Гарантия на жизнь (СИ)
— Может быть, случилось чего? — Тут же напряглась я.
— Так мы не знаем. Телефон он не берет, — расстроенно покачал головой Игнатов и протянул мне бумаги. — Тут подписать надо.
Я пробежалась взглядом по накладной.
— Отгрузили уже? — Сверила данные с такой же поставкой в прошлом месяце и поставила подпись. — Печать у Марины есть. Пусть заверит.
Игнатов тут же убежал из кабинета, зато вошел Игорь.
— Тина Михайловна, — наш охранник разговаривал редко, отчего его голос казался сиплым. — Может быть, в розыск объявить. На вас покушение было, может и его похитили.
Я поморщилась, вернула сумочку на плечо и отправилась в операторскую.
— Дэн? — Заглянула я к мальчику. Он тут же повернулся ко мне и улыбнулся. — Ты знаешь, где Анатолий Григорьевич?
Ребенок тут же насупился.
— Говори уже, — Анна Николаевна стояла за моей спиной. — Вы сейчас у бабушки временно живете?
Денис кивнул.
— Я… вчера к дому подходил, но отец там…, - он прикусил губу и исподлобья посмотрел на меня. — Пьет он.
У меня брови вверх взметнулись.
— Пьет? — Так же удивилась Дулова. — Он же непьющий, — это она мне уже сказала. — Даже когда Элка сбежала, он не пил, а делом занимался.
— А сейчас пьет. Разнес там дома все, — Дэн покраснел, набычился и отвернулся.
Я вздохнула, потрепала ершистого мальчонку по вихрам и протянула руку.
— Давай ключи, — потребовала. Денис повернулся ко мне и неверяще посмотрел. — Надо твоего отца в реальность возвращать, пока компания не загнулась тут без него, — усмехнулась.
Нет, неделю-то мы продержимся, если он загуляет, но вот больше вряд ли. Никульчин держал все производственные нити в своих руках и не собирался их отпускать. У него проблемы были лишь с финансовой частью. Он гений выращивания овощей, но вот организация некоторых моментов у него хромает. Будем исправлять.
Денис отдал мне ключи и отвернулся к мониторам.
— Я с тобой поеду, — настояла Анна Николаевна. — Игоря бы прихватить с нами. Мало ли что там найдем. Но он вообще не буйный.
Игорь поехал на своей машине, соседка же показывала мне дорогу и сосредоточенно строила версии такого поведения Никульчина.
— Видать, сильно он после вашей ссоры расстроился, — подытожила она, когда мы добрались до самого обычного двухэтажного дома, что так же стоял на берегу озера, но на другой заводи, в отличие от моего. Забор был высокий, территория приличная, соток тридцать. — А чего тут открыто все? — Заглянула Анна Николаевна в открытую калитку. — Батюшки! — Ахнула.
Так как ключи не понадобились, я положила их обратно в сумочку и последовала за ней. И замерла.
Перед домом стояли теплицы… когда-то. Сейчас это была груда разбитого поликарбоната и пленки. Ну и металлом, искорёженным все сверху было забросано.
— Не буйный, значит, — вздохнула я и принялась пробираться к дому.
— Тин, ты не подумай…. Может, напал кто? — Анна Николаевна, кажется, была в ужасе от того, что я это увидела.
— Да-да, — согласилась я и вошла в дом через открытую настежь дверь. — Ау! — Позвала. — Есть кто дома? — Ответом мне послужила абсолютная тишина. — Ладно, — я сбросила босоножки, так как полы были совершенно чистые, и отправилась искать хозяина дома.
Кроме небольшого беспорядка на кухне, я больше ничего интересного на первом этаже не нашла. Пришлось лезть на второй. Заглянув в две детские комнаты, в третьей я все же нашла Никульчина. Он спал. Точнее, лежал на не расправленной кровати в той же одежде, в которой ко мне заходил. Рядом валялись несколько пустых бутылок. Мда, дела.
Я прошла к окну, отдернула шторы и открыла его.
— Нашла! — Крикнула Анне Николаевне.
Та тут же подбежала к дому.
— Живой? — Тут же переполошилась она.
— Живой. Спит, — оглянулась я на посапывающее тело на кровати. — Надо кого-то позвать, чтобы бедлам во дворе убрали.
— Уберем-уберем, — закивала соседка. — Ты пока там пригляди за ним, чтобы еще чего не учудил. Я все организую, — сказала она мне и бросилась к Игорю, который с печальным видом перебирал мусор от теплиц. Анна Николаевна что-то ему объяснила, потом они оба сели в машину охранника и уехали, оставив меня с пьяным шефом в одном доме.
Я вздохнула, отошла от окна и принялась собирать бутылки, которых оказалось всего четыре. На кухне нашла пятую, но она была почти полной. И откуда у него столько недешевого алкоголя в доме, если он не пьет? Я выбросила все в мусорный пакет и отправилась мыть руки. В ванной комнате лежала разбитая бита. В раковине. Уж не знаю, что тут Никульчин делал, но он явно мало соображал, складывая в чашу эти щепки.
Повздыхав, я снова отправилась наверх. Все же за этим начинающим алкоголиком действительно стоит присмотреть.
Глава 11
Анна Николаевна вернулась через час с бригадой мужиков и КАМАЗом под мусор. На улице тут же закипела работа, а завхоз «Топинамбура» поманила меня вниз. Пока я спускалась, Дулова уже обустроилась на кухне.
— Я еды вам принесла, — объявила она, едва я вошла в помещение. — Дома-то, небось, шаром покати. Вряд ли Толя готовил в таком состоянии. Вот ведь, довела мужика….
— Я? — Удивилась.
— Ну, он же с тобой поссорился до такой степени, что свои любимые растюшки все растоптал, — Анна Николаевна тяжело вздохнула. — Он же новые сорта для нашей лесополосы выводит, чтобы устойчивые ко всему были. Это дело не быстрое, но у него уже два сорта в народ ушли и семенные компании закупили для реализации. А в этом году не будет уж ничего.
Я опустила голову. Мда, надо было сразу поговорить с ним и объяснить все, а не истерить и не выгонять его из дома. Просто я испугалась до чертиков, понимая, что сама влюбляюсь и его обрекаю на проблемы со мной и моим здоровьем. Побоялась, что потом не смогу расстаться, когда уже поздно будет. Себя испугалась.
— Жалко, — согласилась.
— Ты ж не ела ничего в обед. Садись-ка, поешь, — на стол тут же была поставлена тарелка с салатом и чем-то вроде котлеты. — Это повариха наша расстаралась. Заметила, что ты почти всегда салатик легкий с мясом берешь, вот и сделала тебе.
— Спасибо, — умилилась я.
— Ты не расстраивайся только, — соседка с подозрением на меня посмотрела. — Образуется все. Толик только в себя придет и поговорите. Только постарайся с ним… поласковее и терпеливее. Мужик же, что с него взять, — она вздохнула и ушла руководить бригадой.
Я же с удовольствием пообедала, помыла грязную посуду и вновь отправилась наверх. От восхождения по лестнице меня отвлек звонок. Игнатов.
— Что еще случилось? — Просто так он бы звонить не стал.
— Тина Михайловна, это… вам бы Анатолия Григорьевича до завтра на ноги поставить. К нам комиссия едет, — в голосе Александра проскользнула паника.
— Какая комиссия? — Напряглась я.
— Зоинька сказала, что будут проверять, куда мы деньги от грантов потратим, — его голос сорвался на фальцет. — Но я пока не понимаю, нам тут надо вылизать все до песчаной подушки, или наоборот прибедниться?
Думала я три секунды.
— Грязи быть не должно, но должно быть заметно, что нам этих денег ой-как не хватает, — решила я. — Должно быть бедненько, но чистенько.
— Все, заметано, — Игнатов тут же повеселел. — Но вы Никульчина там сможете на деловой лад настроить?
— Тут уже без вариантов, — фыркнула я. — Придется.
— Тина Михайловна, как хорошо, что вы к нам работать пришли, — сообщил мне Александр и прервал звонок.
Я только головой покачала и поднялась еще на одну ступеньку, как телефон у меня снова зажужжал. Ванька?
— Что у тебя-то стряслось? — Спросила я вместо приветствия.
— Я тебе там на почту документы отправил, — в голосе брата послышалось легкое смущение. — А еще до меня слухи дошли, что твой шеф куда-то пропал.
— Он не пропал, — тут же опровергла я «сарафанное радио». — У него отгул сегодня… по состоянию здоровья.
— Если у него подобного плана отгул, то я предполагаю, что он пьет. Ты же меня тоже в таком состоянии на работу не пускала и говорила, чтобы я брал отгул по состоянию…. Поссорились что ли?