Прости, я женат

Просыпаюсь утром задолго до будильника.
Под ребрами тянет, и я никак пойму почему так…
Проверяю мобильный и сразу же натыкаюсь на сообщение от Карена.
«Доброе утро, сер джан. Выспалась?»
Осознание реальности обрушивается на мою глупую голову, словно ледяной водопад – резко, не оставляя ни шанса на спасение. Всё, во что я верила, гибнет под его напором, превращаясь в тупую, тяжелую боль в груди.
  
Оставляю сообщение Баграняна без ответа и заставляю себя подняться с кровати. Если начну лениться – упаду в такую яму, из которой с помощью чая точно не выберусь.
Механически брожу по квартире, следуя ежедневному утреннему ритуалу, и, вроде бы немного отпускает. По-крайней мере, телефонный звонок я воспринимаю спокойно и даже улыбаюсь, увидев на экране фото счастливой подруги.
– Доброе утро, Ев, – отвечаю с той же вымученной улыбкой в голосе, потому что ни к чему ей нервничать. Для них с Аликом ее беременность самая долгожданная, а я… справлюсь.
– Привет, Лиль, как ты? Ты прости, что вчера не поговорили, но тут у нас такой дурдом был…
– Брось, все хорошо – успокаиваю подругу – я все понимаю, да и у меня ничего срочного, так, рутина.
– Ой, а у меня столько всего! – восторженно тараторит Ева – мы выбрали мебель для детской, а мама Карина уже присмотрела конвертик на выписку! Я, правда, запретила ей его покупать, сказала, вот лягу в больницу, тогда и пойдете по магазинам.
– Ты же никогда… – делаю паузу и встаю на носочки, чтобы достать любимую чашку из сушилки – не была суеверной?
– Ага, но эти гормоны, скажу тебе, страшная штука. Я иногда так начинаю переживать… А вдруг что-то не так пойдет, я же по меркам врачей старородящая?
– Ев, прекрати! – строго осаживаю будущую маму – у тебя лучший врач в городе, сама же говорила. Все будет хорошо! А будешь нервничать, приеду и отшлепаю.
– Только обещаешь – хмыкает Ева – на свадьбу приехала и все. Учти, Лиль, если не приедешь на крестины, я с тобой год разговаривать не буду!
– Приеду, Ев, обязательно приеду – обещаю я, еще не зная, что сдержать это обещание у меня не получится.
 
Глава 2
 
Лиля Кудрина
К черту выходные, отдых, прогулки…
Еду на работу! Нельзя мне сейчас одной, никак.
В который раз благодарю высшие силы, что у меня свой салон красоты. В будни, праздники, да и просто в выходные, здесь бурлит жизнь, и своим приходом я никого и никогда не удивляю.
Толкаю стеклянную дверь, захожу внутрь и тут же погружаюсь в волшебный мир: гул фенов, смех девушек, стойкий аромат парфюма и лаков.
Восьмое марта – золотое время для нас. Клиентки начинают записываться чуть ли не с Нового года и, чтобы никого не обидеть, девочки заранее набирают подработок. Вот и сегодня, вроде бы и праздник уже прошел, а стройная очередь ожидающих чудесного преображения никак не хочет заканчиваться.
– Доброе утро, Лилия Семеновна! – хором приветствуют меня мои мастерицы.
– Доброе, девочки, помощь нужна? – спрашиваю, чувствуя, как сжавшаяся внутри пружина постепенно отпускает.
– Справимся! – смеются они – но если вам очень хочется…
– Очень – улыбаюсь я, и руки сами тянутся к ножницам и расческе – сейчас, только переоденусь.
Проходя мимо зеркальной стены, мельком бросаю взгляд на свое отражение. Выгляжу по-прежнему прекрасно, глазки горят, на лице ни тени вчерашних слез. Разве что веки чуть красноваты…
– Лилия Семеновна! – машет мне руками новый парикмахер – у Надежды Ивановны аллергия на окрашивание!
– Антигистаминное в аптечке – отвечаю и на ходу включаюсь в работу – тест делал?
– Д-да – волнуется парень – время засекал, нормально все было, а сейчас вон.
– Так, все решим – успокаиваю новенького.
Двадцать лет назад сама так начинала. До сих пор помню, как дрожащими руками делала свою первую химию. Молодая, только окончившая курсы парикмахера, кусала губы и чуть ли не секундомером стояла над женщиной. Потом привыкла, стала старшей в смене, появились свои клиенты…
С Костиком, моим первым, теперь уже бывшим мужем, так и познакомилась.
Он был постоянным клиентом нашей парикмахерской. Молодой, обаятельный, с ямочкой на подбородке и приятным низким голосом.
– У вас золотые руки, Лиля – пел он своим баритоном.
Я таяла от внимания, теряла голову от голоса и не заметила как, его «подстричься» переросло в пять лет брака…
«Так бы и растаяла, наверное, превратившись в размазню, если бы случайно не выяснилось, что он эти песни пел половине женского населения».
Злюсь на себя.
Потому что история с Костиком меня ничему не научила, три года прошло, и я снова повелась на сладкие речи и внешность.
«Да, с этим восточным красавцем без шансов, было, Лиль» – оправдываю себя.
– Карен Багранян – представился он тогда на свадьбе.
Держался так, словно потомок всех великих армянских князей сразу, и было в нем что-то настоящее, мужское, магнетическое, что ли…
А глаза? Такие глаза не могут врать… Горячие!
Машинально выполняю работу. Помогаю стажеру смыть краску, и такая злость берет на себя, на Баграняна. Купилась, как школьница! И на что?!
«Не влезай! Убьет!» – вот что должно быть написано на груди, нет, лучше на лбу у всех обладателей такого взгляда.
– Миш, запиши в карточку аллергию на эту линейку – строго командую парню и его, как ветром сдувает.
– Ой, ну что вы – успокаивает меня клиентка – не ругайте мальчика, не первый раз у вас мелируюсь, сама не ожидала такой реакции. Старость, видимо.
– Что вы такое говорите, Надежда Ивановна! – возмущаюсь я – какая старость! Это производители хитрят. Заменили что-то в составе на более дешевое, и плевать на потребителей. Вот отправлю им жалобу, и договор на закупку продлевать не стану, тогда и узнают, как наших любимых клиентов обижать.
Клиентка довольна, стажер благодарен, а я почти забываю о своих личных неприятностях. Работаю, смеюсь над шутками коллег и не замечаю, как пролетает день.
Провожаю последних сотрудников, закрываю салон, но домой не спешу. Уставшая и счастливая, возвращаюсь в свой кабинет и там, в тишине, реальность накрывает волной.
Достаю спрятанный на дне сумки телефон. Да, я нарочно постаралась, чтобы мобильный не попался мне в руки до вечера. С Евой я поговорила, а остальные… некому мне больше звонить. Родителей давно нет, бывший муж бесследно растворился на просторах необъятной страны, а новый мужчина оказался обычным женатиком. По сути, он теперь тоже бывший.
На вспыхнувшем экране внушительная простыня из оповещений: двенадцать пропущенных и десять сообщений.
Ну что, почитаем? Почему-то не сомневаюсь, что все они принадлежат одному человеку.
Так и есть.
Чат с Кареном забит короткими сообщениями:
«Почему ты не отвечаешь?»
«У тебя все хорошо? Набери, как освободишься».
«Просто напиши, что все хорошо! Я волнуюсь».
«Лиля! Что случилось! Клянусь, если не ответишь, приеду, и ты пожалеешь!»
«Пожалею? – усмехнулась я – ну это уж вряд ли, а вот ты!»
Я с мстительным азартом начинаю набирать ответ Баграняну. Получается не сразу, несколько раз я стираю слова, чтобы заменить их на что-то более приличное. Ну не могу я, и никогда не могла обложить человека последними ругательствами. Хотя некоторые особи, безусловно, это заслужили.
«Здравствуй, Карен. Как погода в Новосибирске?» – сжав губы и сузив глаза, я перечитываю безобидный вопрос и нажимаю кнопку отправить.
Безобидным этот вопрос только кажется, потому что дальше…
«Обычная. Сырость» – удивительно сухо отписывается Багранян.
Почувствовал неладное?
– Хм – меня просто раздирает на части от желания высказаться, но нельзя, слишком легко.
  
«Ну, да, в Эмиратах лучше. Теплее» – отправляю, представив, как Карен замирает с телефоном.
Я тоже замерла.
На экране, под заголовком чата бегают точки. Они то появляются, то исчезают, но абонент в сети, значит… в голове Карена сейчас с такой же скоростью носятся мысли.