Фанат. Мой 2007-й (СИ)

Начинаем!
— Тебе Кристинка не писала, кстати? — как будто бы между делом задал я вопрос Прянишникову.
Имя выбрал, как триггер, и не прогадал. Ортодонт сразу же заинтересованно прислушался. Беда лишь в том, что ни у меня, ни у Вадима не было никаких знакомых Кристинок, которые до кучи ещё и писать могут. Я ведь её только что выдумал.
— Чо? — вылупился Пряня.
Эх, Вадим-Вадим. Весёлый, сука, но вот вообще не находчивый.
  
— Кристина тебе ничего не писала? — повторил я.
— А-а-а, — наконец-то догнал Пряня после моего подмигивания. — Нет, не писала, — и тут же получил ногой в колено. — А то есть да, писала-писала.
Не в одного же мне выкручиваться, верно? Пускай подключается по мере сил.
— И чего писала? Хорошо у неё всё?
— Да? — то ли ответил, а то ли спросил Прянишников и затих, ожидая ещё одного удара. Не получил его и улыбнулся, очень довольный тем, что умудрился угадать правильный вариант с первого раза.
Я же в свою очередь повернулся к Ортодонту. Горько усмехнулся и покачал головой так, будто бы она уже седа. Будто бы мудрость веков тяжким грузом давит на плечи, а все тайны Вселенной законспектированы в записной книжке.
— Это бывшая моя, — сказал я и на всякий случай уточнил: — Кристинка-то. Буквально неделю назад расстались.
Рассчитывать на то, что взрослый мужик с криминальным прошлым на полном серьёзе вдруг заинтересуется несчастной любовью малознакомого звиздюка не приходилось. То есть никаких уточняющих вопросов не будет, и надо продолжать вести разговор самостоятельно:
— Не сошлись характерами типа. Красивая зараза, как мечта. Этого у неё не отнять, конечно. Но внутри вообще не моё, — нахмурился я. — Как будто бы мы из разных миров каких-то. Я её увлечения не понимал, а она мои, и в итоге большую часть времени вместе просто молчали. Поговорить тупо не о чем было…
Судя по мимике, что заиграла на лице у Ортодонта, мужик узнал свою ситуацию. Значит, на правильных струнах души я играю. И значит, угадал. Не, ну а как иначе-то⁈ Что у них с его молодухой может быть вообще общего? Ей бабло, ему юное тельце — ситуация ясна как день.
Ладно, заходим на второй триггер:
— … изменила мне в конечном счёте. Причём я даже не знаю с кем. Но! — тут я резко хлопнул в ладоши и улыбнулся. — Я этому даже рад, честно говоря!
Охренеть какое спорное заявление, которым я нарываюсь на встречный вопрос. А ещё это переломный момент, который переведёт мою импровизацию на новый уровень и даст старт словесному фехтованию.
— Давай-ка выпьем, — сказал Ортодонт и потянулся к графину.
А затем сделал именно то, что я от него так ожидал. Спросил:
— А почему вдруг рад-то?
— Ну как почему? Потому что самому бросать не пришлось, — я взял рюмку. — А ведь пришлось бы рано или поздно.
И пока все остальные запрокидывали головы, чтобы выпить, резко вылил водку на пол. Ведь мало ли что? Вдруг Марчелло всё-таки поломают и мне придётся сесть за руль? Те два стопаря настойки я уж как-нибудь выведу из организма. Побегаю, попрыгаю, бульона попью… но дальше мне накидываться уж точно ни к чему.
— Я ведь как думаю? — продолжил я свою исповедь. — Какой бы ты человек ни был… как бы ни вёл себя с друзьями там или на работе. Акула ты, быть может, реальная, да? Жёсткая, хищная! Но дома всё равно душа должна быть. Родное что-то, что-то прямо вот твоё, — для пущей убедительности тут я защёлкал пальцами, дескать настолько расчувствовался, что не могу подобрать слова. — Понимаешь, что я сказать хочу?
— Понимаю, — кивнул Ортодонт.
— А сиськи-письки, — я небрежно отмахнулся. — Это всё не то. На них далеко не уедешь, — и кивнул на графин. — Может ещё?
— А давай! — тут же согласился Виктор Константинович и маякнул своим друзьям, чтобы сами оформили. — Но только вот смотри какая тема…
И тут уже начался полноценный диалог. А значит пока что всё идёт по плану.
— Вот ты говоришь душа, да? — Ортодонт хмыкнул, выпил, взялся за стейк-нож и начал очень опасно вращать его в руках. — А где её взять-то, душу эту? На рынке что ли? Ты, как я погляжу, парень неглупый, — Виктор Константинович поглядел прямо на меня. — Только молодой ещё слишком. Слишком романтично настроенный. Вьюноша.
Тут же все за столиком окончательно утихли и обратились в слух. Прянишников, кажется, уже готов был отъехать в обморок, а вот Лёня смотрел на меня с таким интересом, будто перед ним разворачивалось шоу типа «Окон».
А я в свою очередь понял, что лёгкой победы не получится. Я ведь не диснеевская принцесса, а Ортодонт не сказочный злодей. Так что одного вдохновенного спича про душу ему будет маловато для катарсиса. У него ведь и свои мысли на этот счёт имеются. Свой опыт, свои мозги.
— Скажи-ка мне, Лёшка, где же взять этих самых женщин с душой?
— Да где угодно, Вить, — ответил я и тут решил по-настоящему рискнуть. — Только не там, где их покупают.
У Ортодонта отлетели брови. По идее, за одно это мне уже можно было бы и в морду сунуть. Прянишников это понял и едва слышно пискнул, но затем… затем Виктор Константинович медленно перевёл взгляд с меня куда-то в пустоту. А в глазах вместо гнева холодная усталость и хмель.
— Покупают, — задумчиво сказал он. — Или не покупают. Всё покупается, Лёш. Вообще всё, просто цена разная. А ты мне про какую-то душу затираешь.
Игнорируя всех и вся, Ортодонт налил одному себе и сразу же выпил.
— Ну ладно! — выдохнул он. — Допустим, я согласен. Она не моя…
Оп-па! А вот и прогресс! А вот и положительные подвижки! Как-то само собой, мы перешли на личности и уже обсуждаем ситуацию Ортодонта. Главное мне сейчас не забывать, что я не в курсе этой самой ситуации, ведь лично меня в детали никто не посвящал. Ну и ещё не стоит забывать ему периодически подливать. Кажется, Виктор Константинович не из тех, кто агрессирует по пьяни, а очень даже наоборот. И этим нужно воспользоваться.
— Допустим, не совпали миры, или как ты там выразился, — сказал он. — И чо? Это даёт право каждому встречному в мою постель ломиться? Это чо, скажи мне? Уважение отменяет?
— Не отменяет, — быстренько ответил я, перехватывая слово. — Вообще не отменяет. Просто…
— Просто все вы так думаете! — понесло Ортодонта. — Видите мужика типа меня, с деньгами и молодой бабой, и думаете: «Ага-а-а-а. Купил, сука. Значит, можно стащить». Думаете, что я не человек уже, а функция типа, да? Кошёлек, ёманамать, на ножках.
И вот тут уже действительно опасно становится. Всю дорогу я старался сделать так, чтобы Ортодонт начал отождествлять себя со мной. Так, мол, и так, у нас похожая история. Но он вместо этого вдруг резко провёл черту, ещё и во враги меня записал с какого-то хрена.
Можно было бы растеряться и захлопать глазками, но я предпочёл это дело срочно исправлять:
— Я так вообще не думаю, — постарался я сказать как можно искренней. — Я думаю, что ты человек, которому гораздо хуже. Ведь это не она с тобой в золотой клетке сидит, а ты с ней. Сам себя запер с чужим человеком, а все вокруг делают вид, что так и надо.
И снова настала пауза на выпить.
— Ты это чо, психолог типа? — Ортодонт настойчиво пододвинул мне стопку.
— Да откуда? — ответил я. — Просто сам ту же херню на своей шкуре прочуял. Только без золотой клетки.
Пожалел, похвалил, а потом указал на то, что товарищ Ортодонт в разы сильнее и круче меня. То есть сгладил ситуацию так, как только мог. Образцово-показательно разговор ведёшь, Самарин, молодец.
— Золотая клетка, золотая, — нараспев произнёс Виктор Константинович и махнул водоньки. — Это всё лирика. А факт есть факт. Кто-то нассал мне под дверь, и этого кого-то надо наказать. Иначе все подряд ссать начнут, понимаешь? Начнут думать, что так можно.
  
Вот… честно? Как же трудно спорить с очевидными вещами! Я ведь эту философию очень даже понимаю и разделяю. И если бы на кону не стояла жизнь и здоровье друга, то на этой ноте мы бы и закончили разговор.
Однако пока шанс остаётся, надо продолжать: