В плену страсти
А Бетани сплетала и расплетала дрожащие пальцы, мечтая, чтобы поскорее прибыла невеста и церемония пошла бы своим чередом. Что за мука — сидеть и гадать, кого из этих блестящих красавиц Герберт привел в качестве своей дамы!
Может быть, вон ту соблазнительную брюнеточку во втором ряду, которая отродясь не слышала, что в церковь принято одеваться поскромнее? Или вон ту платиновую блондинку в соломенной шляпке — такую длинноногую, что не кем иным, кроме как фотомоделью, она и быть не могла!
Но когда появилась Берил, прелестная, точно ангел, в роскошном свадебном наряде, и произнесла первые слова супружеских обетов, у Бетани слезы навернулись на глаза. На протяжении всей службы молодая женщина тихонько всхлипывала в платочек, который предусмотрительная Джилл в последний момент затолкала ей в сумочку.
Наконец под сводами зазвучали торжественные аккорды свадебного марша и свадебная процессия неспешно прошествовала по проходу между рядами. Бетани неотрывно смотрела на алтарь, твердо вознамерившись не встречаться взглядом с Гербертом. Кто знает, что она прочтет в сапфирово-синих глубинах его глаз, а рисковать ей не хотелось. Да, свадьбы располагают к проявлению эмоций. Но одно дело, если по щеке чинно скатится слезинка-другая, и совсем другое — разрыдаться в голос на виду у всех присутствующих!
Приблизившись, Герберт мысленно приказал молодой женщине обернуться, однако та, поджав губы, сосредоточенно уставилась перед собою. Но вот Ронни прошептал что-то ей на ухо, Бетани ответила, и лицо ее озарилось мягкой приветливой улыбкой. Герберт едва не задохнулся от гнева. С каких это пор Ронни состоит в кавалерах при Бетани? Неужто ему своих женщин мало, так еще и на чужую собственность покушается?
У церкви гости, разбившись на группы и пары, позировали перед объективами фотоаппаратов. К Ронни тотчас же слетелись поклонницы, точно мухи на мед, и, воспользовавшись суматохой, Бетани через плечо оглянулась на Герберта.
В отличие от Ронни он оделся традиционно. В светло-сером пиджаке и брюках в полоску он выглядел до крайности официально — и до крайности сексапильно. Женщины так и пожирали его глазами!
— Что это еще за взгляд: дескать, видит око, да зуб неймет? — подмигнул Ронни своей спутнице.
— Нет, это значит: повезло, вовремя одумалась! — бодро улыбнулась Бетани.
— Хмм… — недоверчиво протянул Ронни. — Снаружи ждет автомобиль: не поехать ли нам на прием?
Герберт с досадой проводил их глазами. Но догонять не стал: за руку его прочно ухватилась трехлетняя малышка, самая младшая из подружек невесты, решившая, что непременно с ним «поженится», как только подрастет.
— Мой совет тебе, котенок: голосуй за холостяцкую жизнь, — хмуро улыбнулся он, глядя на черный лимузин, только что поглотивший затянутую в серебристую ткань фигурку.
Мать трехлетней крошки, расслышав его последние слова, проследила за взглядом Герберта.
— Вот ведь повезло девушке! — не без зависти вздохнула она. — Сколько сердец разобьется, как только новость облетит город!
— Какая еще к черту новость? — Герберт яростно закусил губу. Можно подумать, Бетани и впрямь законная собственность Ронни! Нет уж, если эта облаченная в серебро красавица кому-то и достанется, так ему, Герберту, и никому другому! — Кажется, об официальной помолвке еще не объявлено!
— Да ладно, ладно, — спохватилась гостья. — Простите, если что не так.
Ронни велел шоферу не спеша объехать вокруг парка. Но едва вдали показался особняк родителей Берил, Бетани внутренне похолодела.
— Послушай, Ронни, кажется, у меня духу не хватит явиться на прием.
— Почему? — удивился актер.
Потому что там будет Герберт, подумала она, но вслух этого не произнесла. Знай Бетани заранее, что не справится с ситуацией, ни за что бы не поехала! А Ронни уже открыл для нее дверцу автомобиля, галантно подал руку и увлек по направлению к дому.
— Если тебя пугает знакомство с матерью Герберта, то волноваться тут совершенно не о чем, — весело заверил ее он. — Честное слово, вы с ней отлично поладите!
Мать Герберта!
Бетани уже готова была развернуться и позорно сбежать. И как это она не подумала! Разумеется, леди Хендерсон там будет, учитывая, что виновник торжества — ее сын!
У молодой женщины закружилась голова. Не помня как, она поднялась на высокое крыльцо, переступила порог, пересекла просторный холл… И вот роковой миг настал!
— Леди Хендерсон, позвольте представить вам Бетани Браун, — невозмутимо произнес Ронни.
Молодая женщина очутилась перед высокой, элегантной дамой в розовом платье, чьи синие глаза — такие знакомые! — замечательно гармонировали с серебристой сединой волос. Бетани, отчаянно смутившись, едва не присела в реверансе.
— Оч-чень приятно, — пролепетала она и почувствовала, как руку ее пожимают весьма решительно и крепко.
Стоя рядом, Герберт с трудом сдерживал злость на Ронни, который осмелился представлять Бетани его собственной матери! Он с ненавистью смотрел на актера, до боли впиваясь ногтями в ладони и прикидывая, что случится, если он сейчас при всех ухватит старого друга за шиворот и вышвырнет вон! Но тут Ронни снова заговорил, и раздражение Герберта исчезло, словно его и не было.
— Бетани — подруга Герберта, — улыбнулся он. — Герберт привозил ее в Милберри-холл две недели назад.
— Вы тогда ногу подвернули, — услужливо пояснила Бетани.
Леди Хендерсон с досадой взглянула на лодыжку, и только сейчас Бетани заметила повязку.
— Буду знать, как играть в теннис с девчонкой, которая мне в дочери годится! — Четкие, выверенные, аристократические интонации внушали Бетани робость, зато глаза и губы улыбались ей тепло и искренне. — Счастлива с вами познакомиться, Бетани. Вы для Герберта — настоящая находка. — Леди понизила голос. — Вы не представляете, до чего отрадно сознавать, что оба моих мальчика наконец-то надумали подарить мне внуков!
Бетани едва не умерла от растерянности. Но не могла же она при всех объяснять леди Хендерсон, что со времени их возвращения они с Гербертом едва ли двумя словами перемолвились. И что ей вряд ли представится шанс подарить ребенка сыну леди Хендерсон, учитывая, что упомянутый сын даже в одной комнате с нею находиться не желает…
— Изумительная свадьба! — искренне похвалила Бетани и пошла дальше вдоль цепочки встречающих.
Она расцеловала в обе щеки Берил и Эвана, произнесла подобающие случаю слова поздравлений из тех, что тут же забываются, но перед взором ее, мешая сосредоточиться, маячило хмурое лицо Герберта.
А тут настала и его очередь. Молодая женщина подняла глаза, и сердце ее словно остановилось в груди — до того неотразимым и желанным выглядел Герберт!
— Что тебе сказала мама? — вполголоса осведомился он.
— Мы обсуждали свадьбу. Торжество и впрямь удалось на славу, — изобразила непонимание Бетани.
— Ты отлично знаешь, что я не об этом!
— Герберт, успокойся, — гордо вскинула голову Бетани. — На нас смотрят!
Не в состоянии решить, чего ему хочется больше — встряхнуть непокорную за плечи или поцеловать в губы, Герберт наклонился к самому ее уху. Тонкий аромат духов кружил ему голову.
— Послушай, Бетани, нам надо…
— Надо радоваться, что сегодня так повезло с погодой? Совершенно с тобой согласна, — ослепительно улыбнулась молодая женщина, чуть отстраняясь, — горячее дыхание собеседника сводило ее с ума. — Замечательная свадьба, верно? — И она двинулась дальше, всем своим существом ощущая на себе яростный взгляд синих глаз…
Бетани незаметно выскользнула из холла и направилась к воздвигнутому в саду шатру, где официанты разливали шампанское. Схватив бокал, она осушила его одним глотком. Затем, закрыв глаза, прислонилась к деревянной, увитой цветами опоре.
Что за ирония судьбы! Леди Хендерсон ничуть не была похожа на надменную аристократку, описанную Даньелл. Она без возражений приняла Бетани в качестве возможной невесты обожаемого сына… От этого на сердце молодой сердце стало еще тяжелее.