Лисица (не) против Феникса в мужья (СИ)

Эта песня будто окутывала меня со всех сторон и поглощала, унося моё сознание, куда-то за пределы мира.
Это поют фениксы, ушедшие из этого мира, вдруг чётко осознала я.
Теперь они тут, за гранью бытия. Встречают при каждом воскрешении своих братьев или сестёр.
Или меня, будущую мать феникса.
От осознания этого факта по моему отсутствием телу прошлась волна озноба.
Так странно, тела я не ощущаю, а вот озноб — вполне.
  
Надеюсь, предки фениксов не будут злы на меня.
Тоска, печаль, горе, гнев, ярость, бессилие, спокойствие, очарование и любовь — невероятно яркие эмоции вспыхивали во мне и тут же сгорали в пламени следующей эмоции.
Если бы у меня было тело, то по нему бы безостановочно гуляла дрожь. То, что я переживала после смерти, невозможно было описать словами.
Мелодия уже гремела громом.
И отдавалась жуткой болью, хоть тела у меня и не было.
Казалось, каждая клеточка моего тела сгорает в ярком огне эмоций этой загадочной, чарующей песни фениксов.
И когда уже казалось, что меня сейчас разорвёт от нестерпимой боли и внутреннего напряжения, все звуки разом смолкли.
А я распахнула глаза.
Я вновь обрела тело.
Я в клетке на третьем этаже дома.
В гнезде.
За окном едва брызжет рассвет.
Небо вдалеке над морем едва-едва начинается загораться алыми цветами.
Я воскресла. Слава всем богам!
Вокруг меня пылало кольцо синего магического пламени.
Не знаю, будет ли оно меня обжигать, я всё равно не в силах сдвинуться.
Минут пять я сидела в полном опустошении на дне клетки, не в силах ни встать, ни сказать хоть что-нибудь, хотя мне очень хотелось позвать Дрейка.
Холодный металл обжигал кожу, а по внешнему радиусу серебрящегося в темноте диска, на котором я сидела, горели синим потусторонним светом руны на неизвестном языке.
За то время, пока я находилась в прострации, пламя начало опадать и гаснуть, будто всасываясь в эти руны.
Выглядело всё это мрачновато: увидь я сама себя, возникшую из ниоткуда в кольце огня, сама бы перепугалась!
М-да, этот трансцендентный опыт воскрешения невероятен, но повторять мне его не хотелось бы.
Моё тело казалось чужим, так непривычно было в нём двигаться. Будто бы это платье на три размера меньше — пошевелишься и лопнет.
Если сможешь пошевелиться.
Осторожно опираясь на прутья клетки, я встала.
Пошатываясь, сделала шаг из «гнезда».
Да я же голая!
Медленно ковыляя, дошла до кровати и увидела на ней одну из чёрных рубашек Дрейка.
Кое-как надела, с трудом просунув негнущиеся руки в рукава.
Фух, как тяжело двигаться! И Дрейк испытывает подобное каждый день, пока мы не переспим?!
Какая жуть!
Снизу вдруг послышался какой-то грохот и низкое, утробное ворчание.
Дрейк, что ли?
Почему он, кстати, не караулит меня тут, у гнезда?! Тоже мне, влюблённый муж!
Даже не спас меня! Безобразие! Вот и выходи за него замуж!
Я начала внутренне закипать.
Неужто действительно тут развлекался, пока меня там пытались убить и изнасиловать те мерзавцы?!
Вон, рубашка-то валяется!
Но другой одежды, справедливости ради, нет.
Ну-ка, чем это он там занимается внизу?!
Я осторожно начала спускаться по лестнице, ступая как можно тише и глубоко наклонившись.
Первое, что я увидела, была ярко-рыжая шевелюра, склонившаяся над креслом, за котором частенько сидел Дрейк.
Девица полностью загораживала кресло феникса.
Сердце почти остановилось, сделав последний громкий удар.
Мерзавцы были правы!
Дрейк тут развлекается со своей бывшей, пока меня там убивают и насилуют.
Он что, не смог нас отличить?!
Лицо залило краской, а внутри меня закипал гнев.
Я протянула руку, желая ударить стрелой огня, как и в лаборатории.
А ещё заорала:
— Ах ты, дрянь!!!
Девица, точная копия меня, испуганно подпрыгнула на месте, обернулась, вытаращив глаза от неожиданности.
В последний момент я немного замешкалась, осознав, что если Дрейк рядом, я могу использовать более изощрённые варианты колдовства.
Но… пусть эта наглая рыжая морда, возжелавшая увести моего мужа, хорошенько поджариться!
Вот только… ничего не произошло, никакого огненного шара.
Это что за чертовщина?!
Зато я увидела, что никакого Дрейка в кресле нет.
На нём стоит какая-то стеклянная колба с оранжевым пером.
Мерзко улыбаясь, противная женщина с моей внешностью выпрямилась и зажгла в руке свою огненную сферу.
— Что, глупая Мэри, не работает твоя магия? — усмехнулась мерзавка. — Это потому что твой ненаглядный Дрейк сдох. А ты-то мне как раз и нужна!
  
Глава 40
 
— Ты ещё кто такая? — рявкнула, глядя на рыжеволосую копию себя.
Да чего же похожа! Прямо диву даюсь.
Интересно, Дрейк так ко мне сразу воспылала чувствами, потому что я на его бывшую похожа?
Хотя вроде он её ненавидел. Точнее, презирал, судя по краткости и холодности, с которой о ней говорил.
— А что, Дрейк не рассказывал обо мне? Как так-то? — заухмылялась мерзкая женщина.
— Дрейк рассказывал о подлой бабе, что его предала. А вот о каком-то восхищении тобой и слова не было, — отрезала я. — Как тебя звать и что ты здесь делаешь?!
— Это он, видимо, постеснялся твою самооценку разрушить, — надменно усмехнулась женщина. — Что, даже имени моего не знаешь, Мэри?
— Представь себе — не знаю. Так что с моей самооценкой всё прекрасно, как ты видишь, — усмехнулась в ответ я. — Старая кошёлка вроде тебя её никак не разрушит.
— Меня зовут Алексия! И я посмотрю на тебя через сто лет, девчонка, — зло прошипела женщина. — Как ты будешь выглядеть!
— На свой возраст! — рявкнула я. — А то у тебя глаза старухи, а тело молодухи. Выглядит жутко, если честно.
— Дура молодая, ты ничего не понимаешь! Буквально десять лет, и мужики перестанут на тебя засматриваться. А потом и вовсе перестанут, потому что ты постареешь и станешь никому не нужной, — с горечью произнесла Алексия.
— Ты на меня свою судьбу не примеряй, — с гордостью в голосе проговорила я. — Важно не как ты выглядишь, а какой ты человек. Ты — отвратительный, раз шаришь по дому Дрейка в его отсутствие.
— Мы с ним были женаты. Всё его — моё, — мерзко прищурившись заявила женщина.
— Мы с ним тоже женаты. Так что теперь всё его — моё. А я тебе шарить по моему дому не разрешала!
— Ваш брак недействителен, — хмыкнула Алексия.
— Это почему это?
— Во-первых, он женился на тебе, будучи женатым на мне, — начала перечислять женщина. — Во-вторых, вы с ним до сих пор не переспали. Так что у меня прав больше на владение этим домом.
— Пошла прочь, падальщица! — рявкнула я, начиная злиться.
Вот дрянь, эта баба!
Какое её дело, спали мы с Дрейком или нет?! Достали меня уже все этим попрекать, вынуждая переспать с фениксом!
Но я точно не буду этого делать только лишь потому, что бесконечные подлые убийцы гоняются за мной, а я не имею доступа к своей магии, пока не консумирован брак с фениксом.
— А в-третьих, повторяю, Дрейк сам разрешил мне тут находиться и забрать это идиотское перо. Но раз у меня не вышло, я так полагаю, выйдет у тебя. Так что, идиотка, коли жизнь дорога, возьми-ка его и отдай мне.
— Нет, конечно, — фыркнула я. — И пальцем не пошевелю, чтобы тебе помочь.
— А вот это зря, соплячка. Зря, — злобно прошипела женщина. — У меня столько способов заставить тебя — даже не перечесть!
— Вот и не считай. Тем более, ни один из них не поможет.
— Поможет, ещё как. Для начала я, в отличие от тебя, магией всё ещё владею, — женщина демонстративно зажгла в руке огненный шар.
— Ты смотри не подпали здесь всё, а то в твоём возрасте зрение-то садится уже!
  
— У меня нормальное зрение! Я молода! Как будто мне тридцать! — взвизгнула женщина.
— Ну, я помоложе буду, — усмехнулась я. Похоже, у этой мадам возраст — больное место.