Тонкая стена (СИ)
Он снова очертил в воздухе ворота портала и шагнул в него. Перед ним у костра одиноко сидел Зигфрид и что-то отхлебывал из большой глиняной кружки.
— Приветствую тебя, Велимир — увидев Хранителя, командир отряда встал с бревна и даже отставил в сторону кружку.
— Привет, Зигфрид. — ответил Велимир.
— Тебе тоже привет, — продолжил Зигфрид, глядя куда-то за спину русина.
Велимир оглянулся. Из леса выходил Сент.
— Ну, что? — с некоторой надеждой спросил Зигфрид. Велимир видел, как ему не хочется услышать, что Федор согласился.
— Увы, Зигги — ответил Сент. — Все будет так, как мы и планировали. Теперь тебе осталось загрузить телегу «гибельных шаров» на драконов или Горынычей, и лететь к Дорогобужу.
Зигфрид скривился. Из палатки на северной стороне поляны вылез Вечевар и тоже подошел к костру.
— Договорился с Федором? — спросил он Велимира.
— Да. Но ты готов выполнить одно из его условий.
Вечевар выслушал рассказ Хранителя и быстро ответил:
— Да. Готов. В конце концов, оттого, что русины научатся лучше всех строить дома или делать колбасу, величия у них не прибавится.
— Да? То есть ты собираешься тщательно отсеивать товары из Грубого Мира? Лично? А как насчет твоих коллег, которые не захотят упускать прибыль от какой-нибудь выгодной, но скользкой сделки?
— Не беспокойся. Вы слишком мало знаете о нас. С этим мы разберемся. Я гарантирую. Вопрос в другом — а что ты собираешься делать с пацанчиками вроде Шамтора? Насколько я понял, с помощью кремень-жезла вы превратили его в лучшего магического механика Лагенвельта. Куда ему теперь податься?
— Это и будет отныне одной из наших главных совместных задач — приглядывать за ребятами, подобными нашему практиканту. Они должны служить нам. И только нам!
— Всем нам. — поправил Сента Вечевар.
В этот момент над лесом сквозь тучи наконец-то пробилось солнце. Два Хранителя, глава контрабандистов и командир бывшей следственной бригады улыбнулись друг другу впервые за последние два дня. Вдруг Велимир тихо произнес:
— О! На ловцов и зверь бежит!
Сент, Вечевар и Зигфрид одновременно повернулись в направлении взгляда русина. Из леса выходил смущенный Шамтор в компании с Хельгой. Когда он понял окончательно, что незаметно проскользнуть в палатку не удастся, он резко развернулся и решительно пошел к костру. Хельга шла вровень с ним и делала это настолько красиво, что взгляды всех присутствующих мужчин невольно переместились на нее.
— Ну что, практикант — начал Зигфрид. — Пора собираться. Мы больше не следственная бригада. Мы — посыльные. Нам приказано лететь к Федору с грузом оружия.
Сент резко оборвал его.
— Вы — не посыльные. Вы — полноценная боевая единица. От вашего вмешательства зависит куда больше, чем ты думаешь. Вы примете участие в сражении, буде оно состоится, и сделаете все, чтобы Зигфрид его выиграл.
Зигфрид замолчал. И тут раздался голос Хельги.
— А тебе не страшно посылать своего сына на верную смерть, Хранитель Сент?
— Что ты говоришь, женщина? Какого сына? — Сент попытался сохранить спокойствие, но на висках у него выступили крупные капли пота. — Я тебя уничтожу!
— Не уничтожишь! — Хельга откинула голову. — Не уничтожишь. У тебя не поднимется рука убить еще и собственного внука.
Сент бессильно опустился на снег и как-то даже постарел. Шамтор изумленными глазами смотрел на Хельгу.
— Ты беременна от Шамтора? — ломающимся от волнения голосом спросил Сент.
— Да. И горжусь этим.
Тут встрепенулся Шамтор.
— Хельга, но я сирота! У меня нет отца.
— У тебя есть отец. Он перед тобой. Когда Сент прервал сеанс связи, чтобы придти сюда, я потеряла сознание, но перед этим я смогла заглянуть в очень потаенные уголки его памяти. Твой отец — Хранитель Сент, малыш.
— Это правда, Хранитель?
— Да. — после недолгой внутренней борьбы с самим собой ответил тот.
— Но почему я никогда об этом не знал?
— Что ж, Шамтор, раз у нас тут такая милая семейная сцена, то пришло время сказать тебе правду. Вы, студенты Академии, не сироты. Вы — дети Хранителей и Великих Магов, которым обычай запрещает иметь семьи. Мы — тоже люди, Шамтор. Как и ты, я в молодости очень любил женщин. А от этого иногда бывают последствия. Поверь, я сделал для тебя все, что мог. Но в отряд я включил тебя не поэтому. Ты — действительно один из лучших студентов Академии и за тебя просил ваш ректор.
Зифгрид наблюдал за происходящим взглядом, не лишенным ехидства.
Велимир, в свою очередь, испытал сильное облегчение. Сент теперь был слишком сильно потрясен, чтобы копаться в проколах и ошибках своего коллеги. Он выдержал надлежащую паузу и заключил:
— Надеюсь, боевые качества наших бойцов от таких признаний только улучшатся?
Шамтор ничего не ответил. Он повернулся и тихо заплакал.
Глава 22
Непобедимый
Федорсмотрел на Велимира, который расхаживал перед Змеем Горынычем, нервно меряя шагами землю.
— Что ты нервничаешь? — недовольно поинтересовался он, — войска скоро будут на позициях. Наши мастера кое-чего придумали, так что фатерляндцев ждет сюрприз. Еще и лешие помогут. Мы подготовим этомуХоннику хороший прием.
— Не в этом дело, — махнул рукой Велимир, остановившись и посмотрев наФедора. — Я, знаешь ли, не люблю ваши механические штуки. Магиявот это настоящее искусство. А изтвоих труб любой дурак, стрелять может научиться.
— Ну ты сказал! — даже крякнул Федор. — Ты сам хлопочешь, чтобы у меня их было побольше, и при этом «не люблю», «не люблю»! Боишься, небось?
— Да, ладно вам, уважаемый, — запальчиво возразил воевода, стоявший рядом и внимательно слушавший их разговор. — Это же могучее оружие. И из него не каждый, как вы выражаетесь, дурак стрелять может. Тут надо ума немного, а сдуру можно и башку себе снести!
Велимир посмотрел на Федора, но тот лишь загадочно улыбнулся.
— Где твой посыльный? — недовольно поинтересовался маг, прервав размышления советника.
— Да, должен уже быть здесь… — Федор сам недоумевал. Всеслав обычно был всегда точен.
Дело в том, что они с Велимиром и воеводой прилетели к Дорогобужу, опередивосновные силы русинской армии на несколько часов, чтобы лично провести разведку. И тут их должен был ждать Всеслав, который отправился в район будущего театра военных действий гораздо раньше. Федор уже хотел прибегнуть к магической связи, но внезапно над опушкой взлетели вороны, с веток крайних деревьев посыпался снег, кто-то, еще невидимый, коротко выругался и предстал перед глазами Советника, Хранителя и всей их свиты. Раскрасневшийся Вселав пытался одновременно перевести дух и отряхнуть с полушубка снег.
— Насилу добрался, — виновато произнес он, обращаясь к Федору, — все в порядке, уважаемый. Дер Хонник закрепился в городе, и сейчас к нему прибывают подкрепления со всего Фатерлянда.
— Понятно, — кивнул Федор. К нему подошли Велимир с воеводой.
— Этот ублюдок готовит мощный атакующий кулак, — заметил Велимир, — у них, по-моему, это «штурм унд дранг» называется. Одним ударом хочет вражина с нами расправиться.
— Только мы ему рога его фатерляндские пообломаем, — весело заметил воевода.
— Не надо недооценивать противника, — наставительно заметил Федор, — залезаем на змея. Драконы-то у Ганса появились?
— Нет, уважаемый, пока нет. Весь флот драконов пока небоеспособен. На ходу остались только несколько личных драконов короля и его советников.
— Что ж, это хорошо.
Они сели в корзину Горыныча, и Федор произнес слова нужного заклинания. Рывок — измей взлетел. Когда он поднялся над верхушками деревьев, то Федор увидел Дорогобуж. У него невольно защемило сердце. Через этот город шел Торговый Тракт.
Приграничный город был один из основных торговых центров Русинских Земель и его захватгрозил обернуться если и не блокадой, то уж ограничениями на ввоз товаров в русинские земли почти на треть…. А сколько продавали крестьяне купцам со всего Лагенвельта зерна, мяса, украшений самоцветных, пушнины….и все это теперь в руках врагов! Оставалось только надеяться на патриотизм торговых людей. Только надежда эта была хлипкой. Такие города, как Дорогобуж могли сменить властителей, но своего предназначения не меняли.