Шериф и его кот (СИ)

— Тогда как к вам обращаться? — в тёмно-карих глазах миссис Стоун мелькнула ирония. — Как к блюстителю закона или как…
— Когда на мне нет звезды… — я прикоснулся к серебряному значку на лацкане сюртука. — Я доктор Вайт. В противном случае — шериф Вайт. Что привело вас в наш город, мисс Стоун?
— Ваша слава как доктора, шериф Вайт, — Скарлетт чинно и скромно потупилась, — опередит любого трёхлетку кентуккийской породы. Я приехала к вам из Хелены, потому что последнее время мне… — дама страдальчески закатила глаза, — мне очень нездоровится…
Я быстро провёл по ней взглядом и не обнаружил никаких признаков недомоганий, но не придал этому значения — мало ли что, женский организм полон загадок, а дамы сейчас приучены с детства не выставлять на показ свои недуги.
— Вы не будете возражать, если я навещу вашу клинику завтра к полдню? — продолжила миссис Стоун.
— Ни в коем случае, не возражаю… — я мысленно ввёл поправки в распорядок завтрашнего дня и откланялся.
А о миссис Стоун почти сразу же забыл — когда тебе предстоит тяжёлый разговор сразу с двумя матерями твоих детей — тут не до флирта с красавицами.
В этот раз Бель и Пруденс встретились со мной без предварительных игр с детишками.
Особо церемониться я не собирался, поэтому сразу приступил к делу.
— Всё плохо. Всё очень плохо. В этот раз всё обошлось, но, боюсь, что братья Уолкеры не остановятся и перейдут к более решительным действиям.
— Но у нас есть ты, — спокойно возразила Бель.
— Я могу не успеть, — отрезал я. — Или одного меня может не хватить, чтобы защитить вас от банды пинкертоновцев.
— Хорошо, что ты предлагаешь, Бенджамин? — Пруденс с болезненным выражением помассировала себе виски.
— Взять хорошую цену и отдать месторождение.
Бель зло хмыкнула:
— Они не дадут хорошую цену, потому что у братцев Уолкер нет таких денег. Весь расчёт на то, что мы отдадим за бесценок.
— Меньше чем за десять миллионов отдавать глупо, — поддакнула Пру. — А откуда они у Уолкеров? Эти мерзавцы в долгах по самые уши. Они не собираются ничего сами разрабатывать — они собираются продать участки другому человеку.
— Кому?
— Джорджу Херсту.
Я про себя выругался. Да уж, час от часу не легче… Реальный исторический персонаж, миллионер, предприниматель, промышленник, мелькал в очень многих голливудских фильмах, в которых показан как беспринципный ублюдок. Впрочем, реальность с Голливудом не особо отличается. Если ещё и этот мудак за нас примется — туши свет и сливай воду. Да ну нахрен, я в роль Терминатора вживаться не собираюсь.
— Ещё один повод задуматься над предложением. Сколько дают Уолкеры?
— Пятьдесят тысяч, — фыркнула Бель.
— Жизнь стоит дороже, чем любые шахты…
— Мы не отдадим землю! — упрямо заявила Пруденс и даже притопнула туфелькой по полу. — Бен, это наше будущее и будущее твоих детей. Если понадобится, я сама возьмусь за оружие.
— Это будущее может закончиться так и не начавшись! — с трудом сдерживаясь, процедил я. — Головой надо думать! Мертвецам деньги ни к чему. Вы понимаете, Уолкеры не остановятся ни перед чем.
— Ты очень изменился Бен… — Бель с сожалением качнула головой. — Ты уже не тот Бен Вайт, которого я увидела по пути в Вирджиния-Сити.
Пру взглядом показала, что согласна с подругой.
Я зло стиснул зубы. Вот же идиотки. Ну что тут скажешь?
— У нас есть план… — тихо сообщила Пруденс после недолгого молчания.
— Какой?
— Мы возьмём в партнеры ещё одного человека. Но не Уолкеров и не Херста.
— Кого?
— Джона или Уильяма Рокфеллеров. Возможно обоих.
— Ага, есть такая русская пословица, поменяли шило на мыло. Эти волки вышвырнут вас за ненадобностью, как только заполучат долю… — я окончательно вышел из себя. — К тому же, до того момента, когда вы договоритесь с Рокфеллерами надо еще дожить. Думать надо головой, а не задницей.
— Мы не желаем разговариваться с тобой в таком тоне, Бенджамин! — Пру гордо задрала нос. — Прошу, оставь нас. Немедля!
Бель коротким кивком поддержала её.
«Тьфу, идиотки…» — ругнулся я про себя и вышел из комнаты.
 
Ну что тут сделаешь? И самое пакостное — бросить их я не могу. Ну как тут не начать материться? Сука, нажрусь сегодня, ей-ей, нажрусь…
Немного поразмыслив, я решил переговорить сам с Маркусом Дейли, а если получится и с самими Уолкерами. Но от мысли набраться сегодня вечером не отказался.
День прошёл ни шатко не валко, я упек в кутузку группу подвыпивших старателей, прооперировал яйцо лейтенанту Ассману, снял швы с задницы его прямого начальника полковника Пимпса, потом разбил морду рукояткой револьвера ещё одному дебоширу и вечером, с чувством выполненного долга, уединился сам с собой на своей «фазенде»
Солнышко уже коснулась своим краем верхушек гор, со стороны ручья повеяло приятным холодком, а в зарослях чапараля мелодично чирикали птички. Окружающая действительность навеивала на благодушный лад, и я даже стал понемногу успокаиваться. Чему вдобавок прямо способствовал вирджинский табак в трубке и шотландское виски в бокале. И одиночество! Блаженное одиночество!
Муся и Муна лениво разлеглись рядом со мной и не отводили взгляда от мангала, на котором тихонечко шипел увесистый кусман оленины.
Настроение не располагало к гостям, хотелось просто провести время наедине со своими мыслями, но как всегда водится на этом грёбаном Диком Западе, планы в один момент полетели к чёртовой матери.
На тропинке внизу показался всадник, а точнее, всадница — мисс Скарлетт Стоун собственной персоной.
Немного поразмыслив, я смирился, но вслух твёрдо решил:
— Если не отдастся со всей страстью, мяса и виски — не дам!
Добравшись к дому, мисс Стоун растерянно завертела головой и позвала меня.
— Мистер Вайт? Вы где? Ваши помощники сказали, что вы дома…
— Я здесь, миссис Стоун, — из-за зарослей чапараля меня не было видно, поэтому пришлось помахать рукой.
Женщина ловко спрыгнула с седла, привязала повод к столбу и быстрой походкой подошла ко мне. Выглядела она точно так же великолепно, как и днём, но надела другой наряд, впрочем, такого же псевдо-ковбойского стиля.
— Доктор Вайт… — она смущённо улыбнулась. — Право слово, я не хотела нарушить вашего уединения, просто… просто…
Муся и Муна, гостью восприняли достаточно недружелюбно, всем своим видом демонстрируя неприязнь, но я не придал этому значения, так как кошаки вообще никаких гостей не любили.
— Прошу… — я подвинул к миссис Стоун раскладной стул. — Не переживайте…
Она скользнула взглядом по оленине, потом по бутылке виски и тихо пожаловалась.
— Просто мне стало плохо…
— Что случилось?
— Вот здесь болит… — Скарлетт положила руку на грудь. — Резко, как будто стреляет, а ещё давит что-то. И я задыхаюсь…
— Прошу в дом, у меня там инструменты.
Миссис Стоун кивнула, встала, но тут же, тихо ойкнув, покачнулась.
Пришлось тащить её в дом на руках. К счастью, ничего серьёзного я не выявил. Быстрое прослушивание выявило только слабую аритмию, правда я своими знаниями в кардиологи ничуть не обольщался, а кардиограмму можно будет снять лет эдак через сто с копейками, не раньше.
— Это смертельно? — по лицу Скарлетт пробежала тень. — Скажите правду, доктор Вайт, не надо от меня ничего утаивать. Я обращалась раньше к докторам, но они всегда несли разную чушь.
— Нет, не смертельно, — спокойно ответил я, с трудом оторвав взгляд от выглядывающей из кружевного корсажа белоснежной груди, миссис Стоун.
— Спасибо! — женщина вдруг пылко поцеловала меня в щёку. — От ваших слов мне уже лучше!
После чего, вдруг резко засобиралась и уехала, несмотря на моё предложение подождать с отъездом.
 
Я пожал плечами и вернулся в кресло. Женщины, что с них возьмешь. Хорошо хоть мясо наше не сожрала. А могла, сам видел, как алчно смотрела.
Вечер прошёл стандартно прилично, мы с кошаками всласть налопались печёной оленины, я прикончил бутылку шотландского, выкурил ещё одну трубочку перед сном и с чистой совестью завалился в постель.