Самый эльфийский поцелуй (СИ)

— Здесь ведомости, которые надо заполнить, — сообщил ректор, вручая мне несколько папок с бумагами.
— И что там?
— Полугодовые оценки. Так как занятий у вас больше не будет, то необходимо выставить оценки. Желательно в течение двух дней.
— Хорошо, — кивнула я, открывая верхнюю папку и пробегая глазами по первому листу.
— Отлично. Передадите всё моему секретарю.
Ректор уже собрался уходить, когда я его остановила.
«Новогодний бал и моё желание вернуться домой никуда не делись. А эльфов осталось не так много. Люсьену я не доверяла, особенно после произошедшего. Киной был моим студентом, не хотелось бы его подставлять под удар. Оставался красавчик ректор, с которым нас связывала тайна!»
— Господин ректор! Прошу прощения, вы не могли бы уделить мне минуту? У меня есть очень важный вопрос.
Артэо нехотя повернулся.
— Что за вопрос?
— Личного характера.
— Вопросы личного характера я с вами обсуждать не буду.
— Это не займёт много времени.
— Я же сказал.
— В ваших же интересах остаться, — многозначительно произнесла я. — И закройте, пожалуйста, дверь. Не хочется, чтобы нас кто-нибудь подслушал.
Элв нахмурился, но просьбу выполнил.
— Решили уволиться? — с надеждой спросил мужчина.
— Почти.
— И что это значит?
Артэо подошел ближе.
Длинные белые волосы, острые кончики ушей, глаза цвета бутылочного стекла и правильные черты лица. Красивый мужчина.
— Через девять дней в академии состоится новогодний бал.
— Знаю.
— В полночь вы должны будете поцеловать меня у всех на виду, — быстро произнесла я, наблюдая за его реакцией.
Артэо побледнел:
— Что?
— Вы же прекрасно слышали. Ровно в полночь, вы поцелуете меня на балу у всех на глазах, и я навсегда покину эту академию.
«И этот мир тоже!»
Элв изучал меня несколько секунд, а потом мотнул головой и решительно произнёс:
— Нет!
— Вы не поняли. Это не просьба, Артэо. Если вы не хотите, чтобы кто-нибудь узнал… о нашем соглашении…
Я замолчала, давая ему возможность самому всё понять и оценить риски.
— Хватит! Я не буду больше это терпеть, Катриэль. Можешь рассказывать всем всё что считаешь нужным, но целовать тебя не стану! Ни на балу, ни где-то еще!"Ого! Надо же какое сопротивление. Я даже и не думала, что Артэо начнёт так сопротивляться! Нет, я понимала, что в восторге ректор не будет, но, чтобы так агрессивно… тут явно все не просто».
— Почему?
— Потому что я не позволю тебе снова сломать мою жизнь, — заявил ректор и ушел, хлопнув за собой дверью.
Ответ появился ближе к вечеру, когда я почти уже дошла до своей комнаты.
Физическая работа не пришлась этому телу по душе и у меня болезненно ныли все клеточки. От гари и пыли чесался нос, но я не могла унять этот зуд, боясь, что размажу грязь по лицу.
Странно хотелось быстро искупаться и забраться в постель.
Я брела по коридору, радуясь, что этот день наконец закончился. Там меня и поймал Эшфорт.
Грей Эшфорт
— Твоя элва перешла на мясо! — торжественно заявил Витторн прямо с порога.
— Она не моя, — автоматом отозвался Эшфорт и только потом оторвался от бумаг и удивленно взглянул на друга: — Что ты сказал?
— Алари Орэйо перешла на мясо, — с готовностью повторил он, входя в кабинет.
— Что значит перешла на мясо?
— Она его съела. Два больших, прожаренных куска мяса. Представляешь?
Витторн подошел к столу и сел в кресло, довольно улыбаясь и закинув ногу на ногу. Было видно, что он наслаждается произошедшим.
— Ты шутишь.
— Своими глазами видел. И не только я. Еще около сотни студентов.
— А ты уверен, что это было мясо?
Всё еще отказывался в это верить декан.
— Я попробовал. Мясо. И она ела. Довольно улыбаясь и жмурясь от удовольствия. У алари, кстати, оказался весьма отменный аппетит.
Эшфорт откинулся на спинку кресла.
— И что это означает?
— Что всё становится еще интереснее. Как тебе, кстати, её новый наряд?
— Весьма провокационный.
— Ножки отметил? — подмигнув, спросил Витторн. — А фигуру?
— Прекрати, — нахмурился мужчина, — не стоит это обсуждать.
 
— Лишь констатирую факты. Она действительно одна из первых красавиц Вечного леса, не зря столько высших элвов боролось за её сердце.
— У Катриэль Орэйо нет сердца.
Эшфорт с шумом отложил папку на край стола.
— Раньше может и не было, а сейчас появилось.
— Способность чувствовать и сопереживать просто так не появляется, — фыркнул синеглазый мужчина.
— Почему же просто так? Она же умерла.
— Почти умерла, — поправил его Эшфорт. — Выжила и продолжает травить мне жизнь.
— Ты знаешь, — произнёс Витторн, задумчиво потерев подбородок. — Мне кажется, всё не так просто. Ты слышал о перемещении?
— Какое перемещение ты имеешь в виду?
— Обычное. Одно тело, две души, — просто ответил мужчина, вытягивая ноги.
— Две души? — переспросил Эшфорт и скептически скривился. — Ты серьёзно?
— А что тебя смущает? Вполне нормальное явление…
— О котором уже лет триста никто не слышал.
— Самое время напомнить о себе.
Декан недоверчиво хмыкнул и провел рукой по щетине.
— Значит, ты думаешь, что в теле Катриэль сейчас кто-то другой?
— А почему бы и нет? Сам подумай, сразу всё становится логично и понятно.
— Тогда почему она не признается в этом? Почему она не сказала, что не Катриэль?
— А ты бы стал? Неизвестный мир, непонятные люди. Не понятно кто друг, а кто враг. И если вспомнить репутацию Катриэль, то бояться ей стоит всех и каждого. Начиная с тебя. Что ты сделал, когда увидел её утром после покушения?
— Сообщил о том, что собираюсь её арестовать по обвинению в покушении на княжну.
— Ну вот. Понятное дело, что она молчала.
Эшфорт некоторое время смотрел на друга, а потом покачал головой:
— Ерунда всё это.
— Я не настаиваю, но ты обдумай вариант с перемещением.
— Он звучит слишком невероятно.
— Невероятно не значит невозможно. Ты же знаешь.
— Грей… А Витторн и вы здесь.
В кабинет быстро вошел ректор, но, увидев фокра, нерешительно застыл на пороге.
— Я помешал?
— Что-то случилось, Эрион? — поднимаясь, спросил декан, от которого не укрылся взволнованный вид друга.
— Орэйо.
— Опять?
Эшфорт выразительно глянул на друга: «А я что говорил!»
— И что она натворила? — спросил Витторн. — Не переживайте, Артэо, я на вашей стороне.
— Всё нормально, — кивнул синеглазый декан. — Ему можно доверять.
— Она велела поцеловать её на новогоднем балу у всех на глазах в полночь!
Фокр раскашлялся, словно подавился.
— Что велела сделать? — переспросил Эшфорт.
— Поцеловать!
— Надо же, как интересно, — пробормотал Витторн. — Вот только зачем ей это?
— Я знаю, — отозвался декан — А ты говоришь, она изменилась. Ничего подобного. Катриэль Орэйо снова начала ломать чужим жизни.
— Грей, — пробормотал ректор.
— Я разберусь! Сам!
Мужчина вышел из кабинета, громко хлопнув дверью.
— Надо же… а она его зацепила, — вдруг произнёс Витторн.
Катриэль Орэйо
Я ведь почти дошла до своей комнаты, когда откуда-то сбоку выскочил Синеглазка.
— Ну ты и стерва! — прошипел Эшфорт, хватая за руку и притягивая к себе.
— Что? В чем дело?
Синие глаза горели от такой ненависти, что стало страшно.
Это нападение было таким неожиданным, что я даже растерялась.
«Боже, что произошло? Что на него нашло? Ведь нормально же расстались!»
— Думаешь, я позволю тебе?
— Пусти, мне больно, — выдохнула, испуганно глядя на мужчину.
— Больно? Это самое малое, что я могу тебе сделать, алари.
Последнее слово он буквально выплюнул, продолжая сжимать локоть.
 
«Точно останутся синяки. Если, конечно, я переживу эту вспышку!»