Повторная молодость (СИ)

После небольшой паузы Андропов вздохнул и выдал:
- Я буду вынужден доложить о нашем Предсказателе Леониду Ильичу, а дальше пускай он сам решает, знакомить ли с этой информацией Политбюро, или еще кого – сказал он. – Насколько я помню, о нём, о его способностях, знают только три человека – Лигачев, ты и я. Для остальных наших сотрудников он просто ценный человек – так?
- Все верно, только троим известны его способности. И вы правы - надо доложить наверх об этом феномене, тогда следующие его предвидения будет проще использовать – согласился Цвигун, которому не хотелось это делать самому через голову начальства.
  
- Он поддерживает контакты с Лигачевым? – спросил Андропов.
- Насколько мне известно, нет. После нашей совместной встречи у Лигачева, в следующий раз он сразу позвонил мне и через офицера КГБ передал запечатанный пакет. Лигачев понимает, насколько ценный это человек для нас, поэтому никакого лишнего интереса к нему не проявляет – ответил Цвигун.
- Ну вот и ладно. Вам стоит все-таки поговорить с Лигачевым, когда он будет в Москве, напомнить о секретности, что само существование Предсказателя является государственным секретом. И что для Лигачева он является потенциальным билетом на самый верх в нашей партии.
Будем ждать от Предсказателя новых сообщений – закончил Андропов разговор.
Томск 
Пока ждал разрешения покинуть Москву, записал несколько песен. Это "День Победы" (Д. Тухманов - В. Харитонов) – но ее выдам к следующей дате, к 9 мая 1974 года. А вот эту выдам по приезду в Томск: "Прощай, от всех вокзалов поезда..." (В. Добрынин- Л. Дербенёв), еще записал его песни «Не сыпь мне соль на рану» и «Синий туман».
Пожалуй, этого будет достаточно на это лето. 
Меня проводил в Москве сам Цвигун, попросил присылать мои видения по части новинок техники, их будут рассматривать профильные ведомства под предлогом промышленного шпионажа.
Сказал ему, что буду делать это с удовольствием, такая информация у меня часто мелькает в голове.
Полет прошел буднично, пять часов в воздухе на Ил-18 особого удовольствия не доставляют.
У трапа самолета меня встретил сотрудник местного КГБ и проводил к «Волге». Он представился, капитан Константин Невельский, будет моим куратором в Томске. Меня отвезли домой, дома на столе лежал ордер на эту квартиру на мое имя. Константин сообщил, что в соседней квартире теперь будет находится круглосуточно моя охрана, телефон в этой квартире уже был, а тревожная кнопка в ней была установлена в мое отсутствие, пока я был в Москве. Константин предложил проехать в гараж УКГБ и выбрать себе машину, такое распоряжение поступило сверху. 
Не откладывая в долгий ящик это дело, мы поехали в гараж. Я долго ходил среди рядов одинаковых машин – все машины были ГАЗ-24, только разной окраски. В основном там были машины черного цвета, но были и других расцветок. С нами ходил начальник гаража майор Добров, рассказывал о заинтересовавших меня машинах. Ну какой пробег у машины, какого она года выпуска. Я заглядывал в салоны машин, чтобы оценить степень убитости, мне нужна была нормальная машина, а не автохлам. Но мне майор честно все рассказывал про машины, ничего не утаивал. Видимо моя должность личного порученца Андропова играла в этом большую роль. После часовой экскурсии по гаражу, я выбрал себе «Волгу» годичной давности, с пробегом пятьдесят тысяч километров, и белого цвета, чтобы отличалась от официальных черных машин. Видимо из-за белого цвета она была не очень популярна в гараже, поэтому на ней так мало накрутили километров. На остальных машинах, которые мы осмотрели, пробег был не меньше ста пятидесяти тысяч километров.
Спросил Константина насчет водительских прав.
- А зачем они вам Валерий Иванович? Номера на машине принадлежат КГБ, ГАИ не останавливает такие машины. Да и у вас имеется удостоверение сотрудника КГБ – можете предъявить вместо водительских прав – сказал Константин. – Машина будет обслуживаться в нашем гараже, вам только бензин заливать придется. Машину можете оплатить и на себя оформить, а можете просто на ней ездить, не связываясь с этим. Только давайте я с вами проеду, проверю ваши навыки вождения. Вы машину-то водили когда-нибудь?
- В школе, были уроки вождения на ГАЗ-51 - ответил я. И правда, были в моей биографии такие уроки в школе №1 имени Германа Титова в селе Верхняя Каменка под Алма-Атой, когда я там в отпуске учился. Поэтому прикрытие водительских навыков у меня имелось, хоть и не очень достоверное. У меня в моей прошлой жизни была «Волга-31029», десять лет на ней катался. А ГАЗ-24 практически ничем от нее не отличается, только в моторном отсеке что-то изменилось, да кузов поменяли.
- Ну и славно, наберетесь опыта постепенно – сказал капитан, когда мы сели в машину, а я не с первого раза тронулся. После автомата надо было привыкнуть к сцеплению, у «Волги» оно было очень тугое, это после Ниссана-то. Но тем не менее, со второго раза машина тронулась, и мы поехали по городу. Прокрутились по проспекту Ленина, проехали по проспекту Фрунзе, развернулся в его конце и вновь выехали на Ленина, проехали до конца, и я вернулся к своему дому.
- Ну для первого раза просто отлично! – порадовался капитан. – Теперь я за вас спокоен!
- Чего там было проехать? Машин практически не было на дорогах – усмехнулся я про себя.
Вечером ко мне зашла бывшая квартирная хозяйка, Шнайдер Сара Львовна, которая у меня и хозяйство вела за пятьдесят рублей в месяц.
- Я так за вас рада Валерий! В ваши годы такую квартиру получить! – сказала она, но не совсем радостно.
- Я хотел просто купить её у вас, но Андропов решил по-своему – честно сказал я.
- Ой, да не волнуйтесь вы! Мне дали хорошую двухкомнатную квартиру и ордер выписан на меня. Тут я была на птичьих правах – в любой момент у меня могли просто выселить. А теперь у меня имеется собственная законная квартира с ордером – с улыбкой сообщила она. – И все благодаря вам! Я хотела спросить – мне продолжить у вас вести хозяйство или вы другую будете искать домохозяйку?
- Буду обязан вам, если вы продолжите вести у меня хозяйство – поклонился я. 
- Валерий Иванович, я буду приходить в десять утра, а по выходным в двенадцать, чтобы вы и ваши гости уже были на ногах – сказала Шнайдер. – Вот мой телефон, звоните, если что-то надо будет изменить.
- Хорошо, если что-то будет меняться, я вам сообщу – согласился я.
Шнайдер занялась хозяйством, я поехал на своей машине в филармонию – отдать новые песни на оформление и подготовку номеров, заодно повидаться с Миланой.
Липовский встретил меня с радостным известием, что они отправляются на гастроли по Подмосковью. Я поздравил его и передал накопленный материал, попросил оформить на нее авторские права. Он попросил меня исполнить песню "Прощай, от всех вокзалов поезда...", весь оркестр слушал меня и аплодировал по ее завершению. Пришлось спеть и остальные песни, которые также зашли народу. 
В перерыве я подошел к Милане, но она встретила меня достаточно прохладно.
- Валера, давай останемся друзьями – попросила она. – Я встретила мужчину, за которого наверно выйду замуж.
- Ну что же, желаю счастья тебе Мила. Наши встречи все равно рано или поздно бы закончились. Рад, что ты нашла свою судьбу – улыбнулся я, целуя ей руку. – Не хочешь устроить прощальное свидание? 
- Ох, тебя трудно забыть Крапивин… Я подумаю над твоим предложением… - задумчиво ответила Милана, стрельнув в меня глазами.
Мы обнялись, и я отправился на машине по своим делам, 
  
Заехал на кафедру, встретился с Петром Владимировичем, обсудили проблемы с усилителем, особенно с источником питания для него, который представлял из себя целый шкаф – это был стабилизированный источник питания на электронных лампах мощностью один киловатт, еще три киловатта в виде тепла он рассеивал в окружающее пространство. Мы обсудили, как бы такой источник выглядел бы собранным на транзисторах в бестрансформаторном варианте.