Единое целое (СИ)
Часть 7. Создать прошлое
После бесед с Оби-Ваном Кеноби Баки Барнс очень чѐтко осознавал свою ценность для помешанных на селекции набуанских аристократов: с одной стороны Падме Наберрие, одна из вершин многовекового труда семьи; с другой — магистр Ордена джедаев, Переговорщик, Убийца Ситхов, генерал и много прочих званий Оби-Ван Кеноби.
Конечно, Наберрие захотят его размножить. Для них это стандартный подход к таким вещам: хорошие гены должны оставаться в семье. Но жениться Баки не планировал. Дети?
Может быть. Жениться для этого не обязательно. Впрочем, до детей ещѐ тоже не скоро дойдѐт, потому что Баки хотел — и требовал — официального признания. Не просто плод тайной страсти или секса по-дружески, а результат законного и одобренного брака. Выход подсказал Оби-Ван, умилѐнно наблюдающий, как Баки наворачивает сладкое под каф с синим молоком, больше похожим на сливки. — Джедайский брак, — сказал Оби-Ван, основательно подумав. — Это не бумаги и не сертификат, это Узы Силы. Кто бы что ни думал, а Ордену больше двадцати пяти тысяч лет, порядки в разные времена были разными, но Узы Силы всегда на первом месте. Да, в последние годы не афишировали, Йода косо смотрел и прочие долгожители и радикалы, но… оно было. И в немалом количестве. Просто не выставляли напоказ. Вон, даже на нашу с Энакином Ученическую связь неразорванную и то не сильно одобрительно косились. — Йода косился? —
понимающе тихо хмыкнул Баки, делая глоток. — Он косился именно на тебя, старый крокодил. Что-то у него к тебе было. То ли боялся, то ли ещѐ что. Это мы потом обсудим.
А теперь подробности, пожалуйста. — Узы Силы, созданные при свидетелях, — начал
Оби-Ван. — Свидетели: Квинлан Вос, мастер-джедай, Тень. Гарен Мулн, мастер-джедай, пилот-ас. Сири Тачи, мастер-джедай, Тень. Все они мертвы, оспорить утверждение никто не сможет. Впрочем, даже если кто и жив или каким-то чудом воскреснет, они мои слова подтвердят. — Почему? — полюбопытствовал Баки. — Квинлан Вос, Гарен Мулн, Бент
Эритае, Брук Чан, Аалто — все они были в одном со мной ясельном клане. Клан Когтей.
Эти узы на всю жизнь… — меланхолично улыбнулся Оби-Ван. — Да, Брук и Аалто… не сложилось с ними. Но вот остальные, они меня поддерживали в любых обстоятельствах.
А Сири была прекрасным другом. — Хорошо, со свидетелями определились, — кивнул
Баки, подтягивая к себе пиалу с чем-то непонятным. — Сертификаты, ещѐ что? — Нет, —
оскалился Оби-Ван. — Узы или есть, или их нет, и это может подтвердить, ощутив, только обученный джедай или ситх. — Прекрасно. Кольца? В вашей культуре есть такое?
— У джедаев нет, — качнул головой Оби-Ван. — А вот у Набу есть. И они должны быть дорогими, эксклюзивными и потрясающими. И выражать суть брачующихся. — Закажу,
— кивнул Баки. — Буду носить на шее на цепочке. Продемонстрирую при случае.
Наберрие аж прослезятся. Дальше. Нам нужна версия вашего с Падме знакомства, влюблѐнности и всего этого вот. И ещѐ… Люк ляпнул Лее, что она его сестра. Лея знает, что она дочь Вейдера, так? О том, кто еѐ мать, она знает? Оби-Ван задумался. — Люк знал о том, что Вейдер — его отец, только с его слов. Я говорил ему, что его отец — Энакин
Скайуокер, которого сгубил император и убил Дарт Вейдер. — Что, безусловно, правда, но не вся. Баки налил себе ещѐ каф. — Тогда так. Ты назвал его Скайуокером и пристроил его к Ларсу и Беру как родственникам Вейдера для безопасности ребѐнка и потому, что ты мог быть тысячу раз отец, но сошедший с ума джедай, одолеваемый видениями, совершенно не в состоянии заботиться о младенце. Сел помедитировать, провалился в видения, очнулся через двое суток, а младенчик-то и помер уже. — Именно, —
торжественно кивнул Оби-Ван. — Ларсам я сказал, что это Люк Скайуокер. Всѐ. Я не говорил, кто его родители. Подтвердить слова анализом? Они фермеры были, не до того, тем более что Беру не могла иметь детей, и плевать ей было, кто там у неѐ на руках пищит. Оуэн… Своеобразный человек был. Пытался мне угрожать, представляешь? — И
что ты сделал? — полюбопытствовал Баки. — Посмотрел на него, — пожал плечами Оби-Ван, и Баки рассмеялся, представив эту картину. — Я держался осторонь. Я… Я боялся, что вольно или невольно окажу на тебя влияние. Сошедший с ума джедай — не лучший пример для подражания. — Кстати, это тоже можно упомянуть, — предложил Баки. —
Сумасшествие. Узы лопнули, и ты двинулся, не вынеся потери. — Одобряю, — кивнул, подумав, призрак. — Хорошо ложащееся в исходники предложение. Кольца… Так. Есть у меня ювелир на примете. Берѐт дорого, но изделия уникальны. И… Мы чуть изменим его воспоминания. Он сделает запись, поставив нужную нам дату. — Знакомство и дата брака,
— напомнил Баки. — Тут и выдумывать ничего не надо, — пожал плечами Оби-Ван. —
Просто чуть подробности добавить. Познакомились мы на Набу, во время вторжения
Торговой Федерации. Я чѐтко знаю, что девочкам понравился: не раз слышал их обсуждения и хихиканье. Убийство Мола добавило восторгов: набуанцы запись поединка сохранили. Потом наши пути разошлись, но расстались мы добрыми друзьями. Дальше…
Через десять лет мы вновь встретились. Падме к этому моменту стала сенатором.
Покушение, мы еѐ охраняли с Энакином на пару. Арена Петранаки на Джеонозисе: общая опасность сближает. Допустим, это стало толчком к развитию отношений. Ну и за год до окончания войны мы связали себя Узами Силы. Сообщить семье Падме не решилась: опасно. Палпатин постоянно рядом крутился, а уж шпионов и вовсе тьма. Служанки…
Они ничего не сообщат. — Почему? — поинтересовался Баки, предчувствуя какое-то дерьмо. — Мертвы, — лаконично пояснил Оби-Ван. — Панака постарался. Это я знаю чѐтко. Он метил в моффы и выслуживался перед Палпатином. Про брак он сообщил. —
Он жив? — нехорошо сощурился Баки. — Нет, — скривил губы Оби-Ван. — Умер. Три года назад примерно. — Хорошо… Значит, нам нужны кольца, а также требуется уничтожить записи. И начнѐм мы с дроидов. Не откладывая дела в долгий ящик, Баки подозвал сначала астродроида, которому давно требовалась чистка и покраска, и приказал изобразить каталог хранящихся в нѐм записей. Память у малыша была обширнейшая.
Решив перестраховаться, Баки тщательно пересмотрел то, что относилось к свадьбе
Энакина и Падме, а также к их личным встречам. Набралось приличное количество. Он лицо ладонью чуть не разбил, просматривая записи встреч: эти два идиота ну совсем не палились! Если Падме ещѐ хоть как-то старалась, то Энакину всѐ похрен было. Ещѐ, просматривая записи, Баки отметил пару очень интересных моментов. Нехороших моментов. То, что Скайуокер Силой запретил понтифику распространяться о венчании, он понимал. Но вот общение с Падме… Скайуокер давил. Это Баки видел. Просмотревший запись Оби-Ван помрачнел. — Что-то такое я предполагал, — поджал губы призрак. —
Энакин был очень силѐн. А контролировать себя зачастую не спешил. Он еѐ продавил.
Силой. Знаешь, я всѐ никак не мог понять, почему Падме, набуанка до мозга костей, вдруг влипла в этот брак. Ну не сходилось у меня! Еѐ воспитание, карьеризм и прочее — и вдруг тайный брак, как у соплюшки из захолустья. Это вот многое поясняет. Энакин при их первой встрече заявил Падме, что женится на ней.
— Сколько ему было? — изумился Баки. — Девять, — хмыкнул Оби-Ван. — Ему девять, ей четырнадцать. Антураж: Татуин, лавка старьѐвщика, Энакин — раб, а Падме изображает из себя служанку. Свободнорождѐнную служанку, это очень важно! — И тут такая заявочка… — оторопело пробормотал Баки. — Видение? — Нет, — отрезал Оби-Ван. — У Энакина они отсутствовали полностью. Он был настолько погружѐн в Живую
Силу, что видения отсутствовали. Совсем. Предчувствия имелись, видения — нет. —
Очень странно, — высказался Баки. — Но уже не важно. То есть копаться в этой истории мы можем до посинения, но для решения актуальных задач она неважна. Слушай, я всѐ
собираюсь тебе сказать: держи в голове, что мы с тобой ровесники. Мне девяносто восемь так-то. — Правда? — удивился Оби-Ван. — И что? В моѐм отношении к тебе, Баки, ничего не изменится! Баки молча прикрыл глаза. Непрошибаемый. Ну точно как Стив!