Скажи мне по секрету
В библиотеке, к моему ужасу, мы наткнулись на кучу студентов из Карсвилля. Впереди были экзамены, и работы нужно было сдать через неделю.
Читать про женскую сексуальность, сидя рядом с Тейлором, было задачей не из лёгких — особенно когда каждое новое открытие сопровождалось от него колкой шуткой или двусмысленным комментарием. И всё же работа оказалась очень интересной. Вы знали, что до сих пор многие мужчины считают, будто клитор — это выдумка? Или что процент оргазмов у лесбиянок выше, чем у гетеросексуальных женщин? Или что 68% женщин хотя бы раз в жизни имитировали оргазм перед партнёром?
С каждой новой статьёй я всё больше удивлялась и возмущалась тем, насколько велика была безграмотность в вопросах сексуальности — особенно женской. Существовало столько мифов, столько откровенного сексизма, что мне хотелось кричать об этих данных на каждом углу.
— Так клитор тоже внутри? — спросил Тейлор, разглядывая схему влагалища, на которой объяснялось, что клитор — это орган длиной в девять сантиметров с более чем восьмью тысячами нервных окончаний.
— Похоже на то... — пробормотала я, рассматривая рисунок. — Вот тут написано: «Только в 1998 году женщина-уролог из Австралии впервые полностью описала анатомию клитора. Единственного органа, предназначенного исключительно для удовольствия».
— И для размножения, да? — спросил Тейлор, читая дальше.
— Нет, — сказала я, опережая его. — В этом-то и дело… Нас, женщин, веками учили, что влагалище существует только ради размножения. И никого не интересовало, что орган, доставляющий нам удовольствие — это вовсе не оно! Ведь мы же были нужны только для рождения детей, правда?
— Эй, не злись, — сказал он, удивлённый моим внезапным напором.
— Тебе не кажется это возмутительным? До 1998 года никому не было дела до женского удовольствия!
— Это просто год открытия. Я уверен, что...
Дело не в этом! Нас лишили права на удовольствие! Знаешь почему? Потому что пока это не открыли, мы думали, что оргазм возможен только при проникновении. Что делало нас зависимыми от мужчины даже в этом!
— Сейчас вы, девчонки, себя больше трогаете, чем мы.
— И правильно делаем, — сказала я, не отрывая взгляда от экрана. — Смотри! Только в 2017 году клитор был включён в школьные учебники как отдельный орган. 2017-й!
— Возмутительно, — сказал он, и я повернулась, чтобы испепелить его взглядом.
— Не смейся. Это серьёзно.
— И очень интересно. Люди офигеют, когда мы это расскажем на занятии.
— Я уже жду этого момента...
Я до сих пор помнила, как прошёл мой секс с Дани. Какой же он был придурок. Он даже не попытался узнать, чего я хочу, дотронуться до меня как следует или спросить, достигла ли я оргазма. Ничего. Он просто кончил — и до свидания.
— Обещаю уделить твоему клитору столько времени, сколько потребуется, когда ты позволишь мне приблизиться, — прошептал Тейлор мне на ухо, заставив мои щёки вспыхнуть, как бы я ни пыталась это скрыть.
— Когда-нибудь, — ответила я, улыбаясь уже немного спокойнее.
— И на том спасибо, — сказал он, закрывая ноутбук, потянулся и зевнул. — Я выжат.
Я тоже. Учиться после вечеринки — это худшее, что можно придумать. Я стала складывать вещи в рюкзак и, подняв глаза, увидела, как в библиотеку вошла Кейт вместе с Амандой и Лизой. Все трое посмотрели на меня с отвращением и прошли мимо, усевшись у камина.
— Они меня ненавидят, — сказала я, сожалея, что всё дошло до такого.
— Забей на них, детка.
— Меня больше волнует тот, кто всё это начал, — сказала я, переводя взгляд на Дани, который уже несколько минут дурачился за соседним столом.
— Знаешь, с кем я его вчера видел, когда они целовались?
Я посмотрела на Тейлора с опаской.
— С Элли?
— Она самая, — подтвердил он, убирая ноутбук. — Тебя это задевает?
— Меня бесит не только то, что она скрыла это, а то, что я не понимаю, как она вообще может чувствовать к нему что-то, зная, через что я прошла.
— Может, с ней он не мудак.
Я уставилась на него, забыв даже собрать книги.
— Ты хочешь сказать, что он был мудаком из-за меня?
Тейлор распахнул глаза.
— Я разве это сказал? Чёрт, Ками, ты сегодня гиперчувствительная.
Я вздохнула, закрыла глаза на секунду и снова посмотрела на него.
— Прости… Ты прав. Пойдем, поедим что-нибудь?
Тейлор положил рюкзак на стол и, потянув меня за руку, поцеловал.
— Всё наладится, Ками. Обещаю.
Как он собирался всё наладить? Вернуть моего отца домой? Помирить родителей?
Вернуть мне друзей? Найти и остановить того, кто пытался испортить мне жизнь в школе?
Я знала, что у Тейлора добрые намерения. Но никто не мог решить все мои проблемы.
После того как мы провели утро в библиотеке, мы пошли пообедать вместе. Я работала во вторую смену в кафе, поэтому, после того как мы съели гамбургер в одном из лучших ресторанов домашней кухни в городке, Тейлор отвезла меня в "Mill's".
Я провела весь вечер на работе, пытаясь игнорировать свои проблемы, но, конечно, проблемы можно игнорировать только до тех пор, пока они сами не приходят за тобой прямо на рабочее место.
Я почти закончила подсчет кассы, когда Дани появился в дверях со своими друзьями.
— Мы закрываемся, — сказала я автоматически, как только увидела его. Он всегда должен был ходить в этой куртке с эмблемой баскетбольной команды? У него что, не было больше никакой другой одежды?
— На двери написано, что вы закрываетесь в девять, — сказал он, глядя на своих друзей и смеясь.
— Сейчас без пяти девять, — сказала я.
— Вот именно, — ответил он, похлопав по спине Гарри. Виктор рассмеялся, и все трое направились к столику недалеко от стойки.
Миссис Миллс вышла посмотреть, кто пришёл, и потом взглянула на свои часы.
— Ребята, мы закрываем через пять минут... — начала она с извиняющейся улыбкой.
— Значит, ещё открыто, да? — ответил Дани с раздражением, в очень грубом тоне.
Миссис Миллс оперлась на трость. Она уже неделю страдала от болей в спине. Я почти всем занималась сама, а мистер Миллс лежал в постели... Этот идиот Дани разве не понимал, каким мудаком надо быть, чтобы приходить в заведение за пять минут до закрытия?
Миссис Миллс натянуто улыбнулась.
— Могу вам что-то быстрое приготовить...
— Что будем, парни? — спросил Дани, глядя на меню. — Я хочу полный завтрак, с дополнительным беконом и яичницей.
— Мне то же самое.
— И мне.
Я возненавидела их всеми фибрами души.
Миссис Миллс взяла заказ и подошла ко мне.
— Не волнуйтесь, миссис Миллс, я всё сама приготовлю. Вы идите домой, а я всё закрою.
Облегчение на лице пожилой женщины заставило меня ещё сильнее ненавидеть этого ублюдка.
— Ты уверена, дорогая?
Я кивнула, натянув улыбку.
— Совершенно. Не беспокойтесь.
— Хорошо, хорошо... Не забудь закрыть заднюю дверь.
— Не волнуйтесь.
Миссис Миллс ушла, а я пошла на кухню готовить еду для этих идиотов.
Я вздрогнула, когда в какой-то момент подняла глаза и увидела, что Дани подошёл к кухне и вошёл без разрешения.
— Ты не можешь здесь быть. Это только для персонала.
— Просто хотел убедиться, что ты хорошо справляешься со своей работой.
Я перестала взбивать яйца.
— Думаешь, я не умею готовить завтрак?
Дани обошёл остров, на котором мы обычно готовили пироги и кексы, и, скрестив руки, прислонился к нему, глядя на меня с той улыбкой, которую я теперь не выносила.
— Всё ещё не могу поверить, что ты работаешь... Что случилось с Камилой Хэмилтон, которой все восхищались? Ты хоть понимаешь, как жалко ты сейчас выглядишь?
Я проигнорировала боль, вызванную его оскорблением.
— А ты знаешь, как жалко выглядишь просто по факту своего существования? Убирайся, — сказала я, указывая на дверь.
— Всё ещё не могу поверить, что ваша семья разорилась... династия Хэмилтонов готова исчезнуть.