Аквилон. Маг воды. Том 4 (СИ)

Братья вдруг заметно поскучнели.
— Это не к нам, — буркнул Прохор. — Зря вас Семён привёл.
— Как, не к вам? — удивился Воробьёв. — У вас же шахта была.
— Была, да вся вышла, — вздохнули братья и переглянулись.
  
Глава 16
 
— Была, да вся вышла, — вздохнул Кузьма и переглянулся с братом.
Прохор отставил кружку и сжал кулаки.
  
— Визгуны, — выплюнул он так, словно это слово должно было что-то объяснить.
Мы с Волновым удивлённо переглянулись. Судя по всему, лодочник, как и я, впервые слышал о подобном.
— Визгуны захватили нижние штольни, — не слишком понятно пояснил Кузьма. — Третий и четвёртый штреки полностью заполонили. К основным выработкам уже подбираются. Троих рабочих покалечили на прошлой неделе. Петька-забойщик теперь без ноги, двое других еле живы. Остальные в шахту ни за какие деньги не идут.
Воробьёв покачал головой, поцокал языком.
— Сочувствую, братья. Искренне сочувствую. Накрылась теперь ваша шахта. И я без поставщиков остался.
Прохор зыркнул на него нехорошо, видимо сочувствие ему сейчас требовалось в последнюю очередь.
Я потягивал морс, слушая их разговор. Кисло-сладкий, с брусникой и чем-то ещё неуловимым, может, с морошкой. Действительно, правильный обычай вести дела на трезвую голову.
— А что за визгуны? — спросил я.
Прохор передёрнул плечами и неохотно пояснил.
— Чёрт их знает, что за твари. Месяца три назад появились. Сначала в дальнем штреке, где старые выработки стали слышать какие-то шорохи. Думали, крысы или летучие мыши. А потом начался визг.
— Визг?
— Такой… — Прохор поморщился, подбирая слова. — Будто свинью режут. Только выше, тоньше. До костей пробирает. Рабочие сначала надеялись, что обойдётся. А потом эти твари начали нападать.
— В темноте бьют, — добавил Кузьма. — Никто толком не видел, что это такое. Туман какой-то появляется перед ними, серый, густой. А в тумане визг и когти. Людей словно кошаки драли.
Волнов охнул. Сочувствие боролось в нем с любопытством.
— Может, это звери какие? — предположил он. — Охрану против них поставить и всё?
— Звери в шахте? — фыркнул Прохор. — Под землёй, в штольнях? А вы когда-нибудь видели зверей, которые камень жрут?
— Камень? — глаза у лодочника полезли на лоб от удивления.
— Натурально, камень, — подтвердил Прохор. — Я раньше сам не верил, думал байки это. А после спустился в те штреки, где этих тварей видели. Там вся стена в дырах, словно сыр. И дыры по самым богатым жилам идут. Точней по местам, где они пролегали.
— Живые деньги жрут, гады, — снова вздохнул Кузьма. — Еще неделя, и придётся продать шахту, чтоб хоть что-то сохранить.
— Не позволю, — набычился Прохор, — отец нам эту шахту беречь завещал. Он сам в ней первый штрек пробивал.
— По миру с семьями идти он нам не завещал, — возразил практичный Кузьма. — Всё равно своими силами нам визгунов не вытравить. Рабочие боятся, шахта простаивает.
«Капля тоже любит камни! Вдруг Капля — визгун?»
«Не думаю, малышка. Ты же выпиваешь из них энергию, а не откусываешь кусочки».
«Визгуны не умеют пить камни? Капля может научить!»
Я едва не улыбнулся, представив Каплю в роли преподавательницы у неведомых монстров. Хорошо что, что удержался, братья бы моего веселья не поняли.
Я покрутил в руках глиняную кружку. На дне ещё плескалось немного морса.
Братья обладали русалочьим камнем. Именно тем, что мне было нужно. За этим я приехал в Трёхречье. И вот, пожалуйста. Источник есть, но недоступен. Классическая ситуация, когда решение проблемы лежит прямо перед носом, но доступ к нему перекрывает другая проблема.
Впрочем, визгуны…
Интересно. Если они появились именно там, где залегает русалочий камень, значит, их привлекает концентрированная магия воды. А любое существо, которое тянется к такой энергии, должно иметь к воде какое-то отношение. Пусть искажённое, извращённое, но отношение. А где есть связь с водой, там у меня есть власть.
Я встречал разную нечисть в своей прошлой жизни Архимага. Но визгунов не припоминал. Хотя название могло быть местным. Люди любят давать свои имена всему необычному.
— Пробовали что-нибудь предпринять? — спросил я.
— А как не пробовали! — Прохор грохнул кулаком по столу, кружки подпрыгнули. — Охотников нанимали — пятерых, с собаками. Собаки на пороге встали как вкопанные, ни в какую в шахту не идут. Охотники спустились без них. Через час выскочили белые как мел, главный ихний, Михей, только и выдавил: «Не пойдём больше. И другим не советую.»
— Яды раскладывали, — подхватил Кузьма. — Всё без толку. Серу жгли, пытались выкурить, так только рабочих потом откачивали, надышались дымом до полусмерти.
— Если в шахте визгуны завелись, пиши пропало, — покачал головой Воробьёв. — Издавна так говорят.
— Кто говорит? — вызверился Прохор. Из двоих братьев, похоже, он ещё надеялся сохранить шахту, тогда как второй уже опустил руки. — Этих тварей и не видел никто, только визг от них да туман.
— Да калеки, — хмуро добавил Кузьма.
В голове у меня уже складывался план. Простой, как все хорошие планы. Мне нужен русалочий камень. У братьев Жилиных есть шахта с русалочьим камнем, но есть проблема с визгунами. Я могу решить их проблему. Они дадут мне доступ к камню. Всё сходится как шестерёнки в часовом механизме.
Конечно, оставался вопрос, справлюсь ли я с незнакомыми тварями. Но это уже детали. В конце концов, я был Архимагом Глубинных Течений. У меня есть не только мои способности, которые неплохо усилились за последнее время, но и опыт тысяч схваток с людьми и чудовищами.
Я стукнул по столу кружкой, громко, привлекая внимание. Братья уставились на меня.
— Я могу помочь с вашими визгунами.
Прохор открыл рот. Закрыл. Снова открыл.
— Вы?.. Но…
Кузьма прищурился. В его взгляде читался чистый расчёт. Кто я, шарлатан, который дает напрасную надежду и хочет на этом поживиться?
— Господин Ключевский, без обид, но вы… разве не по торговой части?
— Я маг воды, — спокойно ответил я. — И неплохой маг, как могут подтвердить присутствующие. А эти твари появились там, где русалочий камень. Значит, их привлекает магия воды, следовательно я смогу с ними справиться.
— А вы разве не дождики всякие вызываете, да источники ищете? — прищурился Прохор. — Какая под землёй вода? Там камень, руда, штольни тесные. И эти твари…
Воробьёв подался вперёд. Глаза его заблестели от возбуждения, как у мальчишки, который спешит поделиться великой тайной.
— Братья, вы не понимаете! Он же меня с семьёй спас, от речных пиратов! Жену мою Марью, дочку Настеньку из плена вытащил!
— От пиратов? — недоверчиво переспросил Прохор. — Ты поэтому в городе? Вы же обычно по реке всё лето торгуете.
— Поэтому! — Воробьёв наклонил голову. — Видали⁈ Это меня веслом приложили. А Данила их всех положил, мерзавцев, до единого! Речная стража только трупы считала потом.
Воробьёв так эмоционально описывал битву, словно был её свидетелем, хотя всё это время проплавал в воде без сознания.
Братья переглянулись. Я видел, как они общаются взглядами. Так умеют только люди, проработавшие вместе много лет. Кузьма чуть приподнял бровь. Прохор едва заметно пожал плечом. Кузьма наклонил голову. Прохор почесал переносицу.
Диалог без слов закончился. Кузьма повернулся ко мне.
— Допустим. Допустим, вы действительно сильный маг. Но справитесь ли вы?
— Не попробую, не узнаем. Верно? — пожал я плечами.
Кузьма забарабанил пальцами по столу. Считал в уме. Я почти видел, как в его голове крутятся цифры. Убытки. Стоимость найма мага. Риски. Возможная выгода.
  
— Сколько? — наконец спросил он.
— Что сколько?
— Сколько вы хотите за работу? Если выйдет, конечно.
Я улыбнулся.
— Не деньги. Мне нужен доступ к русалочьему камню. Постоянный доступ. И возможность покупать его по себестоимости.