Лучшая песня
Потом они молча лежали, не размыкая объятий. Слышно было только их все еще тяжелое, неровное дыхание. Дорис не догадывалась, о чем думает Итан, но знала, чего в эту минуту больше всего на свете хотелось ей. Чтобы время остановилось и она могла оставаться в этой чудесной теплой парчовой пещере с мужчиной, который сделал ее жизнь такой необыкновенной, волнующей и в то же время печальной. Я могла бы полюбить тебя, подумала она. Могла бы.
Осторожно повернув голову, Дорис посмотрела на лицо Итана, смутно видневшееся в багровой полутьме, и провела пальцем по его губам. Он приоткрыл рот и легонько прикусил ей мизинец. Вновь охваченная возбуждением, она, застонав, выдохнула его имя. Итан лег на нее и стал целовать с такой страстью, таким желанием, что оно вызвало ответный порыв в каждой клеточке ее тела. Раздвинув бедра, она вновь впустила его в себя, открыто и агрессивно упиваясь блаженством. Когда все кончилось и они, ослабевшие и утомленные, отдыхали, Итан поднял полог.
- За нами могут наблюдать, - запротестовала Дорис.
- Я хочу тебя видеть. И если только он не висит за окном в вертолете, то никак не сможет ни заглянуть в эту комнату, ни увидеть того, кто лежит на кровати.
Поднявшись на колени рядом с ней, он провел ладонями по ее телу сверху вниз, настойчиво подбираясь к горячему влажному лону. Его пальцы быстро нашли самую чувствительную точку, и это новое ощущение потрясло Дорис.
- Мы могли бы провести здесь целый день, - произнес он хрипло.
- Да, - прошептала она, - Итан, боже мой, Итан...
Она напряглась, застонала и выгнулась.
- Я и не знала, что могу... Столько раз. Вскрикнув, Дорис отдернула его руку, пытаясь отдышаться, но он не останавливался.
- Итан, довольно, - взмолилась она.
Дорис опрокинула его на кровать и, удерживая за руки, заглянула ему в глаза. Они стали темно-серыми, подернулись дымкой, губы были слегка приоткрыты, словно ему было трудно дышать. И это так возбудило ее, что теперь она взяла инициативу на себя и дразнила его до тех пор, пока он не застонал от острого наслаждения.
Едва переводя дыхание, он спросил хриплым голосом:
- Больше не испытываешь чувства вины? Дорис покачала головой. Но желание быть любимой росло в ней.
- Пойдем в душ! - вдруг скомандовал Итан.
- Вместе? А ты не думаешь, что это чревато...
- Даже если и так, что из того?
- Это безумие.
- Да, но я только что обнаружил, что мне совершенно не хочется, чтобы оно когда-нибудь кончилось.
Но ведь рано или поздно ему все равно придет конец, подумала девушка.
- Не уверена, что смогу пошевелиться, - сказала она вслух.
Он улыбнулся и помог ей встать.
Когда Дорис одевалась после душа, отойдя подальше от окна, он попросил ее еще раз показать ему фотографии.
- Зачем?
- Я хочу понять, с какой точки снимали. Она достала из чемодана конверт и протянула ему.
- Только сначала оденься.
- Сейчас, - рассеянно проговорил он, перебирая снимки. - Здесь одной не хватает. Ты уничтожила ее?
- Да, - ответила она с вызовом.
Итан только кивнул и, ничуть не стесняясь своей наготы, подошел к окну, держа фотографии в руке.
Скульптурно вылепленная спина, длинные ноги, широкие плечи и узкая талия, - прекрасное, стройное, мускулистое тело. И, несмотря на то, что в комнате было прохладно, его кожа казалась удивительно теплой. К ней так и тянуло прикоснуться!
- Те, что были сделаны, когда ты выходила из Холла, сняты откуда-то сверху.
- Так и есть, - подтвердила Дорис, глядя из окна на деревья.
- Примерно под таким же углом, как отсюда.
Положив руку на обнаженную спину Итана, она взглянула через его плечо на снимок и перевела взгляд на тропинку, по которой в тот день возвращалась в коттедж. Однако ее мысли были заняты не столько видом из окна, сколько ощущением теплой кожи, на которой лежала ее ладонь. В сладостной истоме Дорис прикоснулась губами к его плечу.
- Веди себя прилично.
- Не хочу.
Итан скорчил насмешливую гримасу, протянул ей конверт и пошел одеваться.
- Надень-ка свитер, становится прохладно, - скомандовал он.
Рассеянно кивнув, она положила фотографии обратно в чемодан.
- Выгуляем собак, а потом съездим в городок, купим что-нибудь на ужин.
- О'кей.
Он усмехнулся.
- С чего это ты стала такая послушная?
- Я всегда была такой. И вообще я очень покладистая.
- Заметно, - добродушно усмехнулся Итан, и Дорис покраснела. - Я имел в виду не это! Пойдем, я проголодался. Мы с тобой весь день ничего не ели.
- Мне только надо намазаться кремом от загара.
- Дорис, солнце едва светит!
- Но на улице ветрено, и в воздухе полно всякой дряни. - Девушка вернула ему насмешливую улыбку и добавила: - А красивую кожу необходимо защищать. Это входит в условия контракта, - пояснила она, и Итан усмехнулся.
- В таком случае защити ее побыстрее.
Выйдя из дома, Итан подошел к огромному вязу, росшему под окном его спальни. Он искал какие-нибудь следы, свидетельствующие о том, что кто-то залезал на дерево.
- Наверное, надо поставить в известность местную полицию, - предложила Дорис.
- Я уже это сделал. Когда ходил осматривать окрестности, позвонил с фермы. И еще попросил Джека сообщить мне, если он встретит кого-нибудь нездешнего.
Они дали собакам вволю побегать, а потом поехали в ближайший городок. Начинало темнеть. Итан припарковал машину у супермаркета.
- Поужинаем в "Перьях"?
- В каких перьях? - смеясь, переспросила Дорис.
Он указал на постоялый двор XVII века.
- Вы плохо обследовали окрестности, мисс Ламберт.
- Мистер Росс! - окликнул кто-то.
Они обернулись. К ним бежал запыхавшийся юноша.
- Мистер Росс!
- Да, - произнес Итан ледяным тоном.
Дорис вздрогнула. С тех пор, как они встретились на телевидении, она еще ни разу не видела его таким.
- Я написал книгу...
- Пошлите ее мне в контору, - сказал Итан сухо и, взяв Дорис под руку, повернул в сторону от гостиницы.
- Но она у меня здесь, с собой! Итан даже не обернулся.
- Мистер Росс! - не унимался юноша. Итан остановился и смерил презрительным взглядом молодого человека с редеющими каштановыми волосами и озабоченным лицом.