Сердцу не прикажешь
— И в среду ты уже вернешься? — спросила она, причем в голосе ее не чувствовалось прежней тревоги.
— Ммммм… — ответил Лукас, как раз в эту секунду отхлебнувший из своей чашки кофе. — Пожалуй что, — и он зажал чашку в ладонях. — Ты не будешь против, если из аэропорта я приеду прямо к тебе? Я намерен кое-что прихватить с собой из вещей, — поспешил объяснить он, прежде чем Фриско успела рот открыть.
— Конечно, приезжай. Я хоть сейчас могу отдать тебе вторые ключи от квартиры. А что именно ты хочешь привезти?
— Ты не волнуйся. Никакой старой рухляди, Фриско Бэй.
Она в ответ улыбнулась, и улыбка получилась легкой и естественной. Впервые с момента возвращения из отпуска он назвал ее, как прежде, Фриско Бэй.
В отсутствие Лукаса дни, которые совсем недавно мелькали один за другим, вдруг сделались тягучими, длинными. Фриско была очень занята в офисе фирмы и одновременно томилась ожиданием, ну а ждать и догонять — это те еще удовольствия.
Ей очень недоставало Лукаса. Чистое и простое чувство тоски охватило ее. Во вторник она на себе испытала правоту старой пословицы, согласно которой любовь способна творить с людьми чудеса.
Столько времени прожив одна, Фриско внезапно поняла, что ненавидит это свое одиночество.
Когда же наступила среда, Фриско охватило нетерпение, она по многу раз взглядывала на часы, и ей все казалось, что стрелки почти не движутся.
Когда она приехала домой, там уже поджидал ее Лукас. В кухне стоял восхитительный аромат, от которого у Фриско тотчас же потекли слюнки: Лукас успел уже и еду приготовить.
— Этак я могу вовсе избаловаться. Всегда готова приходить домой пораньше, если меня будет ждать ужин, — призналась она, усаживаясь за прекрасно сервированный стол.
— Я приготовил самое простое, — в свое оправдание сказал Лукас и поставил на стол еще булькавшую кастрюлю с лазаньей.
— Пахнет изумительно, — она с удовольствием вдохнула аромат расплавленного сыра и томатной пасты. — Вот уж никогда бы не подумала, что ты мастер готовить.
— Правда, мой кулинарный репертуар весьма ограничен, — сказал Лукас и подал ей чашку с приготовленным салатом. — Попробуй хлеб. Это из франко-итальянской пекарни, из самого Ридинга, — и он кивнул в сторону поджаристых рассыпчатых батонов.
— Ты их подогрел?
Он многозначительно взглянул на нее.
Она рассмеялась.
Ужин получился отменный!
Они еще сидели за столом, попивая ароматное красное вино, как вдруг зазвонил телефон.
— Мама звонит, наверное, — сказала Фриско, возвела глаза под потолок, затем вздохнула. — Держу пари, она наверняка придумала еще что-нибудь новенькое и спешит поделиться.
— Все может быть, — сказал Лукас.
Однако на сей раз Фриско ошиблась, потому что звонила вовсе не мать. Звонила Джо, и голос ее был близок к самой настоящей истерике.
— Извини меня, но только я не буду у тебя на свадьбе, — с ходу выпалила она.
— Что?! — Фриско ушам своим не могла поверить.
Она беспомощно посмотрела на Лукаса, который встал из-за стола и подошел к ней.
— Неприятности? — участливо спросил он.
Фриско как-то неуверенно передернула плечами и нахмурилась, пытаясь врубиться в то, что бормотала Джо.
— Я говорю, что не смогу быть на твоей свадьбе, — повторила Джо, при этом голос ее сделался еще истеричнее. — Я просто не в состоянии.
— Да, но… Джо, я не понимаю. Почему же так вдруг?! Почему ты не можешь быть на моей свадьбе, — повторила она вслух, чтобы Лукасу была понятна суть разговора. — Ты заболела? Что случилось?!
— Все что могло, то и случилось, — ответила Джо, и в голосе ее зазвенели слезы. — Я нездорова. Но и это еще не все. Я вне себя, понимаешь? Вне себя!
Фриско умоляюще взглянула на Лукаса и показала взглядом на параллельную трубку. Это все так непохоже на Джо.
Постаравшись собраться, Фриско произнесла сравнительно ровным голосом:
— Много слов и мало смысла. Ты не смогла бы ответить более определенно, что у тебя стряслось? Чем ты вдруг заболела и что или кто тебя так взбесил?
— Я больна в том смысле, что я беременна! — выдохнула в трубку Джо. — А взбешена оттого, что это сделал братец твоего жениха. Этот кобель буквально оседлал меня. Ну я и подзалетела, понятное дело.
У Фриско голова пошла кругом. Братец? Какой братец?! Фриско собиралась было узнать хоть имя — который из них, но Джо опередила подругу.
— На свадьбу я не могу прийти, потому что мне совершенно невыносимо видеть лицо Майкла!
— Так это Майкл?!
В голосе Фриско слышалось крайнее недоумение. Лукас же, в свою очередь, энергично замотал головой, давая понять, что все это — бред собачий, что такого быть не может.
— Именно Майкл! — повторила Джо, и в ее устах имя прозвучало подобно проклятию. — Его убить мало! Его или меня.
— Джо! — заволновалась Фриско. — Ты говоришь невозможные вещи! Ты так меня пугаешь. Скажи, ты ведь не собираешься сделать какую-нибудь глупость?
— Словом, добро пожаловать в страну непуганых и использованных идиоток, — сказала Джо. — Черт, ты ведь и сама из категории «бэ-у», «бывших в употреблении». — Она рассмеялась таким смехом, что у Фриско дрожь пробежала по спине. — И тебе отлично известно, как чувствуешь себя, когда тебя использовали, так ведь?
— Джо, никуда не выходи, я прямо сейчас направляюсь к тебе, — сказала Фриско, стараясь, чтобы в ее голосе не чувствовался тот страх, что сжал ее сердце. — Оставайся на месте. И ради Бога, не натвори там чего-нибудь, о чем после пришлось бы пожалеть! Я буду через несколько минут у тебя.
Фриско бросила трубку и повернулась к Лукасу.
— Я должна туда поехать, — она принялась обходить Лукаса, однако он ловко поймал ее за локоть. — Лукас! Мне и вправду нужно!
— Понимаю, понимаю! — голос его звучал спокойно и собранно: этих качеств сейчас так недоставало самой Фриско. — Я сам тебя отвезу туда, но сперва хочу позвонить Майклу.
— И что толку?! — воскликнула Фриско и попыталась высвободить руку. — Майкл сейчас в Ридинге, черт возьми…
— Нет, он не в Ридинге, — Лукас и не думал отпускать ее руку. — Он здесь, живет вместе со мной в отеле.
— Тогда пусти, я сама поеду. — Очередная попытка освободиться так же окончилась ничем. — А ты можешь переговорить с ним и затем приехать на своей машине.
Лукас отрицательно покачал головой, свободной рукой взял трубку и большим пальцем надавил комбинацию кнопок.
Фриско показалось, что прошло очень много времени. На самом же деле оператор отеля буквально в считанные секунды соединил Лукаса с братом, находившимся в номере.
— Слушай, Майкл, у тебя неприятности, и я бы даже сказал — большие неприятности, — с порога начал Лукас. — Фриско только что говорила со своей подругой Джо. И эта самая Джо обвиняет тебя, говорит, что ты изнасиловал ее, в результате чего она подзалетела… Нет, сейчас я ничего не желаю слушать… — и Лукас энергично затряс головой (очевидно, Майкл попытался ему что-то ответить). — Фриско очень беспокоится, как бы эта самая Джо не натворила глупостей. Джо сейчас в таком состоянии… Она даже упомянула возможность самоубийства. Да не перебивай же ты меня! — резко сказал Лукас. — Мы сейчас же едем туда. А ты срочно поднимай свой зад и приезжай к нам, да пошевеливайся!
И, не добавив больше ни слова, Лукас шарахнул трубку.
— Все, мчим туда, — вслух сказал Лукас и потащил Фриско к выходу.
По дороге Лукас так нещадно давил на газ, что Фриско лишь радовалась отсутствию на их пути кого-нибудь из коллег Джо. Как только машина остановилась около ряда одинаковых, старой постройки, из темно-красного кирпича, «браунстонов», некоторое время назад переделанных в жилые дома многоквартирного типа, Фриско пулей выскочила на улицу. Перебирая ступени, она слышала рядом дыхание Лукаса. В этом доме Джо жила с тех самых пор, как поступила на службу в полицию.
Морщась от сильного запаха чеснока, пропитавшего лестницу, Фриско торопливо поднялась на третий этаж и по коридору бросилась к самой дальней двери.