Самый эльфийский поцелуй (СИ)

— Вы говорите так, словно я запрещаю вам присутствовать, — вдруг заявил Эшфорт.
— А вы не запрещаете? — на всякий случай уточнила я, сбитая с толку.
Я ведь же приготовилась к новому витку рассуждений, а тут… не по плану.
— Нет. Но раньше вас не интересовали подобные мелочи.
— Неправда. Зелья и травы меня интересовали всегда.
— Но не физическая работа.
Я фыркнула.
— Какая физическая работа, не смешите. Ремонт будут делать другие, мебель таскать тоже. От меня требуется совсем немного.
— Всё равно удивительное рвение для уважаемой алари.
— Интересно, а как, по-вашему, собираются травки? Сами в корзину запрыгивают?
— Обычно вы их покупали, — заметил Эшфорт, склонив голову на бок и внимательно меня рассматривая.
«Эм… Поймал».
— Но раньше собирала сама, — возразила я.
— Раньше и деревья были меньше.
— Ох, давайте не будем снова заводить разговор о прошлом. У вас всё? Или хотите еще что-то сообщить?
— Зачем вы заходили к Нэнне?
«Узнал-таки!»
— Поговорить.
— Я же запретил.
— Всё вышло совершенно случайно. Я возвращалась к себе, когда наткнулась на свою бывшую служанку. Мы немного поговорили и всё.
— И о чём же вы разговаривали? — продолжал допытываться Эшфорт.
— Ничего серьёзного. Я лишь отказалась от её услуг, пообещав хорошие рекомендации и отличное выходное пособие.
— Подкупаете, — тут же заявил мужчина.
Я уже не смогла сдержать обреченного стона.
— А вы можете перестать видеть в моих словах злой умысел?
— Нет, — спокойно отозвался Синеглазка.
— Почему?
— Потому что алари Орэйо всегда и во всем ищет выгоду.
— Прежняя — да, но не я.
Тёмные брови приподнялись.
— Не вы?
— Новая я, — поспешно поправилась я, мысленно ругая себя за длинный язык. В сотый раз, наверное. — Ни раз уже говорила об этом, а вы всё забываете.
— Просто не верю в новую Катриэль Орэйо.
— Что ж, у вас будет время, чтобы убедиться в этом. Во сколько начнётся уборка?
— Она уже началась.
— Что? Без меня? — выдохнула я, готовая хоть сейчас броситься на защиту тайн Катриэль, которые теперь стали моими.
— Успокойтесь. Сейчас профессор Куинс устраняет последствия магического дыма, проводит очистку от последствий, проверяя помещения на безопасность. Основная работа начнётся завтра в десять утра.
— Отлично. Я буду.
— А оценки и зачеты?
— Передайте ректору, что я всё выставлю в ближайшие дни.
— Хорошо. Не смею вас больше задерживать, — произнёс декан и ушел.
Пожав плечами, я закрыла за собой дверь и улыбнулась.
«А жизнь-то налаживается!»
  
Глава двадцатая
 
Вторая ночь и новая порция снов.
Правда в этот раз они не имели никакого отношения к прошлому Катриэль. Скорее, их можно было охарактеризовать как результат бреда настоящего.
Я бродила по пустынным коридорам академии, которые были заполнены непроглядным черным дымом и периодически на кого-то натыкалась.
Ерунда полнейшая, потому что ответов получить не удалось, а страха натерпелась. Это как прогуливаться с зомби. Они не кричат, не нападают, а жуть берет.
Проснулась я задолго до рассвета. Некоторое время лежала, обнимая подушку и раздумывая, как бы провести этот день, чтобы не умереть раньше времени и не выдать себя.
Ситуация сложная, но я справлюсь.
Прожила как-то два дня, выдержу и третий.
А дальше всё по списку: душ, завтрак, переодевание.
С последним пунктом вышли небольшие затруднения. Для участия в ремонте и уборке кабинетов мне требовалась старая одежда. Ну, то есть та, которую не жалко испачкать или испортить.
У Катриэль такого не было.
А идти в кружевах, бархате и камнях было как-то глупо.
— Люля, может там есть что поскромнее, — изучая темно-синее бархатное платье с узорчатой вышивкой, которая очень сильно напоминала узор инея на окне.
— Нету, всё просмотрела, — буркнула домовушка, на секунду выглянув из гардеробной. — Говорю же вам, нечего ручки пачкать и лезть туда. И без вас справятся.
— Нисколько не сомневаюсь, что справятся, но присутствовать я должна.
 
— Зачем?
Голос Люли из гардеробной казался приглушенным и едва слышным.
— Надо.
Не могла же я сказать, что собираюсь не только наводить порядок, но и искать алмазы, которые могут отправить меня в тюрьму.
— Жалко, такие вещи хорошие, — вынося из гардеробной очередное творение портных, вздохнула она.
На этот раз это был изумрудный наряд с россыпью мелких драгоценных камней на лифе, с полупрозрачными рукавами и высоким воротом.
— А эта гадость такая вредная. Мне до сих пор не удалось полностью отстирать ваш вчерашний костюм. Как вам это платье?
— Не то, — мрачно ответила я. — Неужели больше ничего нет?
— Из ваших старых нарядов — нет.
«А новые брать меня жаба душила. И пусть они были намного дешевле и не такие яркие, шикарные, но удобные! Одни штаны я так долго искала.
Штаны! Ну точно же! Как я могла про них забыть!»
— Люля, вчера все вещи привезли из магазинов? — быстро спросила я.
— Все. Я привела порядок, отгладила и разложила по полкам, — поправляя воротник на зеленом платье, кивнула она.
— А штаны там были?
Лицо домовушки пошло пятнами, а губы скривились.
— Непотребство-то это! Как же, были. Я в самый дальний угол положила. Пошутила над вами модистка, такую гадость всучить.
— Это была не модистка. И они мне нужны. Неси сюда!
— Их?
Она схватилась за сердце, глядя на меня со священным ужасом.
— Их, — подтвердила я. — И рубашка нужна. Ну или туника.
Но Люля не спешила исполнять моё распоряжение.
— Это же штаны!
— Знаю.
— Вам же нельзя их носить.
— Мне всё можно, — уверенно произнесла я.
— Но это неприлично!
— Зато удобно. Люля, давай уже, а то я опоздаю.
Домовушка нехотя подчинилась и с непередаваемой миной на лице принесла мне брюки.
Обычные такие штаны, темно-синего, почти черного цвета, широкие, на завязочках, которые не давали им свалиться с бедер.
Я тут же померила их и принялась изучать себя в зеркале.
Попу они мне обтянули очень даже хорошо.
Всё-таки у Катриэль фигура отличная.
— Срам, — мрачно констатировала Люля, наблюдая за мной. — Может, вы вчера дымом надышались?
Обижаться я на неё не собиралась. Мир и нравы такие. Но это не значит, что я собиралась точно следовать этим правилам.
— Штаны я купила до дыма, — произнесла в ответ и снова покрутилась. — Сюда нужна туника.
Попа хоть и красивая, но прикрыть её придется. Нечего доводить преподавателей и студентов до нервного срыва.
— Говорили уже. Какая туника нужна.
— Темно-синяя или черная. Что-то темное, чтобы было не так жалко испачкать, — пояснила я.
— Всё жалко.
Продолжая ворчать, домовушка принесла мне на выбор аж три туники. Первая черная с вышивкой-звёздами по воротнику. Вторая ярко-синяя, почти васильковая с узкими манжетами и пышными рукавами. А третья, на которой я и остановила свой выбор, была тёмно-фиолетовая с металлическим блеском.
Подпоясав её широким ремнем, я велела Люле собрать волосы в косы и заколоть на макушке, чем вызвала у неё еще один приступ ужаса.
— Волосы? Собрать?!
На этот раз она побледнела.
— Волосы, волосы, — тяжело вздохнув, кивнула я и села перед зеркалом на низкий пуфик.
— Но как же…
— Собрать и под косынку спрятать.
— Косынку? Но у вас нет косынки!
Я с надеждой взглянула на её отражение в зеркале, ловя взгляд.
— А у тебя нету? Хоть какой-нибудь. А то жалко будет волосы испортить сажей. Если с одежды она так тяжело смывается, то что будет с волосами? И стану я брюнеткой.
 
Люля поджала губы, но кивнула.
— Хорошо.
Через десять минут я, довольно улыбаясь, вновь изучала себя в зеркале.