Лисица (не) против Феникса в мужья (СИ)

— Хватит, Дрейк, — я ловко вынырнула и отгородилась от мужчины столом. — Сделай нам лучше кофе.
— Пожалуйста, — с нажимом произнёс феникс.
— Пожалуйста, — послушно повторила я.
— Назови меня любимым, — ухмыляясь сказал Дрейк.
— Вот ещё! — хмыкнула я.
— Ну, значит, теперь ты по утрам без кофе, — ухмыльнулся в ответ парень и развернувшись пошёл в сторону утыканного ледяными стрелами дивана.
  
— Но это нечестно! — возмутилась я. — Сначала, значит, гад пернатый, ты подсадил меня на него, а теперь шантажируешь! Это подло! Не по-семейному!
— Не спать с мужем тоже не по-семейному! Я вон в клетке маюсь из-за тебя, а мог бы на мягкой кроватке! — в тон мне ответил вредный феникс.
— Нет, я серьёзно. Во-первых, сделай, пожалуйста, мне кофе лю — би — мый — муж, — скороговоркой проговорила я эти два чужие для моего языка слова. — А во-вторых, получается это идиотское проклятье, которым ты мне в самом начале угрожал, фикция? Мне ничего не грозило? Тогда зачем ты устроил эту дурацкую свадьбу? Короче, муженёк! Я окончательно запуталась в твоих мотивах. Расскажи всё нормально! И кто та баба с портрета тоже расскажи!
К концу своей речи я успела даже немного разозлиться и, сложив руки на груди, уселась на стул в ожидании ответа.
На лице я попыталась изобразить максимальную степень недовольства, какая бывала порой у мамы в случаях, когда отец перебирал алкоголя и заявлялся домой под утро.
Не знаю, вышло ли у меня или нет, но Дрейк, сделав в абсолютной тишине нам кофе, сел напротив.
— Почему тебя не устраивает ответ, что это наш с тобой портрет? — задумчиво глядя на стоя́щие между нами чашки, спросил феникс.
— Потому что это враньё, — грубо ответила я.
— С чего ты это взяла? — я промолчала, обиженно поджав губы. Феникс продолжил. — Я заказал его у художника, я же сказал.
— И он написал его за один день? — с издёвкой спросила я.
— Это был срочный заказ.
— Ты меня, правда, за такую дуру считаешь? Разговор окончен, — я решительно начала вставать, но Дрейк, перегнувшись через стол, нажал мне на плечо и усадил обратно.
— Ладно-ладно, вот ведь какая строгая, расскажу. Вот уж не думал, что ты такая ревнивица, — я опять начала вставать, но Дрейк снова усадил меня. — Это моя первая любовь. И твоя очень дальняя родственница. Не прямая. Какая-то семиюродная бабка.
— ЧТО?! — завопила я, опять вскакивая.
— Ну, а что ты ожидала услышать? Что это наш с тобой портрет? Я так и сказал, но тебя это не устроило, — буркнул парень. — Сядь. Её звали Алексия. Это было девяносто лет назад. Я был двадцатилетний молодой пацан. Влюбился, женился и, как дурак, полностью ей доверился. А она меня предала, забрала важный артефакт, от которого зависит моя жизнь, и всё, что смогла унести. Авантюристка та ещё, в общем. А портрет я заказал тогда, когда был влюблён.
— А сейчас ты ещё её любишь? — робко спросила я.
— Пф-ф-ф, — феникс подавился кофе. — Уже лет девяноста как не люблю. Даже уже не ненавижу. Мне всё равно.
— Это ты, кажется, опять врёшь. Ведь портрет-то ты сохранил! — с обидой в голосе произнесла я.
— Вот уж не думал, что ты меня будешь ревновать к столетней бабке, — хмыкнул феникс, а потом мрачно добавил. — Это напоминание мне о том, что доверять нельзя никому.
— Мне ты тоже не доверяешь? — с нажимом спросила я.
— Тебе, моя дорогая жена, конечно, полностью доверяю, — усмехнулся мужчина.
— Опять врёшь?
— Как я могу! — Дрейк деланно округлил глаза. Вот паразит, издевается!
— Ну, врёшь же!
— Нет. У тебя, дорогая, явно какие-то проблемы с доверием!
Ясно. Большей откровенности и правды я уже не добьюсь. Но хоть выяснила, что это за дурацкий портрет.
— Зачем ты на мне женился? — решила я сменить тему.
— Из-за проклятия, я же объяснял. Там сложная схема, на самом деле, — парень рассеянно взъерошил волосы ладонью. — Если ты невеста, то бессмертна, да, но всего лишь год. При этом если ты не рядом с женихом, то лишаешься магических сил и сгораешь в жутких мучениях. Если в течение года из невесты не становишься женой, то погибаешь навсегда.
— А если… стану женой? — настороженно спросила я.
— Ну, если мы брак консумируем, то бессмертие ты потеряешь, но зато у тебя не будет ограничений по нахождению рядом со мной. Если ты, кстати, решишь жить с другим мужчиной, как с мужем, то сгоришь тоже навсегда, — серьёзным тоном сказал Дрейк.
— ЧТО?! — завопила я. — То есть у меня нет выбора?! А как же право на развод?!
— Боги, когда создавали фениксов, не думали о таком. Так что, права на развод, как и на измену, у тебя нет, — жёстко ответил феникс.
— Подожди, а как же эта твоя бабка столетняя? Она что ж, ни с кем, кроме тебя, не спала все эти годы? Она, кстати, умерла? — спросила я.
Что-то у меня всё равно не сходилось в голове в объяснении феникса, но я никак не могла понять что.
— Вроде должна, — неуверенно ответил Дрейк.
— Вроде? Ты даже не узнал, что с ней? Не отобрал свой важный артефакт?! — настороженно сказала я.
— Я не могу уйти из гнезда, — мрачно произнёс феникс. — Не мог до недавнего времени.
— Ты не ответил на вопрос, что с ней?
— Не знаю. Но думаю, что она умерла.
— Больше не выйдя замуж? Тогда какой смысл от тебя сбега́ть? — удивилась я.
— То есть ты видишь своё будущее только в замужестве с кем-то другим? — уязвлено спросил феникс.
— Ну нет. Но я терпеть не могу, когда меня к чему-то принуждают, — буркнула я.
— Ты сама назвалась…
— Да знаю! — рявкнула я, вскочив со стула. — Но я тебя под венец не тащила! И что мне теперь делать?! Стоило один раз брякнуть, и всё! Вся жизнь фениксу под хвост! Жить без тебя нельзя, я умру. Если не переспать с тобой, я умру. Выйти замуж за другого нельзя, я умру. Что вообще за жуть такая?! Только с тобой и остаётся жить! Но я же тоже хочу когда-нибудь быть счастливой в браке!
— Так будь счастлива со мной, в чём проблема? — сказал Дрейк напряженным голосом, тоже скочив со стула.
  
Глава 29
 
— Проблема в том, что ты мне выбора не оставляешь! Может, я была влюблена в кого-нибудь с детства? И за него хотела замуж выйти? — прошипела я.
— И в кого это? — насмешливо спросил паршивец.
— В Майкла Пэриша, — сказала я наобум первое попавшееся словосочетание.
— Это ещё кто такой? — удивился Дрейк.
— Друг детства! — рявкнула я.
— И чего же ты своего обожаемого друга детства тогда своим парнем не назвала перед Кайзером? — ухмыляясь спросил феникс.
Крыть мне было нечем. Но кто сказал, что я так просто сдамся?!
— Потому что… потому что… я скрывала свои чувства, — я попыталась изобразить смущение.
— Ты? Скрывала? Не смеши меня, Мэри, — расхохотался Дрейк. — Да у тебя всё всегда на лице написано! Включая враньё про твоего воображаемого друга.
— Это не враньё!
— Ага, — хмыкнул феникс и неожиданно резво подошёл ко мне. Дурашливо уставившись в пустоту рядом со мной, Дрейк протянул кружку с кофе. — Эй, Майки, тебе может тоже кофе налить?
— Павлин, — шикнула я.
— Как-то ты не ласково со своим Майки? — усмехнулся парень. — Ты же в него влюблена и так обзываешься, аяй, моя лисичка.
— Хоть бы приревновал, тоже мне муж, — буркнула я, отворачиваясь от нахала.
Не прокатило. Дурацкий феникс меня раскусил.
Неожиданно феникс накрыл меня сверху своими огромными мускулистыми руками, крепко прижав к себе. Положив голову мне на плечо, мужчина промурлыкал низким голосом, от которого у меня мурашки по телу пошли:
— К несуществующему другу? Делать мне больше нечего. Или ты хотела, чтобы я приревновал, ммм, моя дорогая жёнушка?
  
— Вот ещё! Отпусти, шутник пернатый! — я попыталась вырваться, но добилась только того, что оказалась лицом к лицу с Дрейком.
Вот охмуритель, прокля́тый!
— А я не шучу. Ты хотела, чтобы я показал свои чувства к тебе? Я могу это сделать иначе, куда более приятным образом, — прошептал мужчина и накрыл своими губами мои.