По закону гор (СИ)
Пожалуйста…
Она чувствовала, как под ее ладонями напрягаются его скулы. Как каменеют мышцы.
И вот когда ее собственное внутреннее напряжение достигло максимума, едва ли не скатившись в тихую панику, Касьян кивнул.
Янина сделала то, что делал он ранее. Прижалась к его лбу лбом.
– Спасибо.
– Побудь со мной, – выдавил он из себя.
– Может, что-то посмотрим?
– Давай.
– Хочешь что-нибудь перекусить принесу? Давай я горячих бутеров сделаю.
– Согласовано.
Касьян пытался улыбаться. В нем шла борьба, которую он старательно гасил.
Янина едва ли не бегом сорвалась вниз. Как же дома было спокойно! Да, дома… Она иначе дом Терлоевых и не воспринимала. Может, когда-то ей и придется съехать. Через месяц или через год. Она не знала. Но она никогда не забудет то добро, что они для нее сделали.
***
В какой-то момент Янина уснула. Прямо у него на плече.
Они разложили диван, подвинули к нему столик, на который и поставили закуски. Янина прихватила домашний лимонад, за что ей отдельное спасибо.
Потому что, сука, горло драло…
Касьян сдерживался. Как-то дышал.
Хорошо, что Янина согласилась на просмотр фильма. Не надо было больше разговаривать. И можно было подумать о том, что он услышал. А услышал он дохера! Внутри все звенело от напряжения, от тихой ярости, которую он пока не мог выплеснуть.
Ярость, в том числе, была и направлена на него самого. Он никогда себе не простит тех мыслей, что бились в его дурной башке все это время.
Начиная даже не с того дня, когда он увидел Янину в аэропорту, а намного раньше, когда она связалась с матушкой и сообщила о смерти своей матери, ее подруги. Что он тогда подумал? Что провинциалочка решила присесть на уши женщины, которая откликнулась на ее беду?
Терлоевы намеренно не светились в соцсетях, но сеть своих клиник, естественно, развивали. А зная и умея плевое дело выяснить, ху из ху в нашем мире.
Он же реально думал, что Янина решила воспользоваться покровительством Софьи Терлоевой.
А девочка просто была в отчаянии… Ей протянули руку помощи, и она ее приняла.
И эта рука, считай, была едва ли не единственной за три года.
Три года!..
В башке начинало гудеть. Один кадр за другим… И везде Янина! Грустная, печальная, со слезами на глазах. Одна. Противостоящая целому городу. Целому городу!
Последний факт просто уложил его на лопатки.
Он как-то гуглил, откуда она родом. Небольшой пригород в десяти минутах от довольно крупного города. Не миллионника, конечно. Кажется, тысяч четыреста. Получалось, что большинство детей после окончания школы училось в нем. И связи-знакомства довольно крепкие были.
Со всеми вытекающими…
Суки…
Его распирало. Он дал слово. И он его, конечно, сдержит.
Касьян чуть пошевелился, устраиваясь удобнее.
Его первостепенная задача состояла в другом. Она здесь и сейчас. В настоящем и будущем.
Родители воспитали его хорошо. Много времени проводили с ним и Адамом за беседами, разъясняли про жизнь. Про то самое пресловутое «что такое хорошо». Про честь, про достоинство. Про то, как следует себя вести, а когда, может, стоит прийти за советом к более старшим.
Последнее ему точно нужно. Просто выговориться… Отцу. Касьян знал, что отец скажет то же, что и Янина. Но нужно… Иначе эмоции его просто раздерут. Или же реально сорвется.
И натворит дел…
А нельзя. Потому что у него теперь есть она.
– Я люблю тебя, – прошептал он, прижимаясь губами к ее затылку и втягивая знакомый запах ягодного шампуня.
– Я тоже тебя люблю, – спросонья буркнула Янина, устраиваясь удобнее.
Она даже глаз не открыла!
А его тряхануло.
Любит?.. Серьезно? Вот так?..
Он откинул голову назад, силясь не засмеяться в голосину.
Первое признание Янины. И во сне…
Ну что, он его зачтет. Ему не до щепетильности сейчас.
А она пусть поспит еще немного.
глава 31
ГЛАВА 31
Терлоевы снова собирались в театр.
Янина с Касьяном оставались дома. На этот раз все было иначе, у Янины у самой подгорало от нетерпения, настолько сильно она хотела остаться наедине с Касьяном.
Даже не верилось, что за какую-то неделю атмосфера в доме кардинально изменилась. Нет, не в доме, это неправильное выражение. В доме как раз по-прежнему все было хорошо.
Изменилось между ней и Касьяном. Точно какая-то невидимая стена разрушилась, или ей так казалось, что между ними была стена.
Не важно.
Заранее были приготовлены овощное рагу и котлеты, чтобы было что поесть на ужин. Тетя Соня категорически не допускала в доме фастфуда.
Янина вместе с ноутбуком перебралась вниз и удобно расположилась на диване в гостиной. Касьян сидел за столом неподалеку от нее и поглядывал на лестницу. Он тоже ждал, когда родители уйдут.
Между собой они не переглядывались.
В воздухе звенело приятное напряжение. Янина даже не могла бы точно сказать, к чему она готовилась. Само присутствие Касьяна рядом по-прежнему сильно волновало ее. И то, что они наконец-то останутся вдвоем и именно в доме, придавало изюминку вечеру.
Была и еще одна особенность. Касьян на нее не смотрел. Такого же просто быть не могло! Это нереально...
Янина настолько привыкла, что Касьян постоянно на нее смотрит, а тут... Это тоже что-то да значило. Внизу живота росло напряжение. Оно было теплым и тревожным, как предчувствие грозы.
Она смотрела на экран ноутбука, на распахнутый учебник по клинической психологии, но буквы плыли перед глазами, складываясь в бессмысленные узоры. Все ее внимание было приковано к тому углу комнаты, где сидел он.
Она ловила ухом каждый его вздох, каждый шорох его одежды, когда он менял позу. А он менял! Касьяну что-то мешало спокойно сидеть.
В очередной раз поймав его перемену, Янина чуть не хихикнула вслух.
И вот наверху послышались шаги. Оживленные голоса. Янина инстинктивно выпрямилась, сделала вид, что глубоко погружена в работу.
Касьян тоже выпрямился.
В гостиную спустились Терлоевы. Тетя Соня в длинном элегантном платье цвета темной сливы, с легкой накидкой на плечах. Дядя Валид в строгих брюках и бежевом свитере. Янина в который раз мысленно восхитилась ими. Терлоевы были прекрасной, гармоничной парой.
А еще они до сих пор любили друг друга.
Постоянно обменивались взглядами и, когда думали, что на них никто не смотрит, дотрагивались. Мимолетно или более откровенно.
– Касьян…
Тетя Соня вздернула кверху бровь.
Кася, делая вид, что ничего не понимает, вскинул руки кверху.
– Я сама учтивость и спокойствие, – отшутился он.
Валид Адамович покачал головой.
– Мы поехали. Вернемся поздно.
– В ресторан потом заедем. Вы тоже поужинайте.
Янина и Касьян кивнули едва ли не синхронно.
Тетя Соня опустила голову вниз, пряча понимающую улыбку.
– Тетя Соня, вы очень красивая, – вернула Янина когда-то сделанный ей комплимент.
– Спасибо, дорогая.
Терлоевы-старшие ушли.
Ни Янина, ни Касьян не шевелились. Они оба прислушивались к звукам за стенами. Отъехала ли машина…
Отъехала.
Они остались в доме вдвоем.
По коже рассыпались мурашки. Но не холодные… Нет. Янину, наоборот, в жар кинуло.
– Помочь тебе?
Вот! Наконец!
– Помоги.
Сердце бухнуло в живот. Ожидание закручивалось спиралью в геометрической прогрессии.
Касьян медленно поднялся и направился к ней. Шаг. Еще один шаг. Янина внимательно за ним следила. Хотела бы и она не так ярко выражать свой интерес, а не выходило.
Он точно магнитом притягивал ее.
Особенно сегодня. Янина попросту не могла ничего с собой поделать.
Какой же он… Высокий, здоровенный. Мощный, она бы сказала. И в то же время от него исходили те самые решимость и спокойствие, которые она раньше принимала за невольное давление.