Охоться на меня (ЛП)
У Николая звонит телефон. Он включает громкую связь, и машину заполняет голос Софии. — Мы видели новости о федеральном рейде на склад с многочисленными жертвами. С вами все в порядке?
— Мы едем к вам. — Костяшки пальцев Николая побелели. — Расчетное время прибытия тридцать минут.
— Мы будем готовы. — В ее тоне нет ни намека на панику. — Таш охраняет безопасную комнату, а Катарина координирует действия с охраной.
— София...
— Мы знали, на что подписывались. — Пауза. — Все мы.
Линия обрывается.
Айрис закрывает глаза. — Я все разрушила.
— Нет. — Я сжимаю руку сильнее. — Ты выжила. Это все, что имеет значение.
— Они придут за нами.
— Позволь им. — Я прижимаюсь губами к ее виску. — Они узнают, что произойдет, когда столкнутся с братьями Ивановыми.
Ворота комплекса распахиваются — усиленные сталью, высотой двенадцать футов, с охраной по бокам от входа, оружие на виду и наготове. Николай выезжает на круговую дорогу и глушит двигатель.
София уже на ступеньках, выглядя совершенно невозмутимой из-за хаоса. Таш стоит рядом с ней, скрестив руки на груди. Катарина стоит в дверях, наблюдая за всем расчетливым взглядом человека, рожденного в этом мире.
Я помогаю Айрис выбраться из внедорожника, обнимая ее за талию, чтобы поддержать ее вес.
— Полегче, — бормочу я. — Я держу тебя.
Майя, спотыкаясь, выходит следом за нами, и я делаю мысленную пометку проверить ее как следует, как только мы окажемся внутри. Она пережила такой же шок, как и Айрис, только без пулевого ранения.
София спускается по ступенькам, не дрогнув, смотрит на окровавленное плечо Айрис. — Тебе лучше всего отвести ее в медицинский кабинет на третьем этаже.
Мы заходим внутрь. Комплекс раскинулся на двадцати тысячах квадратных футов из железобетона и пуленепробиваемого стекла. Построен для осады. Создан именно для такого рода чрезвычайных ситуаций.
Эрик, не говоря ни слова, направляется в центр безопасности. Дмитрий и Таш ведут Майю в восточное крыло, вероятно, чтобы ее осмотрели.
Я помогаю Айрис подняться по лестнице, поскольку ясно, что каждый шаг причиняет боль.
— Почти пришли, — обещаю я.
Медицинский кабинет оборудован лучше, чем в большинстве клиник неотложной помощи. Николай не рискует безопасностью нашей семьи.
Я кладу Айрис на смотровой стол и срезаю временную повязку.
В дверях появляется София, прислоняясь к косяку. — Нужна помощь?
— Спасибо, но у меня все есть.
Она не уходит. Просто смотрит, как я работаю, ее острые глаза отслеживают мои движения.
На этот раз я тщательно промываю рану бетадином и тщательно осматриваю, чтобы убедиться, что не осталось осколков. Айрис выглядит совершенно здоровой, и я беззвучно начинаю сшивать кожу.
— Они придут. — Тишину прорезает голос Софии. — Федеральные агенты. Ордера. Может быть и хуже.
— Я знаю.
— Что ты планируешь? — Спрашивает она.
Я заканчиваю последний шов и аккуратно накладываю свежую марлю. — Мы дадим им то, что они хотят.
Взгляд Айрис останавливается на мне. — Что?
— Не ты. — Я помогаю ей сесть, поддерживая поврежденный бок. — Не ты. Но Моррисон работал не один. За проектом "Паслен" есть надзор. Командная структура. Люди, которые санкционировали убийство твоих родителей.
Понимание появляется в выражении лица Софии. — Взаимно гарантированное уничтожение.
— Именно. — Я достаю телефон и открываю зашифрованный канал, двигая пальцами по экрану. — У нас есть сообщения Моррисона. Бумажные следы. Финансовые отчеты. Все. Мы делаем копии. Распространяем их. На случай, если с нами что-то случится, активируем «выключатели мертвецов». Облачное хранилище в двенадцати разных странах.
— Они захотят похоронить это. — Айрис касается моей руки. — Вместе с нами.
— Вот почему мы не хороним. — Я быстро заканчиваю печатать, затем заставляю себя замедлиться, дышать, не позволять адреналину диктовать мой темп. — Мы ясно дадим понять, что наше молчание гарантировано. Никто не говорит о Паслене. Никто не преследует нас. Полный разрыв. Но если с кем-нибудь из нас что-нибудь случится — если мы исчезнем, если нас арестуют по ложному обвинению, если мы неожиданно попадем в больницу — все станет достоянием общественности. Каждая торговая точка. Каждое агентство. Каждая сеть осведомителей.
София выпрямляется, ее разум четко обдумывает возможные варианты. — Рычаг давления, который они не могут игнорировать.
— Предложение, от которого они не смогут отказаться. — Я заканчиваю сообщение и нажимаю "Отправить", затем возвращаюсь к правильному закреплению повязки Айрис. — Мы контролируем ситуацию. Мы контролируем результат.
Ответ приходит быстрее, чем ожидалось. Тридцать семь минут.
Я смотрю на зашифрованное сообщение и перечитываю его три раза, выискивая уловки, скрытый смысл, любой признак того, что это ловушка, замаскированная под переговоры.
— Что это? — Айрис наклоняется через мое плечо, осторожно, чтобы не пораниться.
Я успокаиваю ее. — Они готовы к переговорам.
— Это хорошо, правда?
— Зависит от условий. — Я медленно просматриваю сообщение, переваривая каждое слово. — Они хотят встречи. Нейтральная территория. Завтра в полдень.
София отталкивается от дверного косяка, выражение ее лица становится жестче. — Это ловушка.
— Почти наверняка. — Я продолжаю читать. — Но они напуганы. Посмотри на формулировку. "Взаимные интересы". "Неудачные обстоятельства". "Мирное урегулирование". Это не слова людей, у которых все под контролем. Это слова людей, которые только что поняли, что это не так.
— Они убили моих родителей. — Голос Айрис понижается. — Моррисон был всего лишь оружием. Это люди, которые отдали приказ.
Я кладу телефон и поворачиваюсь к ней лицом, беря обе ее руки в свои. — Вот почему мы не идем туда неподготовленными и почему мы не идем туда в одиночку.
В дверях появляется Николай. Эрик и Дмитрий немедленно встают по бокам от него, образуя стену присутствия Ивановых, из-за которой медицинская палата внезапно кажется меньше.
— Ты встретишься с ними не один, — говорит Николай. Это не вопрос.
— Я и не собирался.
— Хорошо. — Дмитрий скрещивает руки на груди. — Потому что это попахивает засадой.
Эрик, который живет и дышит подобными вещами, подходит к окну, проверяя линии обзора. — Местоположение?
Я набираю координаты на телефоне. — Федеральное здание. Центр Бостона. Общественное место.
— Публика — это свидетели, — говорит София, стоя рядом с мужем. — Людям труднее исчезать.
— Если только у них нет готовых ордеров. — Айрис касается своего забинтованного плеча. — Федеральная юрисдикция. Они могут арестовать нас в тот момент, когда мы войдем.
— Нет, если мы сначала будем контролировать подачу информации. — Я открываю новое окно и начинаю печатать. — Мы сливаем часть файлов Паслен, но только стратегические фрагменты. Мы сливаем достаточно информации, чтобы заставить журналистов задавать вопросы и убедиться, что история слишком масштабная, чтобы ее можно было замять.
Глаза Николая сужаются, он сразу видит игру. — Страховка.
— Именно. — Мои пальцы бегают по клавиатуре. — Три основных выхода. Зашифрованные посылки. Выпуск отложен по времени, если только мы не отменим загрузку после собрания — мы дадим им этот шанс.
— Как долго? — Дмитрий подходит ближе, чтобы посмотреть на мой экран.
— Через шесть часов после встречи. — Я заканчиваю код. — Достаточно времени, если переговоры пройдут успешно, но у них недостаточно времени, чтобы остановить это, если дела пойдут наперекосяк.
Рука Айрис находит мою и крепко сжимает. — Они узнают, что мы делаем.
— Хорошо. — Я сжимаю руку в ответ. — Пусть попотеют.
В комнате воцаряется тишина, если не считать того, что я печатаю.
София наклоняет голову. — Итак, что мы будем делать тем временем?
Я закрываю ноутбук и смотрю на лица окружающих меня людей. Мои братья. София. Айрис. Таш и Катарина. Моя семья и люди, ради которых я бы сжег мир дотла. Люди, ради которых я уже начал его сжигать.