Лисица (не) против Феникса в мужья (СИ)

— Развод так быстро невозможен. Положено давать молодожёнам месяц на подумать, — немного подумав, явно преодолевая себя, ответил святой отец.
— Да что тут думать, эта рыжая коза меня обманула! — прорычал парень, взывая к справедливости.
— Я не коза, а лисица! — капризно ответила я. Вот ещё. — Сам ты козёл!
— Так, я не понял, почему вы друг друга животными обзываете? — нахмурившись спросил святой отец.
  
— Потому что — она лисица! Оборотень, — торжественно заявил Дрейк. — Вы только посмотрите, вон ушки проросли!
Святой отец уставился на меня, вытаращив глаза. По его вытягивающемуся лицу, я поняла, что с моей головой что-то не так.
Я судорожно начала себя ощупывать.
Это что за чертовщина?! На голове я действительно наткнулась судя по ощущениям на два мягких, гладких, стоящих торчком уха.
— У неё даже хвост имеется, — мрачно добавил феникс. — Вон, посмотрите.
Я завертелась на месте, в панике пытаясь понять, что происходит?! Откуда у меня уши и хвост?! Отродясь такого не было.
— Оборотень! Она — оборотень, — завопил святой отец и, схватив со стола чашу для благовоний с несвойственной для старости силой начал усиленно хлопать крышкой.
— Ты что со мной сотворил, паршивый феникс?! — гневно прошептала я, увидев хвост.
Лисий, рыжий хвост. Красивый, просто загляденье. Откуда он взялся?!
Звон в помещении стоял оглушительный. Такой, что аж сразу голова разболелась. Отец Лайнус наступал, размахивая чашей с крышкой как сумасшедший.
Дрейк откровенно ухмылялся, трясясь от смеха. Ах ты, гадёныш обгорелый. Ну, погоди у меня.
— Кыш из святого храма! — орал священник. — Чур меня, чур. О, могущественный Всеотец, накажи эту блудницу, что принудила этого благородного мужчину жениться на ней обманом, а сама оказалась мерзопакостным созданием, сосудом греховным!
— Да это он меня заколдовал… он же тоже… — растерянно начала я, отступая под натиском отца Лайнуса в стене.
— Кыш, лисица, уходи с моих глаз! — картинно закатив глаза закричал Дрейк, не дав мне договорить. — Святой отец, прошу вас, разведите меня с этим сосудом греховным, с этой блудницей рыжехвостой, пока не пришлось с ней в брачную связь вступать! А то ведь до греха меня доведёт!
— Да ты сам…
— Кыш, девица, уходи! — вновь перебил меня Дрейк. — Ты разбила моё сердце.
— Да нет у тебя, сердца, ворона обгорелая! — рявкнула я.
— СТРАЖА! СТРАЖА! — закричал священник.
— СТРАЖА! Оборотням запрещено находится в храме! — подхватил его крик феникс.
— Ты дурак, ты почему стражу зовёшь, ты же и сам — обор… — я аж остановилась от возмущения.
— Прекрати на меня указывать, раз сама такой наглой лисой оказалась! — прорычал Дрейк.
Двери храма с шумом распахнулись и внутрь ворвались трое городских стражников. Огромных, закованных в железо и, судя по лицам, не обременённых интеллектом. Твою же мать…
— Что случилось святой отец?! — проревел один из них.
— Она оборотень, а посмела в храм войти! Ещё и немой прикидывалась! — ответил за святого отца Дрейк.
— Да это он меня заколдовал! Я не виновата! Он сам — феникс, — начала я отпираться.
— Аха-ха-ха! Кто?! — рассмеялся Дрейк. — Это что за сказки? Все же знают, фениксов не бывает. Так ведь, господа? А у неё и уши, и хвост имеются.
Господа стражники дружно закивали.
— А вы её проверьте, уважаемые господа стражники. И сами всё поймёте. У вас же амулет на определение оборотней? Чтобы студенты Академии не наглели? — коварно предложил Дрейк.
— Его тоже проверьте тогда! — завизжала я.
— Меня? За что?! Я добропорядочный гражданин, — искренне возмутился Дрейк. — Но если того требует правосудие, ради того, чтобы справедливость восторжествовала, проверьте и меня, господа офицеры. Вот и посмотрим, кто кого заколдовал.
Один из стражников достал из-за пазухи амулет. Такие выдавали городской страже, чтобы можно было раскрыть шалости студентов. Направив на меня жезл, стражник нажал кнопочку, что располагалась на верхушке цилиндра.
Амулет, как и положено, засветился красным.
— Оборотень, — коротко сказал он. — Девушка, за нарушение городского порядка проследуйте за нами. Вы арестованы на трое суток.
Все трое дружно двинулись на меня. Я завертелась по сторонам, пытаясь понять, что мне делать.
— Проверьте и его, — завизжала я. — Он тоже оборотень!
Стражники остановились. Старший направил амулет на феникса.
Дрейк быстро метнул на меня взгляд и ухмыльнулся, коварно подмигнув мне.
— Не оборотень.
— КАК?! — завопила я и уставилась на жезл в руках стражника. Тот, действительно, горел ровным зёленым светом. Я вообще ничего не понимаю. Как такое возможно?!
Отчаянно ища выход, я увидела через пару метров справа открытое окно. Окошко, точнее. В виде человека я не влезу. А вот в виде лисицы…
  
Глава 8
 
Много времени на размышления у меня не было, поэтому я в прыжке перекинулась в звериную ипостась и рванула к окну.
— Лиса! Оборотень! Лови её! — наперебой начали кричать солдаты.
— О могущественный отец, порази эту богомерзкую девицу молнией! — весьма кровожадно вопил святой отец.
— Чур меня, чур! — закричал Дрейк. — Бравые стражники, ни в коем случае не подходите к ней, а то ещё укусит. Видите, она бешеная, глаза-то как сверкают.
Я скосила взгляд на феникса. Совсем дурак, что ли? Я — огненная лисица, конечно, мои глаза пылают.
И тут в меня полетел топор.
Хвост даю на отсечение, ровно в меня.
Мамочки, что делать?!
Я не успевала сделать ничего! Вот идиотская смерть, Мэри. Вполне достойная тебя, успела я подумать.
В последнюю секунду, едва топор не вонзился прямо в меня, в оружие откуда-то сверху ударила молния. Топор мгновенно исчез. Просто испарился.
Вот теперь все в храме окончательно заверещали и остолбенели от ужаса. Все, включая меня.
Неужто Всеотец и вправду существует и разгневался на меня?!
Я замерла на месте, испуганно озираясь. Куда, интересно, мне можно здесь наступать, чтобы следующая молния не поразила меня?
И тут я посмотрела на феникса. Парень благодушно улыбнулся и сделал размашистый жест. Его выражение лица говорило: «Прыгай в окно, чего встала?!»
Ах ты павлин чернопёрый! Ещё и молнию в меня запустил?!
Чтобы меня спасти, правда, но это не важно. Оскалившись, я в отчаянном прыжке запрыгнула на подоконник и выпрыгнула в окно, вильнув хвостом.
На улице шёл проливной дождь. Терпеть не могу дождь, ходишь потом, воняешь псиной, проворчала я про себя.
Пытаясь сориентироваться, куда мне бежать, я повела носом и принюхалась.
Я редко бывала в этой части городка, а пока феникс меня сюда тащил, больше с ним препиралась, чем смотрела по сторонам.
Уловив знакомый запах магии, которой веяло от Академии, я пошла по следу. Видимо, здесь не так давно проходил кто-то из студентов.
Сзади послышался топот и крики.
Я застонала. Вот, неутомимые стражники! И как они меня так быстро нашли?!
Скорей всего они поняли, что я кратчайшим путём бегу в Академию. Солдаты прекрасно знали, что их право на арест заканчивается там, где начинается территория учебного заведения.
Плюхая лапами по лужам, я проклинала феникса. Вот ворона облезлая, втянул меня в распри с законом, а сам хихикал как тролль. Мерзавец!
Крики становились всё ближе и ближе. Прокля́тые стражники догоняли меня, видимо, зная тайные тропы.
Сбоку просвистел арбалетный болт с закреплённой верёвкой для ловчей сети. Я увернулась.
Вот поросята, они что готовились, что ли, ловить ночью лису в городе?!
Свернув за угол, я шмыгнула в подворотню и затаилась в какой-то прогнившей бочке.
  
Послышался топот. Двое.
А где третий?!
— Попалась, оборотниха, — торжествующе проревело из темноты.
Я аж подпрыгнула.
И запоздало вспомнила: амулет на определение оборотней ещё же работал и как компас!