В плену страсти

Сначала им обоим пришлось слезть со стола и привести в порядок одежду. Но худшее ждало впереди. Интересно, что может быть постыднее, чем, краснея, как маков цвет, разыскивать трусики среди разлетевшихся бумаг? А потом еще в довершение «удовольствия» собственный босс извлек искомый предмет откуда-то из-под стола и демонстративно предъявил владелице.
— Ты не их потеряла?
— Да у тебя просто талант отыскивать интимные предметы женского туалета! — мстительно проговорила Бетани, вспоминая нижнее белье Даньелл.
  
И тут, словно выбрав самый неподходящий момент, в дверь постучали.
— Не входите! — пискнула Бетани.
Она услышала приглушенные перешептывания и с ужасом представила, о чем могла идти речь за дверью. А ведь они даже запереться не подумали!
— Любой мог войти и застать нас в таком виде!
Герберт недоверчиво покачал головой, застегивая ремень и гадая, не спятил ли он. Неужто он в самом деле только что занимался любовью с секретаршей на рабочем столе в офисе?
— А то я не знаю! — рявкнул он, вернулся к столу, собрал рассыпанные папки и с грохотом водрузил их на место.
Жест столь драматический совершенно не вязался с образом невозмутимого, рассудочного босса. А всему виной была Бетани… черт бы ее подрал!
— Я не могу здесь оставаться, — тяжело вздохнул Герберт. — Пойду пройдусь. Когда вернусь, не знаю.
Охваченный нетерпением уйти, исчезнуть, раствориться в воздухе, он едва не сорвал дверь с петель… и застыл на пороге как вкопанный. Прямо перед ним красовался роскошный букет. Герберт наклонился и извлек из цветов белый с позолотой конвертик, на котором значилось одно-единственное слово: «Бетани».
— Это еще от кого? — прорычал он негодующе. Бетани решительно выхватила конверт и прижала цветы к груди.
— Так тебе все и скажи! — ехидно отозвалась она, хотя сама не подозревала, кто бы мог прислать ей такой замечательный подарок.
Но в качестве отвлекающего средства цветы оказались как нельзя более кстати. Едва Герберт ушел, Бетани дрожащими пальцами вскрыла конверт. Внутри лежала записка.
Большое спасибо за разумный совет. Я ваш должник. С любовью, Ронни.
Цветы — голубые и синие, точно летнее небо, — благоухали на весь офис, но Бетани так и не воздала им должное. Она поставила их в вазу, надеясь, что Герберт станет ее допрашивать. Однако в тот день босс в офис так и не вернулся, поэтому Бетани забрала букет домой и продемонстрировала соседке. Джилл восхищенно захлопала в ладоши.
— Ронни Коннолли дарит тебе цветы, а ты все грустишь? Не понимаю я тебя, Бетани…
— Да я сама себя не понимаю, — убито посетовала молодая женщина.
На следующий утро Герберт на два дня улетал в Швецию. И перед самым его отъездом между ним и Бетани состоялся до крайности неприятный разговор.
— Такси прибудет в десять, — сообщила секретарша, недоумевая, отчего босс выглядит настолько измученным и понурым.
— Спасибо.
— Билеты и прочие документы в этом конверте.
Герберт неловко принял конверт из ее рук, точно бомбу замедленного действия, стараясь не встречаться с секретаршей взглядом.
— Спасибо еще раз.
— Кажется, это все.
— Да. — Герберт вздохнул. — Бетани…
— Прошу тебя, не надо, — ледяным тоном проговорила она, предвидя поток оправданий. — Терпеть не могу сочувствия!
— Нам попросту не удастся вести себя так, словно ничего не произошло.
— Естественно, — возразила молодая женщина. — Ты то и дело пропадаешь где-то. За сегодняшний день мы с тобой едва ли парой фраз перемолвились. И все равно атмосфера в офисе царит как на Северном полюсе.
— Знаю, — кивнул Герберт.
Наступила томительная пауза. Исключить Бетани из своей жизни оказалось далеко не просто. Герберт тяжело вздохнул. Даже когда он уходил из офиса куда глаза глядят, Бетани незримо сопровождала его повсюду. Он даже подумал, что, возможно, им стоит продолжать встречаться… если обстоятельства изменятся.
— Вот поэтому я и решил тебя повысить.
— Повысить? — похолодела Бетани.
— Именно. Личная ассистентка вице-президента компании вышла замуж за француза и уезжает в Лион. Для тебя эта вакансия в самый раз.
Не веря своим ушам, Бетани уставилась на босса. Все ее мечты развеялись по ветру. В глубине души она, конечно, знала, что их роман дальше завязки не пойдет, но ей казалось, что Герберт, по крайней мере, ценит в ней хорошего работника и не станет столь бесцеремонно выставлять за дверь.
— Да скажи что-нибудь наконец! — не вытерпел он.
— Что именно? Ты, наверное, ждешь, что я стану рассыпаться в благодарностях за то, что ты перекраиваешь мою жизнь, даже не удосужившись спросить моего мнения? За то, что уступаешь меня человеку, с которым я двумя словами не обменялась?
— Но мистеру Фоддеру ты по душе. Он ценит твои рабочие качества…
— Да ну? Хотя, встречаясь в коридоре, в упор не узнает? — негодующе воскликнула Бетани. — Что ты ему про меня наговорил? Ведь не просто так мистер Фоддер предлагает мне место без предварительного собеседования!
— Уж не намекаешь ли ты, что я рассказал ему про нашу… субботне-воскресную интрижку?
Так вот как Герберт воспринимал случившееся! Перед глазами у Бетани все поплыло.
— А это так?
— Разумеется, нет! С какой бы стати?
— Есть такая штука — мужская удаль! Донжуаны любят хвастаться своими подвигами. — Бетани удрученно поникла. — Заодно распиши ему в красках, как занимался со мною любовью на рабочем столе.
— Видите! — обличающе воскликнул Герберт, словно призывая в свидетели невидимую аудиторию. — Вот что случается, если смешивать работу и развлечение. И то и другое превращается в фарс!
— Мне-то откуда знать, — возразила Бетани, изнемогая от душевной боли. — Я подобные развлечения не жалую. Может, это у тебя ритуал такой — переспать с секретаршей, а потом обеспечить ей повышение.
— Да я никогда не спал с секретаршами! — взревел Герберт. — Ни на столе, ни где бы то ни было!
— Ты бы не кричал во весь голос, Герберт! Тебя по всему зданию слышно!
Он с трудом перевел дыхание.
— Если хочешь знать, моя прежняя секретарша работала на меня в течение четырех лет! И вообще, все в твоих руках. Скажи ясно и четко: устраивает тебя перевод по службе или нет?
Бетани подняла глаза. Да, любое средство хорошо, лишь бы не встречаться с ним каждый день, лишний раз напоминая себе, чего лишилась.
— Знаешь… пожалуй, что и устраивает.
  
12
 
К тому времени, когда Герберт вернулся из Швеции, в «Суперфоун» произошли перемены.
Теперь Бетани работала на вице-президента и новой своей должности весьма радовалась. Майкл Фоддер оказался человеком серьезным, целеустремленным, покладистым… и не лишенным чувства юмора. Что еще важнее, он был женат и супругу свою только что не боготворил.
А Герберт обзавелся новой секретаршей. Бетани втайне ликовала: преемница, при всей ее компетентности и приятности в обхождении, была устрашающего вида особой лет пятидесяти с хвостиком.
— Так ему и надо! — мстительно объявила она Джилл.
— По-моему, ты к нему слишком строга.
— Ушам своим не верю! — всплеснула руками Бетани. — Ты, никак, забыла, о ком идет речь! Это же Герберт Хендерсон, который мною подло воспользовался и бросил!
— А мне казалось, он просто соблюдает ваш первоначальный договор: закончился уик-энд — и вы оба возвращаетесь к прежним отношениям.
— Ты его защищаешь? — вознегодовала Бетани.
— Сама не знаю, — вздохнула Джилл. — Почему бы тебе на худой конец не поговорить с ним по душам? Он же дважды сюда звонил.
— Не желаю с ним ни о чем разговаривать!
  
В это самое мгновение оглушительно затрезвонил телефон, и Бетани поспешно схватила трубку.
— Бетани…
Голос на другом конце провода отличался глубокими бархатистыми интонациями, но молодая женщина не испытала и искры волнения.
— Привет, Ронни.