Самый эльфийский поцелуй (СИ)

— Доброе утро, дан, — оскалилась трулла, пропуская мужчину вперед.
— Доброе. Я смотрю ты воспользовалась моим предложением. Как успехи?
— Отлично, — ответила я за неё.
А то мало ли что от счастья наболтает.
— Пойду я.
Пруф ушла и напоследок едва не снесла дверной проём, в который всё-таки врезалась макушкой.
— Ой! — пробасила она под треск дерева. — Извиняйте.
— Всё хорошо.
Грей проводил её взглядом и обернулся ко мне.
— Злишься?
— Недоумеваю, — отозвалась я, отворачиваясь, чтобы собрать листы на столе. — Зачем ты это устроил?
— Хотел показать всем, что ты другая. Что от прошлой Катриэль не осталось и следа.
— И поэтому предложил Пруф проконсультироваться у меня? Тебе не кажется это странным выбором.
— Зря ты так. Младшие народы хоть и не отличаются гениальным умом, но очень чуткие. Не зря же Люля сразу к тебе потянулась. Она почувствовала твою светлую душу.
— Кхм.
В этом был смысл.
— Их сложно одурачить. Они хорошо видят нутро каждого. Я не уговаривал Пруф довериться тебе. Лишь предложил. Если бы она вновь увидела черную душу Катриэль, то даже не подошла бы. Но она смогла рассмотреть другое. Тебя настоящую.
— Это всё хорошо. Но я всё равно не понимаю, зачем всё это, — произнесла я, присаживаясь на кровать.
Эшфорт прошелся по комнате, рассеянно потирая затылок и бросая на меня короткие и странные взгляды. Явно что-то задумал, но не знал, как мне сказать.
— И?
Мужчина сел на стул и быстро спросил:
— Ты никогда не думала остаться здесь?
— Что?!
— Остаться здесь в теле Катриэль, — продолжил Грей совершенно серьёзно.
— Ты с ума сошел?! — вскрикнула я.
— Почему?
— Да сотня причин! Меня все ненавидят.
— Неправда. Ненавидят не тебя, а Катриэль.
— Ага, только теперь я в её теле, — съязвила я.
— И ситуация стала меняться. Сначала Люля, теперь Пруф. Прошла всего пара дней, а отношение к тебе изменилось. От тебя перестали шарахаться.
— Но это не повод, чтобы остаться.
— А что повод? — тут же уцепился Грей.
— Это не мой мир.
— Но он может стать твоим. Он уже им становится. Разве ты не чувствуешь эти изменения? Что воспоминания Катриэль становятся твоими. Её знания, умения и навыки. Что прошлая жизнь уходит на второй план.
Так и было. Я уже давно замечала, но все не хотела верить.
— Зачем тебе это? — тихо спросила я, глядя ему прямо в глаза и пытаясь прочитать в них ответы на все вопросы. — Почему ты хочешь, чтобы я осталась?
Глаза вспыхнули ярко-синим пламенем, от которого сердце тревожно заныло.
— Такими талантами не стоит раскидываться, — тихо ответил Грей после небольшой заминки. — Никогда себе не прощу, если ты уйдешь.
«Не то! Совсем не то!»
Я едва не застонала от разочарования.
— Но ты попытался. Как продвигаются поиски виновного? Удалось доказать, что это Врида устроила?
Лучше это обсудить, чем вопрос моего прибывания в этом мире. Безопаснее.
— Нет. Она хорошо подготовилась и хорошо замела следы.
— Правда? — задумчиво пробормотала я, потирая подбородок. — А как насчет ловли на живца?
  
Глава тридцатая
 
Сначала пришлось объяснить, что такое «ловля на живца».
И Грею, конечно, эта идея совершенно не понравилась. О чем он мне и сообщил прямо и откровенно:
— Ты с ума сошла!
Мужчина, который до этого около минуты мерил шагами палату, замер и уставился на меня горящими от ярости глазами.
— Но послушай… — попыталась вставить я.
Но куда там. Эшфорт был слишком взбешен, чтобы слушать и слышать.
— Это опасно!
— Сидеть в сторонке и ждать, когда меня снова попытаются убить — не менее опасно, — возразила я.
— Но здесь ты в безопасности.
Конечно, он был прав. Пересидеть в лазарете до бала было логично и правильно. Вот только было одно большое и жирное «но».
— Хорошо, — кивнула я и тут же спросила: — Но ты действительно хочешь, чтобы Врита ушла от ответственности?
Если бы взглядом можно покалечить, то я бы точно сейчас отхватила.
Грей так посмотрел, что мурашки по коже пробежали, и пришлось прикусить язык, чтобы не сболтнуть еще что-нибудь.
 
— Если выбирать между твоей безопасностью и жаждой возмездия, то я выберу первое, — твердо заявил он.
— А я хочу её наказать. Она же чокнутая!
— За это не наказывают.
— А за попытку убийства — да.
— Это опасно, — упрямо повторил Грей. — Неужели ты не боишься?
— Боюсь, — призналась ему. — Но уверена, что всё будет хорошо.
— И почему же?
Он смотрел так, что не сказать я не могла.
— Потому что ты будешь рядом! — выдала я и замерла, тяжело дыша.
Время будто остановилось. Застыло между нами. А мир уменьшился до этой палаты, невероятных синих глаз и громкого стука пульса.
— Катя, — прохрипел он, делая шаг вперед. — Я не могу…
Мне понадобилось собрать всю волю в кулак, чтобы не шагнуть навстречу. Как же мне этого хотелось. Подойти, коснуться темного камзола, провести по ткани рукой, чувствуя каждый мускул и тепло сильного тела, слышала стук его сильного сердца.
— Можешь! — перебила его я, мотнув головой, чтобы прогнать глупые фантазии. — Не знаю, откуда такая нерешительность, Грей, но ты можешь и должен мне помочь. Врида не должна уйти от ответственности. Неужели ты не понимаешь, что эта безнаказанность лишь уверит её в собственной непогрешимости? Она не остановится и будет и дальше уничтожать любого, кто встанет на её пути. Ты готов взять на себя эту ответственность?
Грей отвернулся, убирая руки в карманы брюк и пряча взгляд.
Сразу стало как-то легче дышать.
— Так ты точно решила стать этим самым живцом? — глухо спросил мужчина.
— Да.
— И что ты собираешься делать? Врида умная, она не станет рисковать.
— Значит, придется её подтолкнуть.
— И как же?
Грей подошел к столу и взял одну из тетрадей Катриэль. Открыл на первой странице, пробежал первые строчки и закрыл. Сомневаюсь, что он хотел найти в записях элвы что-то интересное. Скорее, мужчина просто пытался хоть чем-то занять руки и мысли.
— Киной Мирэйо. Врида влюблена в него и не может простить, что элв выбрал другую. Ревность затуманивает рассудок и заставляет совершать ошибки. Надо просто сделать так, чтобы она увидела нас вместе. Счастливых и… влюбленных.
Рука Грея слегка дрогнула, когда он возвращал тетрадь на место.
Я успел отследить это, как и окаменевшие плечи.
— Ты собираешься посвящать его в свои планы?
— Еще не знаю. Может, не придется этого делать. Мне надо в город, хочу купить платье для новогоднего бала. Киной может меня сопровождать. Погуляем по Оркаму, повеселимся у всех на глазах.
Как пару дней назад было с Греем.
Так, да не так.
Даже сейчас я понимала, что с Греем всё было иначе, по-другому. Не объяснить словами.
— Хорошая идея, — отозвался Эшфорт каким-то сухим и безжизненным голосом. — Так и поступим.
Волнуется? Переживает? Или… ревнует?
— Завтра утром ты вернёшься в свою комнату. А после обеда отправишься в город с Мирэйо.
— А ты? — осторожно уточнила я.
Грей обернулся, полыхнув синим взглядом.
— Буду рядом. Всегда.
Вечером мне разрешили навестить Люлю.
Моя домовушка находилась здесь же, в лазарете, но этажом ниже.
Провожать меня вызвалась Бри.
— Она еще без сознания, но состояние стабильное, — сказала девушка, когда мы спускались по узкой лестнице.
— С ней всё будет нормально? — держась за перила, спросила я.
— Да, жизни ничего не угрожает. Вот только…
— Что? — сразу же встревожилась я.
— Память, скорее всего, пострадает.
— То есть, она меня может не вспомнить?
— Никто не знает. Очень сильное воздействие. Чудо, что вообще выжила.
 
Я вздохнула.
— Главное, что жива. А с памятью решим.
Спустившись вниз, мы оказались в небольшом коридорчике, где почти сразу встретили уже знакомого профессора Куинса.