Фанат. Мой 2007-й (СИ)

А я так сразу и не знал, что ответить. Но в моменте очень чётко понял: люди ждут команду. Причём именно от меня, — и даже Дорович застыл в ожидании.
Интересно…
И тем более не нужно спешить, а лучше сперва ещё немного осмотреться. Локация, конечно, хороша… нарочно не придумаешь. По правую руку от нас тянулась длинная кирпичная стена, над которой возвышались полукруглые крыши ангаров. По левую — спящая проходная «Псковского Электромашиностроительного Завода». Что вперёд, что назад — дома стояли глухой стеной, без подворотен, арок и проходов во дворы. То ли это заводские корпуса, то ли общаги, а то ли всё вместе.
  
Да и не важно!
По факту — мы оказались в конце длиннющей глухой улицы. Ещё и темной плюс ко всему, фонари через раз горят. Убегать — замучаемся. И не факт вообще, что убежим. Пойдём вперёд — спровоцируем. А потом выгребем так, как ещё никто и никогда не выгребал. Ногами нас будут топтать до бессознательного состояния, пока не утихнем.
Условный и очень грубый подсчёт: на каждого нашего приходится по три скобаря. При затяжном конфликте рост, вес, внутренняя жажда к жизни и степень владения боевыми единоборствами при таком раскладе не учитываются и перестают играть хоть какую-то роль вообще. То есть чуда не случится. И что? И всё. Эдак мы все грядущий рассвет встретим в травме. И хорошо ещё, если просто в травме, а не в хирургии или в МОРГе, например. Дело ведь такое. Даже не со зла, один неаккуратный удар в висок или по затылку, и ты не жилец.
Ловушка, короче говоря, как она есть.
Выход?
Хм-м-м… можно попробовать собрать яйца в кулак, выйти вперёд и попробовать договориться. Предложить псковским формат десять на десять или двадцать на двадцать. Помахались, мол, и разошлись.
Но!
Пошёл-ка ты нахер, Лёшенька, со своими юношескими фантазиями. Не обманывайся, этого не будет никогда. Психология толпы такого просто не допустит. То, что ты сейчас озвучил — это из области детских сказок. Так что давай-ка, пока расстояние до скобарей ещё приличное, думай дальше. Думай! ДУМАЙ!!!
— Так, — взглянув себе под ноги, я обнаружил отколовшийся кусок бордюра.
Нагнулся, взял, распрямился и подбросил его на руке.
— Самарин! — испуганно крикнул Жорович. — Даже не вздумай…
— … кинуть его в толпу, иначе нас убьют, — закончил я фразу за физрука и согласно кивнул. — Ага, — а затем развернулся, хорошенько размахнулся и метнул каменюку в заводскую проходную.
Раздался страшный дребезг, стекло осыпалось, а уже через пару секунд в дверях показался бесстрашный псковский охранник. ЧОПовец именно того сорта, что сажают возле турникетов проверять пропуска. То есть седовласый, седоусый и сухой как палка борщевика дед в очках.
Форма на дедуле явно была не по размеру. Думаю, что без ремня его штаны спадали бы так же стремительно, как это случается с актёрами в старых немых комедиях.
Однако стоит отдать старичку должное… с-с-сука, как же он был хорош! На нашу толпу из пятидесяти человек он смотрел по-хозяйски и с вызовом, как будто уже победил. А ещё эта манера держаться! О-о-о! Развязно, свободно, чуть выставив таз вперёд, ну прямо гэнста из Сан-Андреас. Ещё бы бандану повязать и труханы до пупка натянуть, и вообще не отличишь.
— Ах вы паскуды малолетние! — крикнул дед и продемонстрировал болтающийся на запястье брелок. — Я тревожную кнопку нажал! Милиция уже едет!
— Спасибо тебе, мил человек! — ответил я. — Дай бог здоровьица! — а после повернулся к своим: — СТОИМ НА МЕСТЕ!!! ДЕЗЕРТИРСТВО БУДЕТ ЖЁСТКО ПРИСЕЧЕНО НОГОЙ ПО ХЛЕБАЛУ!!!
Подождал, пока по толпе пройдёт недовольный ропот и продолжил:
— Дёрнетесь назад, и они тут же навалятся! Поэтому стоим и ждём! Стараемся выглядеть как можно более грозно! Плечики расправили, грудь колесом, и орём посильнее! Возможно вообще без драки обойдётся! Всём всё понятно⁈
— Ох, Самарин, — тяжко вздохнул Чантурия. — Мне бы твою уверенность.
— Не ссать.
Ну и понеслась.
Всё то же самое мы сегодня уже проходили на смотровой площадке, вот только масштаб увеличился. Опять эта прелюдия к битве — крики, посылания нахер и град из бутылок. Опять агрессивный рёв и кричалки. И ме-е-е-едленное-сближение. Мы-то знаем, что вперёд идти не надо, а скобари сейчас не торопятся, потому что смакуют момент.
Минута? Две? Три? Да хер его знает, специально я не засекал. Расстояние между нами и псковскими сократилось как раз для обмена любезностями, и на том мы пока что остановились.
— Ты как⁈ — крикнул я Дэну, который всё время стоял по левую руку от меня.
Повернулся в его сторону и тут вдруг понял, что прямо у меня над головой со свистом пролетел здоровенный и тяжеленный бульник. Летел он, как нетрудно догадаться, прямо в толпу фанатов «747». И это… это…
— Какой мудак это сделал⁈ — крикнул я, но было уже слишком поздно.
Мой голос потонул в воплях скобарей, сине-белый табун рванул в нашу сторону, да и наша толпа мгновенно пришла в движение.И вдруг краем глаза я заметил фигуру, которая двигалась не туда. Фигуру, которой тут вообще не должно быть!
— В сторону! — крикнул я и буквально вырвал брата из-под удара.
Мудила в кепке, правда сейчас он был без неё, качнулся вслед за ножом, и тот вошел мне прямо в бок. Лезвие вспороло куртку, двинулось дальше и я ощутил ледяную полосу по коже — это мозг ещё не успел среагировать, что телу больно…
  
Глава 18
 
Минутой ранее
Васька Авдеев вышел из гостиницы «Барс» и первым же делом смачно харкнул на газон. С тоской оглядел запруженный людьми и машинами Октябрьский проспект, кое-как перекинул автомат на спину и в который раз подумал о том, что он не солдат, а носитель формы.
Вот просто… чем руководствовался начальник гарнизона? Что вообще у человека в голове?
«Быть может там говно?» — со злостью подумал Васька. В том году приказ о переходе на зимнюю форму поступил 1 ноября, а в этом на кой-то чёрт на месяц раньше.
Буква «З» — забота.
Чтобы не помёрзли солдатики. Гражданские шастали вокруг в лёгких осенних куртках и зачастую нараспашку, а на Авдеева тем временем было надето почти двадцать килограммов лишнего веса. Свою шинель он ненавидел так же чисто и искренне, как мышки ненавидят кошек, осы пчёл, а жабы цапель. Сама шинель на семь кило, и под ней ещё несколько слоёв одежды, как будто Васька и не Васька вовсе, а кочан капусты.
Да плюс ещё автомат. Без рожка, само собой, но таскать его с собой всё равно было надо.
— Угости, — попросил он Колю и тут же получил сигарету.
Закурил, сдвинул шапку-ушанку на самый-самый затылок и ещё разок выругался вслух, чтобы закрепить настроение.
— Ну что там? — спросил Коля.
Самый близкий человек для Авдеева вдали от дома. Оба парня были родом из Мурманска, и оба попали в Стремутку по призыву как срочники. Понятное дело, что подружились сразу же, — что называется, держались «своих».
По первой свою жизнь ни с чем таким связывать не планировали, но под конец первого года службы всерьёз начали задумываться над перспективами. Ну… раз уж они УЖЕ здесь.
Учебный центр Внутренних Войск МВД в Стремутке называли кузницей кадров, и это так часто повторялось старшим руководящим составом, что невольно начинаешь верить. Вот и Коля с Васей задумались о контракте.
В целом-то неплохо, если уж разобраться. Какая-никакая стабильность и социальный лифт. Зарплата вовремя, и пенсия ближе. Вот только всё это будет потом, ну а пока Авдеев со своим другом были именно тем самым «резервом» Внутренних Войск. В любой момент их могли поднять по команде и дёрнуть на охрану, усиление, оцепление, сопровождение и так далее.
  
Вот как сейчас, например.
— Э-э-э, — поморщился Авдеев. — Ничего там нет.
— Думаешь, дети по телефону балуются?
— Думаю, да.
Хотя сам краем уха уже не раз подслушивал разговоры псковских ментов, и уже понимал, что в городе не всё спокойно. Сам повод, по которому его часть подняли и пригнали сюда, уже напрягал. Бомба. А ведь в народной памяти ещё были живы и свежи очень нехорошие события. Отмахнуться от такого нельзя.