Сильный (СИ)

Как первый раз меня просил Ратибор применить силу, я пожелал засунуть этот смертельный силовой фронт назад туда, откуда он пришёл, сжать его в точку, назад в Зверя и я начал давить. Не знаю как это объяснить, я не пользовался руками, как учил мой учитель силы, вместо этого я представлял геометрические фигуры. Волна силы медведя мне представлялась полусферой и я сокращал её радиус. Он каким-то образом упирался, но я его сдавливал.
  
Животное замерло, видимо пытаясь прожимать силу в нужных ей направлениях, но я упорно давил в обратку. Охотники в это время как в стену врезались, отпрянули и пытались оружием нащупать границы этой области, а ведь их бы могло просто раздавить.
Я продолжал давить, но мне становилось всё труднее, начало казаться, что радиусов у полусферы не один, а множество, смотря в какую точку поверхности смотришь … это, видимо, мой противник пытается расшатать моё давление, которые изначально было равномерным.
И раздался рёв. Я сначала принял его за ярость, но это оказался рёв боли, животное резким рывком сделало разворот себе за спину и открыла нашему взору торчащую стрелу прямо паховой области. Тут же в сторону открытой спины ринулись атаковать охотники, одна рогатина вошла зверю в бок слева, справа в спину втыкается копьё, а потом всё превращается в кучу малу … медведь подминает под себя копейщика справа, рогатина так и торчит в другом боку, отбрасывает того, кто её держал, удары сыплются в обе стороны, копья наконец могут пробить шкуру, но лапы всё ещё так же смертельны. Уже двое лежат, медведь, хоть и ранен, но внешне так же быстр, как в начале.
Но вот и у него подворачиваются сразу обе передние лапы, я вижу как их оплетает вода, видимо это что-то из арсенала Ратибора. В мгновение Светодар с копьём оказывается на расстоянии удара и наносит точный укол в глазницу Зверю, это ставит точку в бойне, которую устроил нам Лесной Хозяин этой части леса.
Удивительно, но сознание я не потерял.
  
Глава 4
 
Кажется, я понимаю, что означало выражение Ратибора: “Не видел ты еще городов”. Нет, я не считаю, что мой родной город можно обозвать деревней, всё же деревни я видел, у нас вокруг их было много. Что там им до нас? Одна улица, ну может две, да еще порой храм будет небольшой Дажьбогу или Роду, в деревнях его ещё сильно почитают. У нас же в городе мало того, что домов больше сотни, так ещё и торговые дворы есть, храмы всех богов, ратуша, дружинный дом. Есть улицы ремесленников, я жил на такой, есть хоромы зажиточных торговцев, боярский двор. Сходу я так всё и не вспомню, но вовсе не деревня.
Город, по которому мы сейчас продвигались нашей группой из оставшихся восьми охотников и меня, назывался Среднигород, и он был огромен. Да, когда я это сказал вслух, надо мной опять посмеялись, но, ёшкин кот, это ведь действительно огромный город. Толпы народа ходят по улицам … чем они все занимаются? Повозки постоянно двигаются по центральной улице, а ведь мы всего лишь на окраине.
Восемь охотников и я. Одного мы потеряли в лесу, похоронили его прямо там, одного раненого мы сумели донести до лагеря, там где ждали другие двое мастеров леса. Сколько смогли добытого тащили с собой, часть оставили, потому что пришлось двоим нести и дальше пострадавшего от схватки с медведем. Его мы оставили буквально в первой деревне, где нашли лекаря. Самой важной добычей оказались шкуры двух Зверей. Как оказалось, стоили они в разы больше всего добытого за месяц охоты в лесах на востоке.
Группа лесных мастеров, как я понял, уже давно сдает свои трофеи одному и тому же купцу, у него большой торговый дом на внешней доходной улице, но я толком ничего и не увидел, чем же там промышляют. Мы сразу зашли во двор к складскому помещению, в котором и сдали добытое одному из работников. Денег я не увидел, но вроде выдали расписку. После этого мы и направились дальше по улице, но не все, трое сразу же попрощались и двинулись по своим делам, как я понял они были из этих мест. Я понял, что и Ратибор живет где-то в округе, но он решил для начала устроить нас на постой.
Зашли мы в большой деревянный сруб то ли двух, то ли трехэтажный и сразу попали в большое помещение, довольно светлое, с большим число окон, поэтому дополнительного огня много не требовалось. Время было обеденное и половина столов уже были заняты разным народом, никого зажиточного я тут не увидел, больше люди напоминали рабочих или торговцев. На что я сразу обратил внимание, так это на обслугу этого заведения. Это были молодые девушки или женщины привлекательной наружности. Одеты они были так, как я ещё не видел - их юбки были до колен, сарафаны были приталены, а на груди был вырез. Если бы у нас хоть одна девушка или женщина так оделась, я думаю она не смогла бы далеко уйти, мужики бы перли хвостом за нарушительницей спокойствия, а старики бы заклевали за такое вызывающее поведение.
А мы все провели в лесах почти два месяца, надо ли говорить как жадно наша группа прикипела взглядом к такому будоражащему ум и последовательно другие органы зрелищу. Ратиборт направился договариваться на счёт постоя к хозяину, стоящему возле двери, видимо, к кухне - ароматы, по-крайней мере, шли именно оттуда. Светодар куда-то отошёл в глубь постоялого двора. Остальные же решили занять стол, так как собирались хорошо поесть. Если припомнить, нормальной еды мы не ели с самого начала охоты, в лесу на костре особо не поготовишь. Как только мы расселись, к нам подошла местная работница.
Пышная фигура, которая так и норовила выскользнуть из сарафана то на груди, то из под подола, когда женщина наклонилась, чтобы поставить с подноса на стол кружки с квасом. Хоть и конец лета уже близок, но в полдень на улице всё ещё жарко и прохладный напиток из подпола был как нельзя кстати. Фигуру дополняло вполне миловидное лицо, волосы были темно-русого цвета, убрала она их в виде косы, которая была закреплена на голове в форме гнезда.
Ратибор просил вам принести для начала квас, - сказал женщина холодно, голос был довольно низкий, это добавляло в него строгости. Но Пореза холодность общения не волновала, его волновало всё остальное.
- Здравствуй, красавица, чем же ты порадуешь меня сегодня? - с широкой улыбкой спросил помешанный на бабах охотник.
- Тебя, морда наглая, радовать никто не будет, - даже не глядя на Пореза продолжила расставлять квас разносчица, - Вот Вéличку я порадую.
Голос женщины стал ласковый, в том время как Велибор давился квасом, который он уже успел отпить из поставленной ему первому кружке. Она прервала расстановку и сильно один раз стукнула ему по спине.
- Принесу тебе пшеничной кашки c жареным рябчиком, пирогов свеженьких с разными начинками, щуку запечёную, только утром выловленную. Тебе, Велиборушка, покушать надо, совсем в лесах своих там отощал, вся красота с лица сошла, а какой был славный, когда уходил.
- И что же это за несправедливость такая, Власта? Вроде как все мы тут братья лесные, все вернулись с хорошим прибытком, а кормить ты собираешься только самого здорового? Так он больше всех ел всё это время, ему меньше всех сейчас оно и надо.
- Так ты, Порез, про поесть беспокоишься? А я то думаю, ты на что другое намекаешь, помня твои прошлые походы. Это ты не переживай, покушать мы всем организуем, да не всем одинаково, - хищно стрельнула взглядом Власта в сторону Пореза, - Все же Велибору сила то нужна будет, заждались тут его уже!
Веселье во взгляде этой женщины меня настолько поражало, что я сидел и пялился на всю эту сцену во все глаза, разве что рот не открыл. Разве женщина может себя так вести? Она же буквально сама вешается на нашего богатыря, да и внешний вид … поражает. Наши девушки тоже бывало любили острить и заигрывать с парнями, та же Матрёша не стеснялась со мной и за руку пройти, где людей было поменьше, и намеки какие-то бывали, но это всё не то. Вон, помню, была у нас история про вдову одну, которая с молодым сыном мельника шашни крутила. Сама, говорят, его к себе привадила, но вот открыто никто ничего не видел, уж мы, мальчишки, сидели бы точно в первых рядам на такую потеху.