В плену страсти
— А разве вы его не прочтете?
Герберт резко обернулся, синие глаза метали искры. Неужто и секретарша отчитывать его вздумала — ни дать ни взять родная матушка!
— Простите?
— Ну, я просто заметила еще несколько конвертов, точно таких же..
— И что? — рявкнул босс.
— А вы даже не потрудились их вскрыть, — храбро докончила Бетани.
— Э, нет, — покачал головой Герберт. — Заявление, что я не потрудился их вскрыть, подразумевает, что я либо забывчив, либо нерадив. А я сознательно предпочел не вскрывать их!
Тут уж любопытство Бетани разыгралось ни на шутку. Ну может ли человек в здравом уме совладать с искушением вскрыть письмо, ежели конверт надписан от руки да еще таким изящным почерком?
— А могу я спросить почему?
Ответом ей послужил негодующий взгляд.
— Нет, не можете. Вам платят за то, чтобы вы мне помогали, а не допрашивали по-инквизиторски. Так что, Бетани, будьте любезны, напомните-ка мне, что у нас на повестке дня. А письмо положите ко мне на стол, как я просил… Вот и умница.
Покровительственное обращение неприятно задело молодую женщину, но та и виду не подала. Напоминая себе, что зарплата в «Суперфоун» стоит того, чтобы время от времени выносить вспышки дурного настроения босса, Бетани стиснула зубы и изобразила кроткую терпимость.
— Разумеется. У вас два сообщения на автоответчике от наших японских коллег. Ах да, еще звонили из Австрии, из тамошнего министерства иностранных дел. Просили перезвонить, как только сможете.
— Хорошо. — Герберт подошел к окну и окинул взглядом автостоянку, где под солнцем сверкали десятка два мощных машин, включая его собственную. — Еще что-нибудь?
— За деловым ланчем вы встречаетесь с Дугласом Фишем. Вам предстоит обсудить возможности спонсирования соревнований по гольфу.
— Где именно мы встречаемся?
Бетани не без самодовольства улыбнулась. Она загодя спросила одного из администраторов, какой из местных ресторанов считается лучшим. И даже привередливый Герберт Хендерсон наверняка одобрит ее выбор.
— Я заказала столик в «Лазурной лагуне». Ну, в том пижонском ресторане с видом на реку!
— Замените.
— Но…
— Замените! — прорычал Герберт, прочитав в ее взгляде невысказанный вопрос. — Я слишком занят, чтобы радоваться кривляньям официанта, который, пританцовывая, несет мне перечницу, точно невесть какое чудо света!
— Но, Герберт, ведь такая уж у них работа, — нахмурилась Бетани.
— Знаю, — нетерпеливо отмахнулся босс. — У них своя работа, у меня своя. И вообще, «Лазурная лагуна» — из тех злачных мест, куда мужчины полюбовниц водят!
Бетани вскинула глаза. Какое старомодное слово, тем более в устах ее ультрасовременного босса! И до чего нелестное!
— А вы откуда знаете? Там что, табличка на дверях висит?
— Вы, верно, там и не бывали никогда!
— Ну уж теперь-то я в этом ни за что не признаюсь — даже если и была! Так что не так со злосчастной «Лагуной»?
— Просто я считаю, что репутация ресторана сильно завышена. Освещение скверное, музыка слащавая, кормят посредственно, а цены заламывают несусветные. Пока ты продираешься сквозь меню размером с энциклопедию «Британника», официант все подливает да подливает, так что к концу обеда, того и гляди, под столом окажешься. Неспешное, коварное обольщение у меня в плане не значится.
— Значит, Дуглас Фиш может спать спокойно, — пошутила секретарша.
Герберт неодобрительно хмыкнул.
— Я намерен сытно поесть, а затем потолковать о деле, — сурово отрезал он.
— Ясно. — Бетани невольно залюбовалась боссом: тот просто-таки лучился здоровьем и жизненной силой, а по контрасту с белоснежной сорочкой его глаза напоминали матовый графит. — Но, видите ли, других ресторанов поблизости я просто не знаю. Может, вы чего-нибудь посоветуете?
— Почему бы не пообедать здесь? — проворчал Герберт, с головой погружаясь в заметки и цифры.
Бетани тут же представила, как носится туда-сюда с подносом и чашками. Может, ей еще и бутерброды придется намазывать?
— Как — прямо в офисе?
Герберт окинул ее взглядом из тех, что приберегал для особенно непроходимых тупиц.
— Нет, Бетани, не в офисе, — саркастически отозвался он. — Вот только крошек среди документов мне не хватало! Я имел в виду служебную столовую.
— А, — кивнула секретарша.
И Герберт безошибочно уловил в ее голосе нотку сомнения.
— Кормят у нас первоклассно, а алкогольные пары вряд ли затуманят нам сознание, поскольку самый крепкий напиток в ассортименте — это имбирное пиво.
Бедный старина Фиш! — подумала Бетани. Если он рассчитывал на роскошный обед в обществе одного из директоров «Суперфоун», то ему не повезло.
— Хорошо, я позвоню в «Лагуну» и отменю заказ, — деловито отозвалась секретарша. — Будем надеяться, Дуглас не рассчитывал погулять на дармовщинку.
— С какой бы стати? — недовольно нахмурился Герберт. — Вам, Бетани, давно пора усвоить жизненную позицию нашей компании. Вы же не первый день в штате, а месяц с небольшим!
— Собственно говоря, уже почти три, — уточнила секретарша, гадая, намеренно ли Герберт развил в себе способность не замечать женщин или это врожденное качество?
— Итак… — Герберт уселся за стол, вальяжно вытянув длинные ноги. — И что же вы успели усвоить?
Бетани тут же почувствовала себя первоклассницей, вызванной к доске отвечать таблицу умножения.
— Что победу в конечном счете делает экономия, — уверенно ответила она. — Что директора «Суперфоун» летают эконом-классом. Что рабочий офис — это не дворец турецкого султана.
— А почему нет? — негромко осведомился Герберт.
— Потому что вся прибыль вкладывается в расширение производства, чтобы обогнать конкурентов, — покорно отчеканила секретарша.
— Ммм… Превосходно, Бетани, превосходно, — рассеянно отозвался Герберт, сосредоточенно перелистывая пухлую подшивку документов.
— Пять с плюсом? — полюбопытствовала Бетани.
Но Герберт ее уже не слушал. Он так и пожирал цифры тем завороженно жадным взглядом, что большинство мужчин приберегают для красивых женщин.
Офис мистера Хендерсона был просторным и светлым, отделкой его занимался профессиональный дизайнер. Два письменных стола стояли один против другого, что Бетани отнюдь не радовало. Под взглядом холодных синих глаз босса попробуй расслабься! И уж, конечно, не станешь ногти красить или подружке звонить — даже в обеденный перерыв, — ежели суровый начальник восседает в каком-нибудь футе от тебя.
Бетани удавалось спокойно вздохнуть только в те редкие дни, когда Герберт отбывал в командировки. Как большинство секретарш, она находила, что в отсутствие босса в офисе работается куда продуктивнее.
В одном углу кабинета стояли диванчик и два кресла, разделенные журнальным столиком, — вынужденная уступка велениям комфорта. Каждую неделю флорист присылал со вкусом подобранные букеты свежих, благоуханных цветов. Беспорядок в офисе сводился к минимуму, и Бетани не без внутреннего усилия прониклась духом нового рабочего окружения. Она уже научилась убирать со стола все лишнее и штудировала тот раздел в руководстве «Суперфоун», где содержались советы, как «избавиться от ежедневных стрессов». Хотя пока они почему-то не помогали.
Босс и секретарша вкалывали, не покладая рук, пока Бетани не ощутила характерное бурчание в животе. Герберт, погрузившись в работу, словно забывал о таких пустяках, как еда и питье.
— Не заварить ли вам чайку? — с надеждой спросила молодая женщина. — С мятой или, скажем, с ромашкой?
— Еще чего! — фыркнул Герберт. — Вот теперь самое время для кофе — черного, крепкого, без сахара, как всегда.
— Но слишком много кофеина вам вредно, Герберт. Вы и без того раздражительны…
— Вашими трудами, Бетани! Думаете, зачем мне кофе? — съязвил он, проглядывая почту.
Бетани послушно отправилась за кофе, этим крепчайшим, черным, как смола, напитком, в котором, видимо, как раз и заключался секрет неутомимой работоспособности Герберта и его худощавой стройности. Бетани поставила перед боссом пластиковый стаканчик с аппетитно дымящимся напитком, а сама сжевала большое зеленое яблоко, пока Герберт разговаривал по телефону с Токио. Всякий раз, как она похрустывала сочной мякотью, босс недовольно морщился.