В плену страсти
— Кого, например? — поморщился Герберт.
— Господи, мне-то откуда знать? Наверняка на свете найдутся сотни женщин, которые будут только рады сыграть роль подружки Герберта Хендерсона на один уик-энд!
— Ага, точно. Причем большинство из них из кожи вон вылезут, чтобы сие почетное звание закрепить за собою пожизненно. Я не могу рисковать, — мрачно докончил Герберт.
От такого самомнения у Бетани просто дух перехватило.
— Держу пари, что в городе сыщется хотя бы одна женщина, способная противостоять вашим чарам в течение сорока восьми часов!
Уголки губ его дрогнули — саркастическое замечание попало в цель. Синие глаза заговорщицки вспыхнули. Нужна девушка не его круга. Никому из его друзей и родственников неизвестная. Девушка, которая согласится поучаствовать в представлении, а потом выбросит его из головы. Девушка не в его вкусе — вот только неодолимых искушений ему не хватало! Словом… словом…
— А как насчет вас? — неожиданно предложил Герберт.
— Я?! — Бетани захлопала ресницами. — С какой стати я?
Герберт на минуту задумался. Стоит ли ходить вокруг да около? Правда — вот лучшая политика.
— Ну, во-первых, потому, что я вас нисколько не привлекаю. — Синие глаза так и буравили собеседницу. — Я прав, Бетани?
Секретарша мужественно выдержала его взгляд. Она отлично знала, что девять женщин из десяти влюбились бы в босса с первого взгляда. Может, и она не устояла бы, если бы… если бы на него не работала. А так ей проще вообразить, будто она целуется с бетонной плитой, нежели с Гербертом Хендерсоном.
— Совершенно правы, — кивнула Бетани.
— Спасибо за откровенность, — не без ехидства улыбнулся Герберт. — И, по счастью, чувство это обоюдно. Вы — последняя, с кем бы я хотел закрутить роман.
— Благодарю покорно! — вспыхнула Бетани. Право же, босс мог бы сформулировать ту же самую мысль куда более учтиво!
Взгляд, брошенный в ее сторону из-под полуопущенных ресниц, не оставлял место сомнениям.
— Итак, вы не заняты в ближайшие выходные?
Бетани замялась. Неписаное правило гласило: если вы не замужем, а мужчина спрашивает, не заняты ли вы в ближайшие дни, надо отвечать: занята. Еще как занята! Тогда у людей складывается впечатление, что вы ведете бурную, насыщенную событиями жизнь, а не сидите сложа руки, дожидаясь прекрасного принца на белом коне.
Но Бетани терпеть не могла лгать. Даже во спасение.
— Хмм… нет. Не занята. Напротив, очень даже свободна.
— Значит, вы согласны?
— На что? Изобразить вашу счастливую избранницу?
— Именно.
Бетани окинула собеседника взглядом. Холодные синие глаза, густые русые волосы. Стройное, мускулистое тело — просто атлет какой-то, а не офисный работник!
— Нет, — твердо возразила она.
Герберт нечасто просил женщин об услуге — обычно он и без просьб получал желаемое. И к отказам тоже не привык, да еще к таким категоричным! Ощущение было новым — и, как ни странно, оно возбуждало.
— Почему же нет?
— Потому что я ваша секретарша, а никакая не любовница.
— Да я, вообще-то, и не жду, что наши вымышленные взаимоотношения завершатся постелью. — Герберт с трудом сдержал улыбку. — Тоже мне, метод Станиславского.
Бетани выросла на ферме и все, что касалось размножения и деторождения живых существ, воспринимала как само собою разумеющееся. В противном случае наверняка бы покраснела от смущения. А именно эту цель, по всему судя, ее собеседник и преследовал.
— Я почти ничего о вас не знаю, — невозмутимо ответила секретарша.
— Я ни с кем еще не откровенничал так, как с вами, — совершенно искренне возразил Герберт.
— Для роли влюбленной подружки моих познаний недостаточно.
— Так спрашивайте: я отвечу на любой вопрос!
— А что мне придется делать? — опасливо полюбопытствовала Бетани.
— Да сущие пустяки. Пообедаете со мной пару раз. Может, в теннис сыграете. Посмеетесь моим шуткам. С матушкой моей познакомитесь. С обожанием станете смотреть мне в глаза…
— Вот насчет последнего не уверена, — честно предупредила Бетани. — Актриса из меня никудышная.
— Ну что ж, если перспектива провести выходные в моем обществе вас не прельщает, — обиженно поджал губы Герберт, — вот вам дополнительная приманка. — Он выдержал эффектную паузу и небрежно обронил: — Что, если я скажу, что в гостях у нас будет о-очень известный актер?
Облегченно вздохнув, — хорошо, что Герберту хватило такта не предлагать ей денег! — Бетани постаралась скрыть любопытство. Наверняка речь идет о каком-нибудь типе, снявшемся в рекламном ролике про кофе или зубную пасту.
— Правда? И кто бы это мог быть?
— Ронни Коннолли! — сказал Герберт, откровенно наслаждаясь моментом.
Бетани изумленно прикрыла рот ладонью. Прошло секунд десять, прежде чем к молодой женщине снова вернулся дар речи.
— Тот самый Ронни Коннолли?
— А разве их два или три?
Она нервно сглотнула, до глубины души потрясенная услышанным. Ронни Коннолли не только снялся в самом кассовом фильме года — легкомысленный красавец с капризным изгибом губ был провозглашен секс-символом последнего десятилетия!
— Ронни Коннолли, — медленно повторила она, тщательно выговаривая каждый слог, на случай, если вдруг ослышалась. — Ронни Коннолли будет в гостях у вашей матушки?
— Именно так.
Бетани нахмурилась. В привычном ей мире кинозвезды не наносили визиты твоим родителям.
— Он что, ваш близкий друг? — подозрительно осведомилась она.
— Ну да. — И, встретив недоверчивый взгляд, Герберт счел нужным пояснить: — Ронни жил в соседнем доме. Мы ходили в одну школу, а потом он переехал, но мы продолжали перезваниваться и навещать друг друга.
В каких же кругах вращается мистер Хендерсон, если по выходным встречается со звездами первой величины, и ведь ни словечком о том не обмолвится! Да если бы Ронни Коннолли входил в число ее друзей, уж она бы все офисные стены его портретами заклеила!
А Герберт тем временем смотрел на взволнованное лицо секретарши и гадал, с какой стати он ощутил разочарование. Неужто вообразил, что Бетани отличается от прочих женщин, что она ценит мужчину за то, каков он есть, а не за громкую славу? И когда только он усвоит горькую истину?
— Ну что, надумали-таки поехать? — не без издевки осведомился он.
Бетани знала, что не стоит покупаться на громкое имя. И понимала, что в силу каких-то неведомых ей причин сейчас Герберт предпочел бы услышать от нее «нет».
Отказаться? Да раньше ее запрут на ключ! От предвкушения у Бетани просто-таки дух захватывало. До чего удивятся братья!
— А как же!
— Ох уж эта мне погоня за знаменитостями! — съязвил босс.
— Будет, о чем внукам рассказать, — стала оправдываться Бетани.
— Только смотрите, чтобы внуки эти не звали Ронни дедушкой, — предупредил Герберт, наблюдая за тем, как непонимание на лице молодой женщины сменяется возмущением: до нее наконец-то дошел оскорбительный смысл последней фразы. — У моего друга репутация завзятого сердцееда, — пояснил он с усмешкой. — Да вы сами понимаете…
Бетани не особо удивилась. При его-то внешности Ронни Коннолли наверняка меняет женщин как перчатки! Однако кинозвезды, которым платят баснословные суммы, вряд ли станут бегать за деревенскими простушками, выросшими на ферме.
Бетани откинулась на стуле и просияла широкой улыбкой.
— Итак, что мы имеем? Любимец публики и объект неразделенной девичьей любви? Увлекательный предстоит мне уик-энд, что и говорить!
3
Натягивая мотоциклетный шлем, Бетани чувствовала, что голова у нее идет кругом. Стоял душный летний вечер, и мир казался молодой женщине слегка нереальным. Ей так до конца и не верилось, что она только что согласилась поехать на уик-энд к родителям Герберта Хендерсона и разыграть роль его обожаемой подружки.
Бетани оседлала мотороллер. Отец и братья наскребли денег на этот роскошный подарок к ее совершеннолетию в благодарность за все, что она для них сделала. Что до скорости, то некоторые любители бега трусцой с легкостью обгоняли мотороллер, зато как приятно было после тяжелого рабочего дня доехать до дома с комфортом!