Самый эльфийский поцелуй (СИ)

— Нет, — грустно улыбнулась она. — Пока не знаю. Но обязательно выясню.
Агния встала, продолжая сжимать блокнот с эскизами.
— Мне пора уходить. Рада, что ты не пострадала.
— Спасибо, что пришла и всё рассказала, — поднимаясь следом, произнесла я.
— Стараюсь хоть как-то загладить свою вину.
— Не глупи. Это не твоя вина, а княжны. Ты к ней не имеешь никакого отношения.
Я шагнула вперед, порывисто обнимая девушку.
— Будь осторожна.
Агния обняла меня в ответ и вздохнула:
— Ты тоже. И Удачи, Катя. Надеюсь, у тебя всё получится.
— И у тебя тоже. Удачи, Агния.
Мы еще несколько секунд простояли обнявшись, а потом девушка ушла, оставив меня одну.
Я вернулась в кровать.
Значит, это княжна Агнелика пыталась меня убить, подсунув яд в конфеты. Что ж одна загадка разгадана. Осталось только поцеловать элва и вернуться домой.
Я тяжело вздохнула.
Только отчего все мысли не о возвращении домой, а синеглазом декане?
Болезненно заурчал желудок, напоминая о том, что я сегодня совсем ничего не ела. А ведь дело близится к ужину.
«И где, спрашивается, хваленая забота о пациенте?!» — мысленно прорычала я, изучая браслет на руке.
Он ведь должен сообщать Дейре о моём самочувствии? Или голод на это не распространяется?
Пришлось снова выбираться из постели. Но сначала естественные нужды.
В ванной комнате я умылась, изучая в зеркале своё болезненное бледное лицо с некрасивыми синяками под глазами, с трудом причесала длинные волосы Катриэль, в который раз размышляя о том, чтобы отрезать их. Пришлось ограничиться тем, что я просто заплела их в косу. И плевать на косые взгляды. Пусть привыкают к новым прическам.
Обув мягкие тапочки, я поправила халат и вышла в коридор.
Мне тут же выскочила навстречу молоденькая девушка с темными глазами в аккуратном белом халатике, который был надет поверх скучного серого платья с тугим воротником.
— Вы проснулись, алари? — широко улыбаясь, спросила она.
— А что, незаметно? — не слишком доброжелательно отозвалась я.
Что поделаешь, голод из кого угодно сделает злого зверя. А я сильно проголодалась.
Девушка запнулась, нервно поправляя идеально гладкую прическу и снова улыбнулась. На этот раз через силу.
— Как ваше самочувствие?
— Терпимо.
— Что-нибудь желаете?
А вот это уже по делу.
— Есть, — коротко бросила я. — Много и вкусно.
— И с мясом, — неожиданно добавил Эшфорт.
Не думала, что что-то может заставить меня хоть на секунду забыть о еде, но именно так и произошло.
Резко обернувшись, я увидела декана, который стоял, прислонившись плечом к стойке у стены и смотрел на меня.
Было видно, что ему стало намного лучше. Глаза блестят, никакой бледности на лице. Волосы идеально причесаны, щетина на месте. Да и одет был в привычный темный костюм, который так ему шел.
И не скажешь, что всего сутки назад он был на грани смерти.
— Добрый вечер, алари, — произнёс мужчина, продолжая гипнотизировать меня своими невозможно синими глазами.
— Добрый, — кивнула я.
Размышляя о том, как же глупо сейчас выглядела. Растрепанная, с отекшим после сна лицом, в этом смешном больничном халате.
— Как ваше самочувствие?
— Спасибо, хорошо. А ваше?
— Замечательно, спасибо, — отозвался он, а потом перевёл взгляд на девушку, которая всё это время стояла в сторонке и жадно за всем наблюдала. — Бри, вы не могли бы принести ужин в комнату алари? Нам с ней необходимо обсудить кое-что важное.
— Конечно, дан Эшфорт.
У меня была короткая передышка, пока Грей не смотрел на меня, чтобы отдышаться и немного успокоиться. Потом еще немного времени, пока мы шли назад в мою палату.
Я вошла первой, он следом, плотно закрывая дверь и включая светильник.
«Что сказать? Как сказать? Да и стоит ли?!»
От накатившей паники я не знала, что делать. Поэтому просто замерла у окна, цепляясь за стол, и смотрела на Грея.
— Удалось кое-что обнаружить, — произнёс он, стоя всё-так же у дверей.
Сильный, мощный, уверенный мужчина, один взгляд на которого заставлял сердце биться чаще.
 
— Нашли того, кто это сделал?
— Есть подозреваемые.
— Ты тоже как Витторн будешь рассказывать мне о следственной тайне и о том, что не можешь рассказать, пока точно не будет известно? — хмыкнула я.
— Отчего же? — ответил Грей. — Проклятье было создано Катриэль.
«Катриэль. Не мной. Он сказал, что оно было создано элвой».
И только за это я готова была простить ему всё, что было или будет.
Эшфорт действительно перестал нас объединять.
— Знаю, — призналась я.
Он не стал спрашивать, откуда мне это известно, хотя по взгляду видела, что очень хотел это сделать.
— А еще там были обнаружены следы княжны Агнелики.
«Ох! Агния!»
— Это не она! — быстро произнесла я, шагнув вперед. — Княжна не виновата.
— Ты в этом так уверена?
— Да!
— Правда? А Виттторн думает иначе.
— Он ошибается, — уверенно произнесла я, делая еще один шаг.
— Возможно. Но тогда почему княжна сбежала, если не виновата?
«Всё-таки уехала! С одной стороны — хорошо, а с другой — как теперь доказать, что она не причем?»»
— Не знаю. Может, у неё какие-то проблемы. Или боялась, что вы обвините её в том, чего она не совершала, — продолжала я.
Грей молчал секунд тридцать, которые показались мне вечностью.
— Катя, ты ничего не хочешь мне рассказать?
Хотела. И сильно.
Но вот как это сделать, не выдав Агнию?
— Это не Агнелика. Поверь мне, я это точно знаю. Это не она. Прошу, не спрашивай, откуда такая уверенность. Я не могу это сказать. Да, возможно раньше княжна была… опасной. Но она изменилась. Близость смерти меняет.
Тёмные брови слегка приподнялись.
Кажется, Эшфорт понял, на что я намекала.
— Кхм, — откашлявшись произнёс он. — Допустим, я поверю, что княжна стала другой. Но тогда почему на проклятье обнаружены ваши с ней следы?
— Очень просто. Катриэль создала проклятье, княжна купила. А потом его у неё украли, — с готовностью ответила я.
Звучало невероятно.
И судя по лицу Эшфорту, он хоть и поверил, но еще до конца не переварил.
— И кто же украл у княжны проклятье?
— Врида Корроу!
— Корроу? — переспросил Грей. — И зачем ей убивать тебя?
А вот на это я не сразу ответила.
Вроде, вопрос не сложный и ответ легкий, только… только он поднимал тему, которую я так боялась начать.
— Это из-за Киноя Мирэйо, — тихо ответила я.
Мужчина вновь нацепил на лицо непроницаемую маску и не понять, о чем думает. Только глаза чуть потемнели, выдавая его истинные эмоции.
Снова тишина.
А потом Грей вдруг выругался, в пару шагов преодолел разделяющее нас расстояние, и схватил меня за плечи, слегка встряхнув.
От его сдержанности не осталось и следа.
— Катя, что происходит? — прорычал он.
— Ч-что? — пролепетала я, испуганно хлопая ресницами.
Уж слишком резкий был переход от каменной статуи до взбешенного темпераментного мужчины.
— Мирэйо сказал правду? Он и ты? Вы вместе?!
Я сглотнула, завороженная синевой глаз.
— Катя!
Пришлось признаваться.
— Да, — тихо ответила я.
И всё.
Грей тут же отпустил меня и отошел, отворачиваясь.
— Пожалуйста, пойми… Я не могу тебе объяснить… очень хочу, но не могу…
— Ты его любишь? — глухо спросил мужчина, словно не слыша меня.
— Да какое это имеет значение?
— Большое. Ты его любишь?
Он повернулся, вновь внимательно меня разглядывая.
— Нет.
— Но всё равно согласилась на помолвку.
— Да, — кивнула я, добавив. — Мы объявим обо всём на новогоднем балу.
— Понятно…
«Ничего ему не понятно. Ничего! А я сказать не могу!
Что не нужен мне Киной. И никто не нужен! Что я всего лишь хочу вернуться домой! И это ничего не изменит! Даже эти странные чувства, которые разъедают душу и ранят сердце. И даже его глаза не помогут!»