Мусорщик с Терры (СИ)

«Ясно. Что-то ещё про неё сказать можешь?»
«Ну, в верхнем слое чип-карты есть подменные имена. Она их, бывает, использует».
«Какие?» — мгновенно сделал я стойку.
«Хао и Тай», — ответил искин.
«Хао Тай, Тай Хао, — попробовал я их „на язык“. — Она что, из „Васаби“? Внешне как будто бы не похожа».
«В „Васаби Кано“ не все топ-менеджеры монголоиды. Но, с другой стороны, не все монголоиды работают на „Васаби“. Да и имена, по большому счёту, не обязательно отражают внешность носителя. Ты вот, к примеру, тоже в сети шифровался, как Пак Ён Мин, но новым чосонским ваном при этом не стал», — пошутил подселенец.
  
«Ладно. Я понял. Продолжай ломать чип. Найдёшь что-то важное, маякни. О’кей?»
«Замётано, кэп…»
Нам повезло. Никто по дороге не встретился, никто нас на лестнице не заметил, прятаться ни от кого не пришлось.
Наружу мы вышли через пятнадцать минут. Шахта закончилась шлюзом. Спустились, по ощущениям, метров примерно на двести.
— Минус первый технический уровень, — пояснила напарница, вглядываясь в мешанину из кабелей, труб, коробов, лотков и кронштейнов. — Выше нас транспортный, ниже минус второй социальный.
То, что на этом уровне постоянно никто не живёт, я знал. Но знал так же и о том, что сюда регулярно наведываются ремонтники, шляются обслуживающие роботы и время от времени скрываются асоциальные личности навроде нас с Молли.
— Уходить ниже, пожалуй, не будем, — сказала она. — День-два здесь по-тихому просидим, и достаточно.
— Достаточно для чего? — поинтересовался я, тоже осматриваясь.
— Чтобы основные облавы закончились.
— А тут их разве не будет?
— А кого тут ловить-то? По камерам проследят, и нормально. Камеры, я надеюсь, ты уже хакнул?
— В общем и целом, да — не стал я разочаровывать спутницу.
— Ну, так, а я о чём. Пошли, покажу, где укроемся…
До места, где можно укрыться на день-другой, мы шли километра три. Шли осторожно. В лабиринте из пластобетона можно было легко заблудиться. У каждого перекрёстка, у каждой развилки, у каждого поворота дороги Молли на пару секунд притормаживала и лишь по ей известным приметам выбирала, куда идти.
— Здесь! — остановилась она перед, наверное, сотым по счёту сплетением проводов.
Пошарив среди разноцветных пучков, Молли что-то там дёрнула, повернула и…
— Заползай, — донеслось до меня из-под нависающих сверху пластиковых «гирлянд», под которые поднырнула напарница.
— Помогай, — ответил я ей, опуская на пол пребывающую в трансе заложницу.
Вместе мы кое-как протащили её через открывшийся за проводами лаз в бетонной стене.
— Что за местечко? — спросил я, пробравшись туда же вслед за «бесчувственным телом».
— Мой бывший коллега называл это место «Лисья нора», — сообщила напарница.
Честно сказать, помещение, в котором мы очутились, на нору совершенно не походило.
Стандартная комната, как в каком-нибудь хостеле, только с удобствами «в номере», а не «в конце коридора». Вода, электричество, вентиляция, вывод отходов… Можно даже, как «подсказал» мне Гарти, к инфрасети подключиться. Есть стол, шкаф, три стула, потёртое кресло, комод, две двухъярусные кровати. Тут не то, что переночевать, тут жить можно, и не днями-неделями, а месяцами. Главное, чтобы жратву было где доставать, а остальное приложится.
— Деликатесов не обещаю, — сказала Молли, открывая комод и вытаскивая из него две упаковки армейского сухпайка. — От предыдущего хозяина сохранилось. Срок годности — тридцать лет.
— А где он сейчас, предыдущий?
— Да кто ж его знает? — пожала плечами спутница. — Может, в бега ушёл. Может, убили. А может, на каторге лямку тянет. У нас про такие вещи не спрашивают. Исчез человек, значит, так надо.
— Кому надо?
— Да какая, фиг, разница! Вот нам, например, пригодилось. Хорошая укрывашка. Два раза ей пользовалась. Мне как раз предыдущий хозяин её показал, а после исчез и больше я о нём не слыхала. Есть будешь?
— Буду, — кивнул я, садясь за стол…
Сухпай оказался не особенно вкусным, но сытным. После давешних «скачек» в отеле он пошёл на ура. А большего мне сейчас и не требовалось.
— Что будем с ней делать? Связать, разбудить или ещё подождём? — указала напарница на уложенную на одну из кроватей заложницу.
— Ну, вообще, изначально это был твой план…
— Но ты его скорректировал, поэтому я тебя внимательно слушаю, — парировала бывшая узница.
Я мысленно крякнул, но, что возразить, не нашёл. Да, собственно, и не собирался, потому что наши начальные замыслы, благодаря Гарти, получили теперь логическое развитие.
— Знаешь, кто эта девушка?
— Ты вскрыл её чип?
— Да. Лови расшифровку…
— Таира… Таира Мартинес, — пробормотала Молли и посмотрела на меня ошарашенным взглядом. — Но это же… это же дочка Альваро Мартинеса, хозяина корпорации «Тахо», его единственная наследница. Во, влипли!
— С чего это влипли? — не понял я, чему она так ужасается (сама же ведь предлагала выкрасть кого-то из шишек). — Ну, дочь. Ну, единственная наследница. И чего?
— Как это чего⁈ Как это чего⁈ — замахала руками Молли. — Мартинес — это тебе не Родман, не Цоссен, не Кано и даже не лорды Совета. Да если мы только попробуем выставить «Тахо» хоть какие-то требования, считай, что мы оба покойники! С Мартинесом даже Синдикат опасается связываться. Его программы есть в любом гаджете, в любой планетарной сети. Он вычислит нас за секунды…
— Мне кажется, ты преувеличиваешь, — я совершенно искренне не понимал её внезапного перепуга, особенно чувствуя у себя «за спиной» такого уникума, как Гарти, да и вообще… — Да и вообще, я не собираюсь выдвигать хоть какие-то требования сеньору Мартинесу.
— Как это не выдвигать⁈ — опешила спутница.
— А вот так это. Мы поступим иначе…
С тем, что мы с ним задумали, Гарти управился минут за пятнадцать. Массив информации, который он закачал в подсознание сеньориты Мартинес через её чип-карту, оказался немалым. Целый мир с огромным количеством персонажей, их «реальными» судьбами, историей жизни, историей планет и миров — всё это пришлось придумывать «на коленке». Идея была моя, её наполнение процентов на девяносто легло «на плечи» искина. В одиночку я с этим бы, ясное дело, не справился.
Молли в нашу задумку не вмешивалась. Она вообще отнеслась к ней скептически, но мешать не мешала. Ведь чего-то другого, столь же безумного, она предложить не могла.
Решающий момент наступил, когда мы усадили заложницу в единственное имеющееся в убежище кресло и Гарти отправил в её чип-карту пробуждающий импульс.
Голова девушки дёрнулась, тело пронзила короткая судорога и через мгновение она распахнула глаза.
Когда я заглянул в них, то невольно поёжился. Нет, не от страха, а от понимания того, что…
От, ёпсель-мопсель, даже не знаю, как это правильно описать, но ощущения были примерно такие же, как от первого взгляда на Молли. Ну, когда та была ещё в маске и бронегелем себя не меняла. И пусть у меня в подмышке ничего сейчас не горело и не морозило, но чувство, что эта девица с дурацкими розовыми волосами нам ещё не раз пригодится, свербело в затылке.
Сама по себе она, кстати, была достаточно симпатичной. Я это понял только сейчас, когда она вышла из транса.
Сеньорита Мартинес посмотрела сначала на Молли, затем на меня.
— Ой! Я вас, кажется, знаю, — заявила она через секунду. — Вы революционеры с Бато́ри. Вас показывали в новостях. Ты… — ткнула она в меня пальцем. — Ты — Джокер. А ты… — повернулась она к моей спутнице, — его сестра Харли Квин. Он вытащил тебя из застенков «голдов». Я помогу вам. У меня связи…
  
Мы с Гарти мысленно шлёпнули ладонь о ладонь. Задумка сработала. Дочь Альваро Мартинеса «скушала» всё, что мы ей наплели. Та виртуальность, та увлекательная игра, в которую она погрузилась ещё в отеле, вступила в финальную стадию. Квест «Помоги повстанцам против твоих заклятых врагов» должен быть обязательно пройден…