Торговец мусором (СИ)

11 августа 20** года.
Строительство Кузницы.
— «Мои юные подаваны! Нам нужно построить Кузницу! Вы мне будете помогать!» — с этих слов начался новый день и новая эра, не побоюсь сказать, изобилия железного оружия у первобытных племен.
Я отправил, часть моего молодого отряда на охоту с рогатками за утками и на рыбалку, а наиболее крепких ребят оставил с собой и объяснил задачу. Даже показал в картинках, что будем делать. Мои картинки, конечно могут и запутать, но как я уже выяснил раньше, даже эти каракули действуют на молодые умы ребят из каменного века, как инструкция «Икеи» по сборке тумбочки. И главное, смотря на мои каракули они сразу понимали, что нужно делать. А вот это настоящая фантастика или колдовство Шамана?
  
— «У меня есть «железные трубы» — это наши «будущие копья»! Нужно отрезать от них части. Ан! Тебе я даю «ножовку по металлу» — это очень острый «Зуб Шамана», который режет железо!»
Я показал ребятам, как пилит ножовка, что нужно сначала сделать небольшой надпил, чтобы полотно пилы не соскочила и не порезало руку. Что не нужно сильно давить, а то сломаешь полотно, ну чтобы заготовку нужно крепко держать. Поспрашивал все ли понятно и разрешил распилить все мои водопроводные трубы на, равные, 30 см отрезки. Ан и его парни, с восторгом и сосредоточенностью, принялись за работу. Они сначала, конечно косячили и мне пришлось немного поправлять, но не прошло и минут 10, как Ан начал ловко орудовать ножовкой, отрезая нужные куски труб. Ребята крепко держали трубу с двух сторон. Я их оставил, а сам обратился к ребятам пока не занятым:
— «А теперь тоже очень нужное! Нам нужны «точильные камни»!» — и я начал объяснять, что мне нужны шороховатые плоские камни. И что пусть они будут по шороховатости разные, для черновой — крупная шероховатость, и мелкая для более тонкой заточки. Ребята побежали на берег реки искать нужную добычу.
Через полчаса молодёжь притащила, плоские песчаные камни, которые они нашли на берегу реки.
— «Вот смотрите! Эти камни будут точить «железо»! Сначала мы придадим ему нужную форму. А потом вы на этих камнях будете «доводить» наконечники. Чтобы они были острые-острые!»
Но пока у нас нет, что точить, выдал им свой оставшейся для личных нужд топорик и отправил вырубать прямые древки для копий. О размерах ребята и сами прекрасно знали какие нужно, все же их отцы охотники и копья всегда у них перед глазами.
12 августа 20** года
Кузница Полным Ходом.
«Ёжки-матрёшки, да это же просто универсальные солдаты, мои молодые подаваны! И рыбу ловят, и на уток охотятся, и мне тут, можно сказать, «завод» строят!» Ребята помогли мне сложить очаг, который стал настоящим кузнечным горном. Я подвёл к нему по трубке воздух от компрессора — получился отличный поддув! На большую колоду я насадил кусок рельсы, который у меня был, — вот и наковальня готова!
Ну что ж, я приступил к работе. Раскалял прутки от арматуры в горне. Благо у меня были довольно длинные щипцы. А брезентовая рабочая рукавица дополнительно защищала руку от огня.
— «Смотри, Ан! Это «Зародыш Железный Ножа»! Он должен быть горячим, как солнце, чтобы из него родился Нож!»
Затем я молотком расплющивал пруток с одной стороны, формируя лезвие ножа, скошенное под заточку, с одной стороны. Ту часть, которая должна была стать ручкой, я отбивал молотком, делая её продолговатой, а потом загибал вниз и делал аккуратную завитушечку. Оставалось только потом каждому шнурком оплести это место — и будет прекрасная, удобная ручка! Или оставить так как есть — пусть сам каждый владелец решает какую индивидуальность своему ножу придать. После того как примитивный нож был выкован я его раскалял до светло-красного цвета, чуть не до водя металл до желтого свечения, благо электрический насос великолепно работал и создавал в горне температуру не менее градусов 900. И опускал на полминуты в ведро с водой. После этого железо становилась крепким, но хрупким, поэтому я нагревал опять нож на глаз так градусов в 200, практически при этом метал цвет не менял, становясь разве что более серым, и оставлял остывать, так сказал отпускал металл, чтобы ушли все внутренние напряжения. После этого нож должен стать более пружинистым и не сломаться в ответственный момент.
«Видите? Вот так! Потом сами сможете себе делать!»
Наконечники для копий у меня вообще идеально получились! И главное делать их было просто. Брал обрезок водопроводной трубы, раскалял один конец, плющил его на наковальне и придавал вид острого треугольника. На древко одевалась трубка в свой исходной ипостаси. Нужно только было древки подточить, чтобы в трубу зашло. Электродрелью на аккумуляторе делал отверстие в трубе для фиксации наконечника к древку парой саморезов. Вот это я понимаю конструкция. Любого зверя таким остановишь!
— «За вашу помощь я обещаю каждому либо по ножу, либо по наконечнику, сделать из остатков материала! Конечно же, в последнюю очередь, после того, как удовлетворю всех «больших охотников»!»
Ребята радостно согласились и стали еще активней мне помогать. Я продолжал свой нелёгкий труд кузнеца-коваля целыми днями. Ребята менялись, помогали мне. Кто-то помогал держать раскалённый металл, другие ребята подкладывал угли. Им это очень нравилось, хотя ребята совершенно не понимали, зачем надо делать угли, а не просто использовать дрова.
— «Шаман! Почему не просто дрова? От них ведь больше огня!» интересовался как всегда самый непоседливый Прыг.
— «Потому что, мои юные «Металлурги», угли дают другой жар! Особый! Шаманский! Чтобы «Железо» стало послушным!»
Я так и не смог им толком это объяснить, но в любом случае они поняли, что этот «Шаманский уголь» нужен именно для Кузницы. И принимали это как данность. И бежали еще заготовить дрова для очередной угольной ямы. Тем более у них же была такая развлекуха — настоящим острейшим топором рубить деревья, это ж просто восторг у них вызывал процесс. Когда топор вгрызался в бревна как в масло (ну если бы они знали, что такое масло).
Казусы, конечно, случались.
Один мой подаван юный, помогая держать раскалённый пруток, случайно выронил его. Пруток полетел прямо к ногам другого подавана, разбрасывая искры и вызвав переполох и весёлый смех.
— «Ой! «Горячий Зародыш Копья»! Уже кусается!» — и Зуб погрозил кулаком своему неуклюжему товарищу. Я быстро осмотрел ногу Зуба, слава ежику жеванному, никаких ожогов нет. Но на всякий случай я помазал ногу «Пантенолом». Остальные ребята на это смотрели с завистью! Но я, увидев это пригрозил, что выпорю любого, кто не будет осторожен и обожжется. И выпорю больно специальной шаманской хворостиной по подаванскому заду, чтобы высечь искры разума. Ребята с криками разбежались по своим рабочим местам.
  
Уже часть кузнечных работ ребята выполняли сами. Я иногда подправлял, ну и делал крайние завершающие удары мастера для конечного формирования наконечника.
Другой раз казус был такой, пытаясь расплющить металл, наш хороший знакомый Зак, так замахнулся молотком, что чуть не попал мне по пальцу, промазав на 20 см от наковальни.
— «Осторожнее! Мои пальцы — это не железо!»
Я его потом отправил на кошечках тренироваться — стучать дубинкой по камню от забора до обеда! И чтобы никаких промахов, точно по кумполу камешка. В этот день он стал самым популярным объектом для шуток своих друзей. С тех пор у него закрепилось прозвище «Охотник на булыжники».
Ребята постоянно подшучивали друг над другом, особенно когда, кто-то из них запачкается от угля, который мы постоянно использовали.
— «Смотрите! Он теперь «Чёрный Шаман»!» — Ан подшучивал надо мной, когда я решил грязной рукой вытереть пот с лица.