Одиссея

065 Должен, когда справедливые боги успехом усердье
Их наградили, как здесь и меня за труды награждают;
Так бы со мною здесь милостив был он, когда б
мог достигнуть
Старости дома; но нет уж его… о! зачем не Еленин
Род истреблён! От неё сокрушились колена славнейших
070 Наших героев: и он за обиду Атрида с другими
В Трою неволей пошёл истребить Илион многоконный».
  
Так говорил он и, поясом лёгкий хитон свой стянувши,
К той отделённой закуте пошёл, где одни поросята
Заперты были; взяв двух пожирней, он обоих зарезал,
075 Их опалил, и на части рассёк, и, на вертел наткнувши
Части, изжарил их; кончив, горячее мясо он подал
Гостю на вертеле, ячной мукою его пересыпав.
После, медвяным вином деревянный наполнивши кубок,
Сел против гостя за стол и, его приглашая к обеду:
080 «Странник, – сказал, – не угодно ль тебе поросятины, нашей
Пищи убогой, отведать – свиней же одни беспощадно
Жрут женихи, не страшась никакого за то наказанья;
Дел беззаконных, однако, блаженные боги не любят:
Правда одна и благие поступки людей им угодны;
085 Даже разбойники, злые губители, разные земли
Грабить обыкшие, – многой добычей, им данной Зевесом,
Свой нагрузивши корабль и на нём возвращаясь в отчизну, —
Страх наказанья великий в душе сохраняют; они же
(Видно, им бога какого пророческий слышался голос),
090 Веря, что гибель постигла его, ни своё, как прилично,
Весть сватовство не хотят, ни к себе возвратиться не мыслят,
В доме, напротив, пируют его и бесчинно всё грабят;
Каждую Зевсову ночь там и каждый ниспосланный Зевсом
День не одну и не две мы свиньи на съеденье им режем;
095 Так же они и вино, неумеренно пьянствуя, тратят.
Дом же его несказанно богат был, никто из живущих
Здесь благородных мужей – на твердыне ли чёрного Зама
Или в Итаке – того не имел; получал он дохода
Боле, чем десять у нас богачей; я сочту по порядку:
10 °Cтад криворогих быков до двенадцати было, овечьих
Также, и столько ж свиных, и не менее козьих (пасут их;
Здесь козоводы свои и наёмные), также на разных
Паствах ещё здесь гуляет одиннадцать козьих особых
Стад, и особые их стерегут на горах козоводы,
105 Каждый из тех козоводов вседневно, черёд наблюдая,
В город с жирнейшей козою, меж лучшими выбранной,
ходит,
Так же вседневно и я, над стадами свиными здесь главный,
Лучшего борова им на обед посылать приневолен».
Так говорил он, а гость той порою ел мясо, усердно
110 Пил и молчал, женихам истребление в мыслях готовя.
Пищей божественной душу свою насладивши довольно,
Кубок он свой, из которого сам пил, хозяину подал
Полный вина – и его свинопас с удовольствием принял;
Гость же, к нему обратившися, бросил крылатое слово:
115 «Друг, расскажи о купившем тебя господине, который
Был так несметно богат, так могуч и потом, говоришь ты,
В Трое погиб, за обиду отмщая Атреева сына;
Знать я желаю, не встретился ль где он случайно со мною?
Зевсу и прочим бессмертным известно, могу ли в свою вам
120 Очередь что про него рассказать – я давно уж скитаюсь».
Так свинопас, повелитель мужей, отвечал Одиссею:
«Старец, теперь никакой уж из странников, много
бродивших,
Радостной вестью об нём ни жены не обманет, ни сына.
Часто в надежде, что их, угостив, одарят, здесь бродяги
125 Лгут, небылицы и басни о нём вымышляя; и кто бы,
Странствуя в разных землях, ни зашёл
к нам в Итаку, уж верно
Явился к нашей царице с нелепою сказкой о муже;
Ласково всех принимает она и рассказы их жадно
Слушает все, и с ресниц у внимающей падают капли
13 °Cлёз, как у всякой жены, у которой погиб в отдаленье
Муж. Да и ты нам, старик, небылицу расскажешь охотно,
Если хламиду тебе иль хитон за труды посулим мы.
Нет, уж конечно, ему иль собаки, иль хищные птицы
Кожу с костей оборвали – и с телом душа разлучилась,
135 Или он рыбами съеден морскими, иль кости на взморье
Где-нибудь, в зыбком песке глубоко погребённые, тлеют;
Так он погиб, в сокрушенье великом оставив домашних
Всех, наипаче меня; никогда, никогда не найти уж
Мне господина столь доброго, где бы я ни жил, хотя бы
14 °Cнова по воле бессмертных к отцу был и к матери милой
В дом приведён, где родился, где годы провёл молодые.
Но не о том я крушуся, хотя и желал бы хоть раз их
Образ увидеть глазами, хоть раз посетить их в отчизне, —
Нет, об одном Одиссее далёком я плачу; ах, добрый
145 Гость мой, ею и далёкого здесь не могу называть я
Просто по имени (так он со мною был милостив); братом
Милым его я, хотя и в разлуке мы с ним, называю».
Царь Одиссей хитроумный сказал, отвечая Евмею:
«Если, не веря вестям, утверждаешь ты, друг, что сюда он
150 Боле не будет, и если уж так ты упорен рассудком,
Я не скажу ничего; но лишь в том что, наверное, скоро
К вам Одиссей возвратится, дам клятву;
а мне ты заплатишь
Только тогда, как входящего в дом свой его здесь увидишь:
Платье тогда подаришь мне, хитон и хламиду; до тех пор,
155 Сколь ни великую бедность терплю, ничего не приму я;
Мне самому ненавистней Аидовых врат ненавистных
Каждый обманщик, ко лжи приневоленный
бедностью тяжкой;
Я же Зевесом владыкой, твоей гостелюбной трапезой,
Также святым очагом Одиссеева дома клянуся
160 Здесь, что наверно и скоро исполнится то, что сказал я;
Прежде, чем солнце окончит свой круг, Одиссей возвратится;
Прежде, чем месяц наставший сменён наступающим будет,
Вступит он в дом свой; и мщенье тогда совершится
над каждым,
Кто Пенелопу и сына его дерзновенно обидел».
165 Страннику так отвечал ты, Евмей, свинопас богоравный:
«Нет, ни за вести свои ты от нас не получишь награды,
Добрый мой гость, ни сюда Одиссей не придёт; успокойся ж,
Пей, и начнём говорить о другом; мне и слышать об этом
Тяжко; и сердце всегда обливается кровью, когда мне
170 Кто здесь хоть словом напомнит о добром моём господине.
Также и клятвы давать не трудись, возвратится ли, нет ли
К нам господин мой, как все бы желали мы – я, Пенелопа,
Старец Лаэрт и подобный богам Телемах, – но о сыне
Боле теперь, чем о славном, родившем его Одиссее,
175 Я сокрушаюсь: как ветвь молодая, воспитан богами
Был он; я мнил, что со временем, мужеской силы достигнув,
Будет подобно отцу он прекрасен и видом и станом, —
Знать, неприязненный демон какой иль враждующий
смертный
Разум его помутил: чтоб узнать об отце отдалённом,
180 В Пилос божественный поплыл он; здесь же, укрывшись
в засаде,
Ждут женихи, чтоб, его умертвив на возвратной дороге,
В нём и потомство Аркесия всё уничтожить в Итаке.
Мы же, однако, оставим его – попадётся ль им в руки
Он, избежит ли их козней, спасённый Зевесом, – теперь ты
185 Мне расскажи, что с тобой и худого и доброго было
В свете? Скажи откровенно, чтоб мог я всю истину ведать:
Кто ты? Какого ты племени? Где ты живёшь?
Кто отец твой?
Кто твоя мать? На каком корабле и какою дорогой
Прибыл в Итаку? Кто были твои корабельщики?
В край наш
190 (Это, конечно, я знаю и сам) не пешком же пришёл ты».
Кончил. Ему отвечая, сказал Одиссей хитроумный:
«Всё расскажу откровенно, чтоб мог ты
всю истину ведать.
Если б мы оба с тобой запаслися на долгое время
Пищей и сладким питьём и глаз на глаз осталися двое
195 Здесь пировать на просторе, отправив других на работу,
  
То и тогда, ежедневно рассказ продолжая, едва ли