесь за другим. Тело проверить хочу. Сделаешь ритуал по временной пересадке души?
— Смотря на какое чудо-юдо, — хмыкнул он. — Если что-то духовное, то я не возьмусь.
— Немного астральное. Клон с геномом нового монстра с тридцать третьего этажа.
— Вот как? Хорошо, интересно. Только бы он не пытался аниматурга ассимилировать, — снова усмехнулся Фред. А затем протянул артефакт Амории. — Подержи немного.
Та взяла в руки. Ничего страшного не случилось, да и вообще ничего не было.
Аниматург забрал камень, пролез рукой в груду хлама на столе, вытащил мраморную статуэтку девушки.
— Ничего чужеродного там нет, чистое влияние тела. Я бы стёр личность и сделал эволюцию во что-нибудь. Желательно с душой самой Тии внутри в момент модификации. Хотя бы в самом начале — терминал тогда под неё адаптирует всё.
— Может, посмотришь и на меня? — подала голос Альма, когда поняла, что сам аниматург её осматривать не спешит.
— На что жалуетесь?
— На голоса в голове.
— Так вам не ко мне, а к психиатру…
— Мне к тебе, — оборвала его попытку уклониться Альма, проявив непривычную резкость.
— Ну, ко мне, так ко мне, — со вздохом согласился Фред. — Но я уже в прошлый раз всё сказал.
— С тех пор я сильно изменилась, — сказала беглая богиня.
— Вижу. Встала на путь бога, молодец.
— Я всегда им была, но забыла, кто я, и играла роль, определяющуюся памятью.
— Надеюсь, хорошим богом… Ты ведь понимаешь, что фактически захватила тело проходчика и завладела чужим духовным ресурсом, богиня?
Он при этом совсем её не боялся. Явно не хотел работать с Альмой, но это был не страх, а что-то иное.
Затем он посмотрел на меня, пытаясь понять, как я отношусь к таким откровениям.
— Я не помню этого, — ответила Альма. — Поэтому и пришла сюда. Я хочу знать, зачем я это сделала с собой.
— Во-от как… — эти слова, похоже, удивили аниматурга. — Значит, хочешь восстановить память?
— Да, именно это я и сказала.
— Поищите на рынке омут памяти, — сказал Фред, чуть задумавшись. — Это такая каменная чаша, которая возвращает случайные воспоминания. В твоём случае это будет рандом из всех сущностей, из которых ты состоишь.
— А ты ничем помочь не можешь? — вмешался я.
— Арктур, на ней печать чего-то такого, от чего у меня самого душа в пятки уходит. Я не хочу работать с этим. Пойми меня правильно, меня и после прошлого-то сеанса изучения трясло. Я уж думал, голос со мной навсегда.
— Голос? — загорелась Альма.
— Ты знаешь, о чём я.
— Чей он? Мисы или…
— Понятия не имею! — отрезал Фред.
— Но предположения у тебя есть? Что может быть такое, что ещё страшнее, чем беглая богиня зеркал? — спросил я.
— Откуда мне знать? — пожал плечами Фред. — Из того, что я точно знаю — очень могущественные боги, хозяева своих стихий, могли бы такое устроить. Но моё личное мнение… чем ниже спускаются проходчики, тем более невозможных и жутких существ с точки зрения моего ремесла я встречаю. Не удивлюсь, если в Стене давно уже обитают монстры, которые могут убить даже божество.
— Ты должен мне рассказать об этой печати. Я готова заплатить. Называй свою цену, смертный и гордись тем, что Миса Зеркальная просит тебя о помощи!
— Подруга, мы в Стене, здесь полно высших духов и мелких богов. Думаешь, ты первый «бог», который что-то от меня хочет?
Мне почему-то сделалось смешно.
Фред же тяжело вздохнул. На лице Альмы была злость и надежда. И, наверное, на второе он и купился. В своём желании понять свою мотивацию она была искренна, и в аниматурге боролось желание помочь с большим нежеланием связываться.
— Голоса в голове… — начал задумчиво он после паузы, — это надо или в духовные практики остановки внутреннего диалога, или в магические, в окклюменцию. А в остальном… ладно, хрен с вами. Ложись на… — Эльза! Смотровая готова?
— Да, милый. Только там клон господина Арктура.
— Ничего, отвернётся, — криво усмехнулся Фред. — И это. Цена за такой осмотр будет большой. Очень. Настолько, что лучше сразу откажись.
— Я слушаю.
— Чаша, — сказал аниматург и указал на мифический артефакт на поясе Альмы.
Та на миг застыла, но долго не сомневалась в необходимости такой оплаты.
— Она твоя, — сказала беглая богиня. — Узнай всё, что можешь про эту дрянь. Миса Зеркальная никого не боится!
— Блин, надо было два артефакта просить, — расстроился Фред. — Может, тогда бы ты отказалась… идём, чего уж.
Альма кивнула мне. Мы вместе прошли в захламлённый артефактами зал. Фред едва не споткнулся о лежащие на полу весы, что-то пробурчал себе под нос, и затем мы вместе вошли в тёмную комнату, в которой стояли холодные металлические столы.
На одном из них уже лежал мой клон. Чуть поодаль лежал ещё кто-то, закрытый тканью. На один из двух свободных аниматург махнул рукой.
— Ложись, раздевайся… — начал он. Альма принялась стягивать с себя одежду, а Фред открыл деревянный шкаф со стеклом и принялся хватать что-то внутри.
Затем обернулся к нам.
— Блин, раздевайся — это снимай артефакты. Меня Эльза не так поймёт. Арк, ты тоже, если будешь сидеть тут. Все побрякушки с магией выше необычной редкости — вон туда.
Он кивнул на серебряный бочонок с крышкой и большой подписью «НЕГАТОР»
Я взял протянутые Альмой предметы. Раздеться всё же пришлось почти до белья — Система щедро одаривала проходчиков на фронтире, так что артефактом у нас было сейчас почти всё. Хорошо хоть магическое бельё пока было только у Белой и Тии.
Аниматург переключил освещение в комнате, и полумрак со слабыми лампами сменился ярким фиолетовым свечением. Многие предметы засветились как в ультрафиолете, но свечение издавало лишь то, в чём была магия.
Я открыл крышку негатора. Внутри поверхность была зеркальной. Что-то оставлять в какой-то бочке мешок легендарок не очень хотелось, так что я просто закинул всё через дыру в убежище.
Затем присел на деревянную скамью рядом и стал следить за процессом.
Аниматург вернулся к Альме с двумя гранёными стаканами. В первом была прозрачная жидкость. Девушка спокойно осушила стакан и поставила рядом.
— Что это? — спросил я из любопытства.
— Обычный настой собачьего корня. Нейтрализовать всё лишнее в теле.
  
— А второе?
Другой стакан содержал какую-то зелёную бурду сомнительной консистенции.
— Пей.
Она мужественно приняла подношение и начала впихивать себе в рот. Судя по её виду, субстанция на вкус была не очень. Девушка хотела было остановиться, но Фред ей не дал.