Покоривший СТЕНУ 19: Оазис (СИ)

— На деирдре всё равно, как видишь, не хватило.
— Я только час назад говорила Арку, чтобы он предупредил Дока, чтоб тот перешёл на хилл.
Рейн грустно усмехнулся.
— Сейчас он тоже начал где-то новую жизнь. Если повезёт, проснётся в нормальном секторе и начнёт всё заново.
— В отличии от Алихаи, — вздохнула Альма. — Я не могу вернуть жизнь Алихае. И я принесла её в жертву не просто так. Я не верю в то, что поступила так без причины. Миса была безупречна во всём.
  
— Значит, будем разбираться вместе. Так же, как ты была со мной рядом, когда я умирал от ненависти к себе. Особенно после того, как увидел, кем стал мой ученик. Даже Гильгамеш не превращал жизнь стольких людей в ад. Он был строгим судьёй, но и к себе относился так же и стремился быть безупречным.
— В этом у нас есть что-то общее… — заметила Альма. — А ещё ты чем-то напоминаешь отца. Мисы.
— Ты помнишь его?
— Большинство его считает злодеем. Но я не знаю другого, кто бы так же себя корил за то, что не мог не совершить. Хотя нет, теперь знаю. Благодаря терминалу судьбы, я поняла, кем была раньше. Что, если я то чудовище, которое должно ждать в Оазисе таких, как ты? Что, если это я должна была вас ждать там?
— Может, и так. Тогда придётся тебя приводить в чувства и возвращать разум. Как Арк привёл в чувства твою Аси, наместника техноцита, и взял в группу Лифу. И ты едва ли прекратишь быть собой.
— Если бы всё было так просто…
— Эстель рассказывала, как Арк с Тией охотились за Диной, когда та сбежала, — задумчиво сказал Рейн. — Она долго угрожала и говорила о свободе, а потом бросилась в ближний бой… Настоящая Дина не сражалась в ближнем бою и превыше всего ставила власть. Чёрный дракон Фхайрантаанимар наслаждалась тем, что управляет другими.
— При чём здесь это?
— Душа накапливает опыт, но сама по своей сути остаётся прежней. Получив характер Дины, с её самовлюблённостью и верой в себя, она не стала Диной. Она была Тией, которая играет в Дину.
— Я играла Алихаю… но оставалась Мисой. И поступала как Миса…
— Я просто выбрал быть Рейном, а не Гильгамешем. И мне паскудно на душе от того, что он натворил. Встретил, как следует дал бы ему по морде. Но он не определяет, кто я.
— Спасибо, Рейн, — ещё раз поблагодарила его Альма. — Я чувствую, что уже очень близка к ответу.
Он провёл рукой по её щеке, вытирая слёзы.
— Оазис меня породил, он же и даст мне ответы.
 27. Очищение, приходящее в кошмарах 
— Механизм? — задала риторический вопрос Белая.
Наверное, по всему рейду прокатился вздох облегчения. Последние встречи с механизмами у нас заканчивались в основном тем, что у Сайны появлялись новые слуги и материал.
Тем более, что иониты были у неё в подчинении, а Вереск можно было тоже называть ионоэстером. Внутренняя начинка у неё во многом была от ионитов.
Голиафы и вестники, которых можно было видеть на пиксельном изображении, тоже вопросов не вызывали. Но в землях аномалий нам встречались иониты, в том числе способные влиять на время. Эти были уже поопасней, но даже тогда мы смогли их одолеть.
С тех пор иониты Ордену встречались всего раз, когда проходили мимо какой-то локации, где Сайна просто взяла их под контроль и завела всем скопом в убежище. Всё же мы переросли их.
Если сравнивать с тем жутким жрецом безымянной богини, или легендарным основателем ордена Тиши и создателем аниматургии…
— Ну что, все нашего клиента видят, — вынес я вердикт. — Готовимся к механизмам. Яд, святую воду и магическое барахло убираем. Огнемёты тоже наверное не пригодятся.
— Я бы хотела вступить с ними в контакт, — ожидаемо предложила Сайна. — Возможно, я перевербую этого очистителя, и у нас появится большой козырь.
— Конечно. Но тяжёлый калибр тоже приготовьте, — кивнул я. — Мерлин, ты ещё успеешь наделать немного камней. Пальнём импульсарами, расплавим железки.
— Есть заклинание у воды, «ржавчина», — предложил Кель. — Можем сильно им подпортить шкурку.
— Ионитам? — с сомнением уточнил Мерлин. — С их светом?
— Если запустить с паром на всё помещение, может сработать, — поддержала его Белая. — Я могу использовать альбион, чтобы усилить ржавчину. Повредим то, что будет за пределами освещения. Как минимум, сама их геометрия создаёт тени.
— Сначала я попробую договориться, — повторила Сайна.
— Продумайте запасные варианты. Не будем ставить всё на шанс, что пройдём его с первого раза, — я старался поддерживать осторожность и мотивировать подготовку к любым неожиданностям. Слишком часто Стена преподносит сюрпризы.
Но надо признать, я сам немного расслабился, когда узнал, что нас ждёт просто какой-то жирный ионит.
Народ начал понемногу расходиться и готовиться к бою. Только Альма стояла, как заторможенная, и Сайна с Вереск о чём-то переговаривались.
Ещё вдали от всех сидела Лифлаэль. В гордом одиночестве и с чашкой какого-то горячего напитка. С удивительно непривычными зелёными, а не жёлтыми глазами.
— Кстати, иониты ведь тоже из твоей вселенной, как и деирдре, — вспомнил я вслух.
Эльфийка посмотрела на меня странным долгим взглядом. Затем запоздало кивнула и сделала глоток дымящегося напитка из большой кружки.
— Да… ионнаячума. Только они не из нашего мира.
— Не из твоего? Но вы же сталкивались с ними, верно? Я был бы рад истории, как про деирдре.
— С ними боролся мой дед, а не я. А историю республики я никогда не любила…
— Там были «великие очистители»?
— Конечно. Такией стоят во главе карательных легионов. Одного из них даже смогли убить.
— Как?
— Планетарным оружием, конечно, — пожала плечами Лифа. — Сражаться с четвёртым порядком невозможно. Даже с третьим боролись тяжёлым калибром. Дед говорил, в космосе они нам проигрывают, как и деирдре. Сам наш мир отторгает их логику, потому на планетах они набирали силу слишком долго. Просто их очень много…
— А говоришь, что ничего не знаешь, — пожурил я её.
— Арктур… демон зеленоглазый… я простой штурмовик. Даже лидером меня поставили «по приколу». Та колония, из который ты меня забрал — отстойник для таких, как я. У нас есть негласное правило, знаешь? Доверять почётный караул ветеранам там, где они никого не убьют по глупости. Война вредит нашему разуму. Иногда в твоей голове просыпаются деирдре, и ты просто так убиваешь мирного эльфа, думая, что спасаешь отряд от астурийного делирия. Я отработанный материал, доживающий дни в якобы очищенной от деирдре колонии. Когда мы грохнули ядро, они начали сильно тупить, и появились такие места, как Таэльглас.
Она пребывала в странном состоянии, смотрела в одну точку где-то у меня под ногами. Трезвая Лифа меня пугала. В первую очередь потому, что её в таком состоянии легко мог поймать посттравматический синдром.
— Ты давно не в колонии, Лифа. Ты в Стене. База, где ты служила, находилась в одной из локаций. Ты сама это всё видела.
— Да, ты сдержал слово, демон. Я действительно увидела очень много невозможного. Это… сложно понять. Я простой штурмовик. Я умею очень хорошо стрелять. Думать — не моя работа. Может, я всё ещё в плену у деирдре. А может, вся моя жизнь мне приснилась, и мы живём в симуляции поражённой ионной чумой нейрокапсулы…
— Вот о ней я и хотел бы сейчас поговорить, если не против. Всё, что можешь вспомнить.
— Я уже рассказывала истории деда Линнараэля… Твоей женщине не понравилось.
— Сайне? Она управляет ими, — пояснил я. — А мне предстоит их сейчас валить.
— Ионический код влияет на разум, — она покрутила пальцем у виска. Знакомый жест, которым она описывала псионику. — Не так как деирдре, но колонии, где восходили сферы, мыслили уже иначе. Просто… сложно адаптироваться в чужом мире с чужими правилами.
  
— Начни с самого начала.
Лифа протянула ко мне пустую кружку, и я вытащил из дыры в убежище горячий чайник от Сильвана.
— Ханнад… — ответила она. И перевела. — Спасибо.