Квест в стране грёз (СИ)

Работа для Команды Смерти.
  
Глава 1. Захват или убийство?
 
1
— Малыш, поторопись! — окликнул меня Стас, когда я приостановился у самого начала тротуара, осматриваясь и пытаясь понять, что же мне делать дальше.
Сумерки все еще были прозрачными и белесыми, как легкая дымка в середине дня. Дождь усилился и ощущался уже не как невесомая водяная пыль, оседающая на волосах тончайшей пленкой седины, а как вполне ощутимые колкие брызги, которые поднявшийся ветер швыряет в лицо целыми пригоршнями.
К тому же похолодало, так что меня в моей легкой короткой ветровке после тепла автомобильного салона пробрал озноб.
Но это, конечно, были пустяки. Физический дискомфорт меня даже радовал: он отвлекал от неприятно зудящего, хоть и не вполне оформленного чувства беспокойной неудовлетворенности — то ли собой, то ли работой, то ли жизнью, которая поставила меня в такое положение.
Лучше бы эта женщина не попадала в поле зрения нашей команды. Если она причастна к исчезновению Алекса, то тогда она — враг. А как поступать с врагами, я знал слишком хорошо.
Поправив сползающую с плеча лямку, я зашагал по тротуару. На целый квартал вперед он был пуст, если не считать пары девчонок-малолеток у ярко освещенного торгового ларька.
Даже Стаса не было видно, что, впрочем, вполне естественно. Если все пройдет как надо, то я его и не увижу до самого конца операции.
Только вот в чем она заключается сейчас, эта операция? И что это значит: «все пройдет как надо»?
Ответов на эти вопросы я не знал. Если женщина — враг, тогда самым разумным было бы дать этим накачанным мордоворотам ее захватить, а потом отследить их дальнейший маршрут. В итоге можно выйти на их базу и… И что дальше? Вполне может выясниться, что их группировка не имеет никакого отношения к нашему заданию, и тогда они вовсе не являются нашими противниками и совершенно нам не интересны. Не говоря уж о том, что конечным пунктом доставки захваченной женщины может оказаться совсем не база какой бы то ни было группировки, а просто, скажем, пустая квартира или заброшенный подвал.
Тем не менее, несмотря на все эти не очень вдохновляющие размышления, я шел вперед — навстречу неизвестности, совершенно не зная, что я буду делать, когда эта неизвестность обретет черты реальной жизненной ситуации.
И почему Капитан послал для контакта меня? Лучше бы это был Стас. Во всяком случае, контакты с женщинами ему давались проще, чем мне. На меня всегда давит серьезность ситуации, а взгляд на хорошенькую девушку как на мимолетный объект ни к чему не обязывающего «контакта» дается мне обычно с большим трудом.
Две девчушки, похрустывая свежекупленными чипсами и оживленно о чем-то судача, прошли мимо. На обеих — теплые куртки с капюшонами. Одна на меня даже не взглянула, другая удостоила равнодушным взглядом, скользнувшим по лицу и на мгновение задержавшимся на моих уже заметно повлажневших волосах.
Я машинально отметил, что брезентовый чехол не привлек их внимания. Это хорошо. Значит, наши эксперты не ошиблись с дизайном: изрядно потертый футляр из плотной непромокаемой ткани нисколько не походил на ножны для меча, скорее уж в нем угадывался подсумок для рыбацких принадлежностей.
Потому-то девицы нисколько и не заинтересовались моей персоной: кому в их возрасте интересны старперы за двадцать пять лет, к тому же с удочками на плече. В их годы у них свой мир, свои иллюзии, свои грёзы — может, наивные, но, по крайней мере, более настоящие, чем мои.
— Малыш, загляни в ларек, — раздался в моей голове голос Капитана.
— Зачем? — удивился я.
Но темп, конечно, сбавил и старательно вперился взглядом в витрину торговой точки, мимо которой как раз проходил.
— Купи себе пакет. — распорядился Капитан.
— Какой пакет? — все еще не понимал я.
— Обычный, — с ноткой нетерпения в голосе пояснил Капитан. — Любой пластиковый пакет, чтобы прикрыть голову от дождя.
— Понял, — пристыжено буркнул я и поспешил последовать рекомендации командира.
 
Его мысль была совершенно ясна: сделайся простым, понятным для посторонних, немного нелепым — элементарная идея маскировки в городских условиях, — и тогда никто не заподозрит, что на самом деле ты являешься универсальной боевой машиной, предназначенной для поиска и уничтожения особо опасных преступников, угрожающих существованию государства.
Я даже позволил себе развить подсказку Капитана, купив в придачу к пакету еще и бутылку пива.
— Молодец, Малыш, — одобрил командир, расслышавший по оперативной связи мой заказ продавщице ларька.
Дальше я двинулся, что называется, уже во всеоружии: в одной руке бутылка, другая придерживает на голове пакет с изображением полуголой фотомодели. А под мышкой, невидимый для посторонних, болтается нелепый на этой улице бамбуковый меч.
2
Малыш удалился уже слишком далеко, чтобы можно было визуально контролировать его действия. Бесшумно вздохнув, Капитан отвернулся. Как всегда в самом начале операции, на его плечи навалилась, мешая дышать, неподъемная свинцовая тяжесть. И как всегда, он должен делать вид, что держит все под контролем.
Что ж, такова уж участь командира, и его подчиненные, даже зная, что ему известно не больше, чем им, все равно подсознательно будут полагаться на его мудрость, дальновидность, на его умение принимать в любой сложной ситуации единственно верное решение. Как будто он действительно обладает всеми этими качествами.
Капитан старательно подавил очередной глубокий вздох. Не хватало еще, чтобы Стас с Малышом отвлекались, слушая по оперативной связи его стариковское кряхтенье. Он постарался собрать разбегающиеся мысли. Начало операции выходило уж слишком непонятным и неопределенным, оставляя широчайший простор для обдумывания каких угодно, хоть самых диких и неправдоподобных, гипотез, но сейчас надо было сконцентрироваться на происходящем в данный момент — точнее, на том, что уже совсем скоро могло произойти.
— Стась, — произнес он негромко, чуть склонив голову набок. — Как обстановка?
Старший оперативник ответил немедленно, и бодрость в его тихом, почти шепотом, голосе, понравилась Капитану: он явно уже вошел в оптимальное рабочее состояние, как, впрочем, и всегда с началом активных действий. Стаса, быть может, могло ослабить долгое ожидание без гарантированного конкретного результата, но в реальной напряженной ситуации он чувствовал себя, как рыба в воде, и чем острее становилась эта ситуация, тем более хладнокровно, гибко и изворотливо он действовал.
Его доклад, как всегда, был кратким, но исчерпывающим.
— Объект пытается уйти проходными дворами. Двое с битами по-прежнему следуют за ней, не отставая. Еще двое, похоже, получили приказ от бригадира и резко свернули в сторону. Когда я видел их последний раз, они бежали по улице, параллельно курсу объекта. Подозреваю, готовят ловушку где-то в последнем из дворов.
Капитан задумчиво кивнул в пустой машине.
— Ясно, Стась. Как полагаешь, скоро ли начнется захват?
— Думаю, они не выпустят объект из этого квартала. Значит, нападение произойдет максимум через пару минут.
Над переносицей Капитана обозначились три вертикальные морщины. Он с трудом сдержал очередной глубокий вздох.
— Малыш?
— Да, Капитан.
— Ты где?
— Следую позади процессии. Наблюдаю старшего. Он периодически переговаривается по рации.
— Обогнать его можешь?
— Незаметно — нет.
Капитан потер пальцами внезапно разболевшиеся виски.
 
— Хорошо, действуй по обстановке.
— Капитан? — в голосе Малыша проскользнула неуверенность.
— Что, Малыш?
Секунда тишины, потом Малыш приглушенно кашлянул, словно у него запершило в горле.
— Если начнется захват, я должен буду вмешаться?
Все же он прорвался, тяжелый стариковский вздох, который он так старательно подавлял все это время — как и вопрос, на который придется давать конкретный ответ, один из многих возможных. И как всегда — стоит ошибиться в выборе, и вся их операция, еще фактически не начавшись, может зайти в тупик.