Танкист номер один
* * *
А на другой день началась служба. Особых различий между армиями России и Новороссии Репнин не наблюдал. Да, на вооружении ополченцев стояли старые танки, советское наследие, оставленное Украине, хватало и других отличительных черт, но основа оставалась той же. Армейщина.
К декабрю все устоялось и внутри «Т-72», командовать которым поставили Гешу. «Сержант Рудак» стал «Михалычем», а «старшина Сегаль» – «Ромкой». Или «Сигалом». Или «Ромуальдом». В зависимости от настроения.
Репнин в бытность свою капитаном Российской Армии командовал танковой ротой, но обид за то, что его «понизили в должности», не держал. Во-первых, командующий 1-м Армейским корпусом лучше знает, кто и где ему нужен. Во-вторых, прошлые заслуги на войне не котируются. Бой все расставит по своим местам, покажет, кто чего достоин.
Да и не рвался Геша особо в командиры. Напротив, ему нравилось его место в боевом отделении танка, справа от пушки. 2
Еще бы пострелять из нее, поглядеть, как хохляцкую бронетехнику рвут выпущенные снаряды. Он-то приехал на Донбасс фашистов бить, а не танк обихаживать.
После нового 2015 года его цель приблизилась вплотную – ВСУ перешли в наступление.
Сводка Политотдела МО ДНР:
«По словам Э.Басурина, подразделения ополчения уже утром в среду, 28 января, смогли закрепиться на северо-восточной окраине Дебальцево и весь день вели боевые действия по вытеснению украинских военных из города. Замглавы штаба армии ДНР также сообщил, что ополченцы полностью контролируют автодорогу Артемовск – Дебальцево.
«Там порядка 10 тысяч военнослужащих Украины, но котел еще не захлопнулся. Мы заметили вывод подразделений. Хотелось бы побыстрее захлопнуть котел, чтобы избежать жертв», – заявил журналистам начальник политуправления Минобороны ДНР Эдуард Басурин. Он также пояснил, что пока трудно прогнозировать сроки закрытия котла, но ополченцы пытаются форсировать этот процесс. «С Дебальцево уже обстрелов меньше, но с Артемовска еще идут», – сказал он.
Басурин также привел данные штаба ДНР о потерях украинской стороны за сутки: шесть танков, две бронемашины пехоты (БМП), пять автомобилей, 12 орудий и минометов, а также 89 человек личного состава. По его словам, в общем и целом с момента возобновления активных боевых действий в Донбассе (за последние 12 дней) «противник потерял 106 танков, 81 БМП, 47 орудий и минометов, 36 автомобилей и 1194 человека убитыми».
Армия Новороссии продолжает наступлением на Дебальцево. Сегодня передовые отряды ополчения ворвались в город, и ведут уличные бои с оккупантами.
Напомним, ранее стало известно, что бригада А. Мозгового «Призрак» закрепилась на северо-восточной границе Дебальцево»
Глава 4. ДЕБАЛЬЦЕВСКАЯ ДУГА
ЛНР, Чернухино, 28 января 2015 года
Клокоча мотором, танк пересекал поле, черно-белое из-за снега и проталин. Лесополоса слева не вызывала особых подозрений – голые деревья сквозили, не задерживая взгляд. Укрыть технику они точно не могли, разве что снайпера.
Левее и правее взрыкивала еще пара танков батальона «Сомали», пехота поспешала следом, прячась за броней.
Держась за крышку люка, Репнин еще раз огляделся, и вернулся в башню, откуда несло теплом. Над головой лязгнула сталь, отсекая легкий морозец.
– Михалыч! Держи на эту… что там… водокачку, короче!
– Вижу, командир!
– За ней дорога, – вступил наводчик. – О-па! Друзья показались!
– Конкретней!
– Две бээмпэшки и танк! Шестьдесят четвертый!
– Точно не наши?
– Да у них флаги на антеннах задраны!
– Ну, мало ли… – отозвался механик-водитель. – Может, это они трусы на просушку вывесили…
– Ссут, с-суки!
Автомат заряжания затолкал в камеру бронебойный снаряд, затем гильзу-картуз.
– По танку? – азартно уточнил Сегаль.
– По нему, Ромуальд! В задницу ему, в задницу!
Роман навел перекрестие прицела, плавно вращая маховички, и пушка, стабилизированная в двух плоскостях, «запомнила» цель.
– Огонь!
Танк сильно вздрогнул, грохот и дым заполнил башню.
– Есть!
Снаряд угодил «Т-64» в корму, и тот встал колом. Вспыхнул, загорелся движок, чадя копотным дымом. Из люков полезли укропы, попадая под перекрестный огонь пехотинцев.
Пара БМП тормознула, бронемашины развернулись, задолбили пулеметы.
– Ромка! Бери ту, что правее! Левую уделает пехота!
– Есть!
Наводчик нажал кнопку, и автомат заряжания загудел, залязгал. Репнин улыбнулся, вспоминая, как гордился своим танком, узнав, что снаряды в пушку хваленого «Абрамса» пихает танкист-заряжающий. Отстой!
Правда, инфракрасные прицелы у штатовцев хороши – ночью они приметят наш танк за три тысячи метров, а мы их только с полукилометра разглядим. Ну, это временно. Отдельные недостатки…
– Огонь!
Танк качнулся на гусеницах, посылая бронебойный, и Геша довольно осклабился. Молодец, наводчик!
Снаряд вошел БМП-1 в борт, огнем вскрывая люки. Готов!
Фигурки ополченцев, спешившие вдоль лесополосы, попадали в снег, уберегаясь от пулеметных очередей, и лишь один безбашенный картинно встал на колено, направляя трубу гранатомета. Выстрел! Попал!
БМП газанул, распуская перебитую гусеницу, развернулся и перекособочился. Вторая граната, выпущенная чуть ли не в упор, пробила борт.
– Молодец! – крикнул Сегаль. – Так их!
– Сто второй, я Первый! – послышалось в наушниках. –
– Сто второй на связи, – отозвался Репнин.
– Подсобить надо. Силосную башню видите?
– А, так это силосная? Такая, с полукруглым верхом?
– Она. Там, рядом, засели пулеметчики, не дают нам выйти к дороге. Шуганите их!
– Вас понял, Первый. Шуганем. Осколочно-фугасным, по башне!
– Есть!
– Огонь!
Гром толкнулся в уши, танк сотрясся, взвыли вентиляторы, отсасывая клубы вонючего дыма. Снаряд пробил тонкую стенку силосной башни и рванул внутри, вышибая листы оцинковки и детали каркаса.
Перебитое сооружение накренилось, и рухнуло, погребая под собой пулеметную точку.
– Командир! Там еще один засел, с другой стороны! Что-то типа ДЗОТа!
– Вижу. Михалыч, давай на пригорок!
– Понял!
Взревев двигателем, «Т-72» одолел пологий подъем, выбираясь наверх насыпи или природного вала, поросшего кустарником да молодыми деревцами. Отсюда ДЗОТ был виден куда лучше – укрепленный парой бетонных блоков-«ФЭСок» и мешками с песком, он держал под обстрелом большую площадь, не пуская ополченцев к дороге. Саму гладь асфальта было не видно, но два ряда тополей, которыми обсадили трассу «Знаменка – Луганск – Изварино», выдавали ее местонахождение.
– Сто первый! Сто третий! Я – Сто второй! У дороги – ДЗОТ. Шваркнем залпом?
– А чего ж не шваркнуть? – бодро отозвался командир 103-го.
– Тогда огонь!
Первым рванул снаряд, выпущенный Репниным, затем дуплетом ударили фугасы «соседей». От ДЗОТа только одинокий блок железобетона остался, все прочее разворотило взрывами, раскидало, разбросало, расхреначило…
– Вперед, Михалыч, к дороге!
– Чует мое сердце, – проворчал мехвод, – сейчас хохлы зашевелятся…
И хохлы «зашевелились» – тут и там стали вспухать разрывы 122-миллиметровых снарядов, вздымая грязный снег и комья мерзлой земли. Один из снарядов поднял на воздух остатки силосной башни, и целый ворох оцинкованных листов, рваных и крученых, разлетелся кругом, как стая вспугнутых инопланетных птиц.
– Арта 3 бьет! – крикнул Сегаль.
– А то мы не видим… – проворчал Рудак, выворачивая на дорогу.
По асфальту танк сразу ускорился. Впереди завиднелись окраины Дебальцево – от Чернухино до этого городишки километров восемь. Над домами тянулись столбы дыма, по косой восходившие к серому небу.